Акыда – исламское вероучение - Мухаммад Таки Мисбах Йазди

от Сатаны, что вовсе не служит поводом для того, чтобы говорить о каком-либо противостоянии Его Светлости Божественным установкам. Но в 52-м айате суры «Хадждж» говорится о препятствиях, которые учинил Сатана на пути всех пророков (‘а), и о преградах на пути осуществления их мечтаний по наставлению людей на путь истины. В конце концов Всевышний Господь сводит на нет его хитрости и интриги, укрепляя истинную религию.

Четвёртое сомнение: В 121-м айате суры «Та Ха» Его Светлости Адаму (‘а) приписывается бунтарство, а в 115-м айате этой же суры – забывчивость. Каким образом подобные характеристики сочетаются с непогрешимостью Его Светлости?

Ответ на этот вопрос исходит из предыдущих разъяснений, согласно которым подобное бунтарство и забывчивость не противоречат необходимым обязанностям.

Пятое сомнение. В Священном Коране некоторым пророкам приписываются ложные высказывания, в частности, в 89-м айате суры «Ас-Сафат» («Выстроившиеся в ряд») со слов Его Светлости Ибрахима (‘а) говорится: «Поистине я болен»[103], тогда как он не был больным; а в 63-м айате суры «Ал-Анбийа’» («Пророки») с его же слов, когда его спросили о том, кто разбил идолов, сказано: «Нет! Учинил [это] старший их, вот этот»[104], в то время когда он сам разбивал их; или в 70-м айате суры «Йусуф» отмечается: «А [спустя время некоторое] распорядитель караванов возгласил [по указанию Йусуфа]: «О, [люди] каравана! Вы, воистину, – воры!»[105], тогда как братья Йусуфа (‘а) не были замешены в воровстве.

Ответ: Эти слова, которые в некоторых преданиях называют иносказанием, были высказаны ради более важных и благих намерений, и по некоторым преданиям можно судить о том, что они были высказаны под влиянием Божественного вдохновения, как об этом говорится в сказании о Его Светлости Йусуфе: «Так Мы [внушили] Йусуфу уловку»[106]. Во всяком случае, подобная ложь не считается грехом и не противоречит принципу непогрешимости.

Шестое сомнение: В сказании о Его Светлости Мусе (‘а) говорится, что он убил некоего копта, который конфликтовал с одним израильтянином, и поэтому ему пришлось покинуть территорию Египта. А когда он был уполномочен Всевышним Господом для наставления сторонников Фир‘ауна[107] на путь истинной религии, заявил: «К тому же они обвиняют меня в преступлении, и я боюсь, что они убьют меня»[108]. А затем он в ответ на слова Фир‘ауна, который напомнил ему о том убийстве, сказал: «Я совершил то [преступление], когда был в числе заблудших»[109]. Как сочетается данная история с вопросом о непогрешимости пророков, даже до времени ниспослания им пророчества?

Ответ: Во-первых, убийство мужчины из числа коптов совершилось не преднамеренно, а случайно, когда пришлось ударить его кулаком. Во-вторых, фраза «я совершил то [преступление]» была сказана в соответствии с точкой зрения сторонников Фир‘ауна, а подразумевалось то, что «они обвиняют меня в преступлении, и я боюсь, что они убьют меня». В-третьих, словосочетание «будучи в числе заблудших», было произнесено или для угождения сторонникам Фир‘ауна, то есть «в тот момент я был заблудшим, но теперь Бог наставил меня на верный путь и направил к вам». Или под «заблуждением» подразумевалось заявление о незнании последствий этого поступка. В любом случае, данное заявление ничего общего с отступлением Его Светлости Мусы (‘а) от своих Божественных обязанностей не имеет.

Седьмое сомнение состоит в том, что в 94-м айате суры «Йунус» Бог, обращаясь к досточтимому Пророку (с), велит: «Если ты сомневаешься в том, что Мы ниспослали тебе, то спроси тех, которые читают прежние писания. Ведь к тебе явилась истина от твоего Господа, так не будь же сомневающимся»[110]. Кроме того, в айатах 147-й суры «Ал-Бакара» («Корова»), 60-й суры «Али ‘Имран» («Семейство ‘Имрана»), 114-й суры «Ал-Ан’ам» («Скот»), 17-й суры «Худ» и 23-й суры «Ас-Саджда» («Земной поклон») также Господь удерживает Его Светлость от сомнения. Так каким образом можно утверждать, что понимание Божественного откровения не совместимо с сомнениями?

Ответ состоит в том, что данные айаты вовсе не свидетельствуют о сомнениях, которые якобы нахлынули на Его Светлость, а о том, что миссия Его Светлости и истинность Священного Корана и его содержания стоят выше всяких сомнений. И действительно, тут подразумеваются обращения из категории «Стучу в дверь, чтобы стене было слышно».

Восьмое сомнение основывается на том, что в Священном Коране досточтимому Пророку (с) приписываются грехи, которые прощены Богом. Например, говорится: «Воистину, даровали Мы тебе победу явную, чтобы простил тебе грехи Всевышний, которые случались прежде и которые будут впоследствии»[111].

В ответ следует сказать, что здесь под словом «грех» (занб) подразумеваются грехи, которые приписывали Пророку (с) язычники ещё до, а также после его переселения в Медину. Ибо он оскорбительно высказывался в адрес их идолов. А под прощением (магфира) имеется в виду устранение влияния, под которым мог бы оказаться Пророк (с). Свидетельством верности данной трактовки служит тот факт, что завоевание Мекки признаётся причиной его прощения и говорится: «Воистину даровали Мы тебе победу явную, чтобы простил тебе грехи Всевышний, которые случались прежде и которые будут впоследствии». Естественно, что если здесь подразумевался грех в прямом его значении, то взятие Мекки в качестве причины для прощения не имело бы смысла.

Девятое сомнение объясняется тем, что в Священном Коране относительно заключения брака Пророка (с) с разведённой женой своего верного сподвижника и приёмного сына Зайда сказано: «Ты таил в своей душе то, чего не скрывал Аллах, и ты боялся людей, в то время как следует более страшиться Аллаха»[112]. Как сочетается подобное толкование с непогрешимостью Пророка (с)?

В ответ надо сказать, что досточтимый Пророк (с) опасался, что люди по причине слабости своей веры превратно поймут его действие, предпринятое по указанию Всевышнего Господа для устранения неверной языческой традиции – одинакового статуса настоящих и приёмных сыновей. Его Светлость (с) опасался, что язычники будут считать этот шаг следствием его личных желаний и из-за этого могут отказаться от религии.

Всевышний Господь в данном айате уведомляет своего Посланника (с), что польза от устранения этой традиции важнее, а боязнь идти наперекор воле Господа, основанная на необходимости практической борьбы Его Посланника (с), – более достойное занятие, чем страх перед этими ложными вымыслами. Следовательно, данный благословенный айат вовсе не подразумевает какие-либо упрёки в адрес Пророка (с).

Десятое сомнение основано на том, что в Священном Коране в некоторых случаях досточтимый Пророк (с) становится объектом упрёков. Например, относительно того, что Мухаммад (с) разрешил некоторым людям не участвовать в военных действиях, говорится: «Да простит тебя Аллах! Почему ты разрешил им остаться дома, пока тебе