Африканская пленница - Ева Файнд

Собираюсь уже убрать руку, но Оскар вдруг кладёт одну ладонь мне на талию. Продолжая вести квадроцикл, он касается лицом моих волос. Словно вдыхает мой аромат, развеваемый ветром.

Не успеваю ничего понять, как мотор заглушается. Оскар помогает мне слезть с квадроцикла и, приобняв, ведёт в сторону жилого корпуса. Поднимаемся на второй этаж. Где-то снизу слышу ковыляющие шаги Ивана.

Нахожу ключ и не без труда открываю комнату. Прохожу прямо в обуви и присаживаюсь на кровать. Оскар остаётся стоять в проходе. Гляжу на него. Готова признаться самой себе – я очень хочу, чтоб он сейчас остался…

– Спокойной ночи, Яна.

Дверь захлопнулась. Удаляющиеся шаги. Тишина. И пустота внутри меня. Вместе со всем этим исчезли и мои глупые надежды…

Глава 30. Яна

Утром я несколько раз просыпалась и засыпала снова. Голова гудела, и я никак не могла её поднять с подушки. Наконец, когда уже был почти полдень, я встала с кровати и, шатаясь, пошла в душ.

Пока прохладные струйки воды поливали мою голову, я перебирала в голове ночные события. До конца не верилось, что я увиделась с Оскаром. Танцевала с ним. И вела себя ужасно дерзко. А эти постановочные заигрывания с Иваном… Вот как теперь в глаза смотреть одногруппнику?! Ещё и курила, алкоголь пила. Да уж, деградирую совсем…

После душа мне становится значительно лучше. Я выпиваю пол литра минеральной воды и снова укладываюсь на кровать.

Есть не хочется. В желудке чувствуется тупая боль. Те коктейли явно не подходят для моего организма.

Внезапно в комнату стучатся, и через секунду я вижу на пороге Марину. Она оглядывает меня с ног до головы, оценивая моё состояние.

– Вот, держи! – протягивает мне какой-то маленький тряпичный мешочек.

Его ткань мне смутно знакома. Напоминает лён. Светлая и плотная. Внутри что-то лёгкое и сыпучее, похожее на чай.

– Тебе просили отдать. Паренёк темнокожий, у него ещё пальца на руке нет… – объясняет Марина.

Интересно, для чего Нико передал мне это? Открываю мешочек и вижу какое-то сушёное растение и записку. Разворачиваю и читаю на английском незнакомый размашистый почерк.

"Завари эту смесь. Это от похмелья.

Оскар".

Обалдеть! Снова мне становится стыдно. Видимо, я вчера была в ужасной кондиции, если даже Оскар решил позаботится о моём утреннем состоянии.

Когда Марина уходит, я всё-таки решаюсь залить кипятком немного смеси. Запах приятный. На вкус тоже неплохо. Похоже на шалфей.

Спустя полчаса меня полностью отпускает, и я чувствую себя отлично. Волшебное снадобье работает!

Оставшееся время выходного дня я провожу в комнате. То и дело беру в руки клочок бумаги и разглядываю надпись, оставленную Оскаром. Я стала просто одержимой.

На следующий день нахожу себе повод отвлечься. Мне вдруг становятся интересны местные растения. Лечебные травы здесь, оказывается, очень сильные. Узнаю от пациентов, чем они обычно лечатся, и всё записываю в блокнот.

Куратор, видя мой интерес, предлагает написать по этой теме курсовую, и я погружаюсь во всё это с головой.

В течение рабочей недели мне удаётся собрать множество образцов растений. В том числе и того, которым я натирала рану Оскара. Одна женщина из дальнего племени даже подарила мне несколько бутыльков с эфирными маслами, которые она использовала от любых воспалений.

Так мне удаётся отвлечься от неприятных мыслей. Но, как назло, к пятнице в медпункте появляется Нико. Меня уже не так радует его присутствие. Я всё больше замечаю в нём некоторые сходства с Оскаром. Всё-таки, они двоюродные братья. И меня это бесит. Лишние напоминания о нём.

Видя моё раздражение, Нико ничуть не смущается. Лишь пытается отпустить несколько своих шуточек. Однако, замечая, что я на них не реагирую, становится, вдруг, серьёзным.

– Странные вы с ним, конечно. Страдаете по-одиночке. Вместо того, чтобы быть вместе.

– Оскар страдает? Не смеши меня! – хмуро восклицаю я.

Нико смотрит на меня странно. Будто я не понимаю каких-то очевидных вещей.

– Сестрёнка, я тебе честно скажу, что никогда не видел Оскара таким окрылённым, как с тобой! А теперь… Он словно угас…

– Но он меня отпустил…

– Ага, как же! То-то он примчался сразу, как я ему сообщил, что ты в клубе! – улыбается Нико.

– Так это ты ему сказал? – удивляюсь я.

– Ну, разумеется. Не думаешь же ты, что Оскар посещает подобные заведения!

А я уже и сама не знаю, что думать. И, кажется, я совсем не знаю его. Почему он тогда снова ушёл? Оставил меня, зная, что за стенкой был выпивший Иван…

– Глупая, он не отпустит тебя никогда, – усмехается Нико. – Это же Оскар!

И он прав. Хоть Оскар и оставил меня, но выбросить его из головы, а тем более из сердца, я не могу. Он засел там основательно…

Вечером я изучаю карту, найденную на столе у куратора. Нахожу на ней запретную зону, за которой начинается племя Оскара. Беру с собой фонарик и выхожу из корпуса.

Уже темнеет. Красивый яркий закат. Сейчас бы сидеть и любоваться на него. Пить чай со льдом. Собирать сумки домой, по случаю окончания волонтёрства…

Я же бегу к запретной зоне. Туда, где меня когда-то обнаружил Табо и взял в плен… А теперь сама спешу туда. В своём ли я уме? Не знаю…

Добираюсь до нужного места. Знакомый забор и проволока. Тишина. Только слегка шумит ветер. Иду вдоль границы, боясь переступить черту. В прошлый раз я умудрилась попасть на чужую территорию из-за того, что забор в нескольких местах был разрушен. Лучше бы починили его, и никто бы не нарушал границу! Вспоминаю, что где-то здесь должны быть охранники племени. Лишь бы не нарваться на Табо…

Почти крадусь, и в этот самый момент из темноты слышу напряжённый голос. В нём весь спектр эмоций, но больше всего заметно смятение.

– Яна…

И когда я подхожу вплотную к забору, не замечая касающейся моей кожи колючей проволоки, то попадаю в захват сильных рук. Словно в капкан.

– Яна…

Оскар обнимает меня через забор. Находит мои губы и целует меня так страстно, как никогда раньше. Мой пульс начинает зашкаливать. Кровь приливает к щекам. Сквозь поцелуй издаю тонкий звук. То ли стон, то ли мычание.

Оскар не отпускает меня. Наклонившись через сломанный забор он вжимает меня в изгородь всё сильнее, пока я не вскрикиваю от боли. Проволока оставляет