Артефакты - Альбе Альбертова

Ха, ускорив шаг, я постучалась в дверь сосенного дома. Открыл Арнольд, как обычно. Увидев меня, он чуть поклонился и пропустил вовнутрь. Как ни странно, но Киф вошел следом.

— Ты теперь ко мне?

— Кончено, а ты думала, живешь на халяву? — удивился он, снимаю куртку.

Теперь удивилась я. Амина вышла с кухни и приветливо меня обняла. После чего пристально изучила и повернулась к Кифу:

— Спасибо. Неплохо. Почти здорова, если конечно посреди ночи никуда не отправиться непонятно зачем.

— Не за что. Это все ваши травы...

— Скромность хороша, но в меру. Проходите, не стойте на пороге. Завтракать будете?

— Я нет, — вмешалась в беседу я. — Уже поела, а Киф может быть. Я пошла, переодеваться, ты располагайся и чувствуй себя как дома...

— Не забывая, что в гостях? — закончил он за меня.

Затем они начали обсуждать что-то с Аминой. Я правда собиралась переодеться и только на пару минут легла, чтобы в себя прийти. Как заснула, не знаю, не заметила...

Звон стекла, я соскользнула с кровати. Силуэт человека около окна. Ножи! Ни одного ножа поблизости, Сила...

Дверь распахнулась, и полетели ножи. Гость уклоняется. Киф мигом упал на пол и с пола атаковал ножами. Затем рывок он уже рядом, один удар и тот падает на пол. Я сижу на полу в одном белье и тупо хлопаю глазами.

— Ты как? — голос хриплый, недовольный.

— Нормально. А ты?

— Бывало и лучше.

Он осматривает тело, затем издает удивленный свист. Я поднимаюсь и подхожу ближе, мужчина. Вернее труп. Лет сорок. Несколько шрамов на лице. Я его не знаю...

Зато вижу на шее Кифа кровь.

— Ты ранен.

— Где? — он касается рукой шеи и начинает ругаться.

— Киф? — я не понимаю.

— Яд, он всегда смазывал оружие ядом... - голос начинает хрипеть.

— Стой.

Я окидываю его Остановкой Времени. Это ненадолго должно притормозить яд, затем рявкаю на прислугу. Половина выглядывает из-за двери:

— Амину быстро, тут яд.

Кто-то с топотом побежал вниз. Пара минут и ведьма рядом.

— Что? — просто я понятно.

— Яд, вон на лезвиях такой же...

— А, — она, подняв один из ножей, презрительно фыркает. — Для дилетанта, сейчас все будет в норме, — затем обращается к Лиз. — Ты все еще стоишь здесь? Противоядие бегом, то в углу...

— В синем флаконе? — понятливо уточняет Лиз.

— Оно самое.

Помощница исчезает, остальные стоят столбами. Мне это начинает не нравиться, я только собираюсь высказать свое возмущение, как меня опережает Амина:

— Вы что застыли? Делать нечего?

Все куда-то испарятся. Хорошо иметь дома ведьму, слушают с полуслова. Затем она поворачивается ко мне, и чуть проведя рукой перед лицом Кифа, спрашивает:

— Ты уверена?

— В чем? — я пока плохо соображаю.

— Он нужен тебе живым?

— Да, — отвечаю и задумываюсь.

Амина права, сейчас я могу избавиться от него проще простого. Не сразу поняли, что за яд и не успели помочь. Такое бывает. Покажу тело, Лари тоже его знает, и все. Я свободна...

Но с другой стороны, он мне помог. Сейчас спас жизнь, кто знает как бы, и когда бы я отреагировала? Он вылечил меня, заботился. Да и вообще, зачем мне его смерть? Не знаю...

Я нахожусь в серьезных раздумьях, ведьма не мешает. Она отвернулась и принялась собирать ножи, осторожно, металлической прихваткой для углей. Через несколько минут все ножи лежат в одной кучке. Комната в битом стекле, но это уберут.

Я все так же в одном белье...

Осторожно обхожу стекло и надеваю халат, чисто машинально и механически. Я думаю.

Он всегда злил меня и в принципе произвел неприятное впечатление, но спас и помог. Да и, в общем....

Недовольное, презрительное выражение лица почти всегда. Голос свысока, откровенное хамство в ответ на все и...

Легкая перепалка в ванной, коробка с деталями для сборки, книги, чтобы не скучала. Тяжелый вздох и... совершенно другой человек...

Очередной тяжелый вздох, я подхожу к стоящему неподвижно Кифу и провожу рукой по лицу. Да он мерзкий, противный, отвратительный гад, но... он мне нравится.

И в принципе он красивый, наверное, когда не будет во мне зверя. К тому же он, если что сможет помочь.

Пока не передумала, говорю вслух:

— Амина, помоги ему, пожалуйста!

— Как знаешь, но это только твое решение, — спокойно и уверено отвечает ведьма, походит к двери и берет пузырек.

Открывает рот, с трудом, заклятье у меня неплохое, и вливает несколько капель вовнутрь.

— Размораживай.

Рассеять собственное заклинание не сложно. Киф ошалело трясет головой и глотает противоядие.

— Плохо? бывает и хуже, пойдем, — беру его под руку и вывожу к коридор.

Он не сопротивляется. Соседняя комната, одна из гостевых всегда пуста и свободна. Завожу его вовнутрь и сажаю на кровать.

— Скоро все пройдет, — стараюсь говорить спокойно и уверенно.

— Нет так скоро и так просто, но пройдет, — уточняет Амина. — Правильно сядь, а лучше ляг. Сейчас лекарство подействует, но пару дней будет не по себе.

Киф трясет головой, пытается подняться, но вместо этого падает.

— Все в порядке, яд сильный. Пойдем, пусть поспит. Не знаю, почему, но в последнее время он совершенно не спал.

— Как? — удивляюсь я. — Но я ведь не мешала и по ночам спала? Чем он занимался?

— Кто ж его знает? — ухмыляется Амина, — Пойдем, посмотрю, что там с тобой.

— Конечно, а еще, он будет помнить стояние в моей комнате? — этот вопрос возник только сейчас и сильно меня обеспокоил.

— Не знаю, скорее всего, нет. Для него этого времени просто не будет существовать.

Я облегченно вздохнула и вышла из комнаты, поэтому не видела непонятную улыбку Амины.

Опять отвар. Как мне надоела эта гадость, кто бы знал! Я сажусь в свою любимое кресло и ставлю кружку на стол. Мой кабинет как всегда чист и идеален. Книги в шкафах, письма и приглашения на одном краю стола. Деловые бумаги на другом. Большой глобус мира стоит чуть поодаль, но он первое что замечаешь, входя сюда. Не знаю, где его раздобыли или может, создали сами родители, но теперь я обладаю этим сокровищем. Здесь нет ни одного артефакта, я, зная за собой манеру все превращать в мастерскую, никогда не работаю здесь.

Только переписка. Только бумаги, только...размышления. Именно в этом месте, думать мне проще всего. Мастерская отвлекает, гостиная подходит для чтения или легких бесед, кухня, там я вообще гость, спальня это святое, а кабинет как раз место для раздумий.

Подумать мне надо о многом, очень многом. Конечно, жить, не обращая ни на что