По дороге в Рай - Джордж Пусеп

хватало. Вечерами в парке он бренчал на гитаре, заливаясь как ночной соловей, к великому изумлению своих дружков и подружек. Летом на пляже загорелый, как шоколад, он собирал множество зевак, дивившихся его голосу. «Битлз» и «Роллинги» были в зените. Текстов, конечно же, он не знал. Никто их не знал! Но зато он выдавал такие звуки, имитирующие английский, что все принималось за чистую монету. В те времена английский мало кто знал. Поэтому девчонки просто млели, заглядываясь на него. Правда, одна оказалась образованной и сильно удивилась его интерпретации «The House of the Rising Sun». Но белоснежная улыбка на фоне загорелого лица быстро заставила ее забыть о своем образовании.

Забегая вперед…

Много лет спустя в Америке Гога познакомится с солистом группы The Animals Эриком Бердоном, песню которого он старался изображать тогда на пляже. Они станут закадычными друзьями и будут под звездным небом на крыше Эрикова дома в Палм-Спрингсе наблюдать за полетом кометы Хейла — Боппа (C/1995 O1), покуривая травку.

Кто бы мог подумать и представить такое…

Гога все больше становился похожим на эдакого пса-симпатягу с шаловливым, полным блуда взглядом. Когда ему исполнилось пятнадцать, он шел по улице и старался посчитать количество «побед». На счете сорок пять он сбился. А имена вообще с трудом запоминал. Не помнить имена — болезнь, которая будет преследовать его всю жизнь и не раз поставит в неловкое положение. Борис говорил в нем все чаще и громче. Передался талант осуществлять самые скрытые и сокровенные мечты молодых (и не очень) женщин. В будущем он поймет (к своему великому удивлению), что не только женщин, но и некоторых мужчин. То, что он однолюб, умеющий любить страстно и быть преданным, как никто на свете, откроется лишь спустя много лет, когда этот редкий дар все-таки найдет применение. А пока дар крепко спал. Гога все чаще погружался в многочисленные сексуальные приключения, не задумываясь ни о чем. Что могло быть прекраснее, чем познакомиться зимним вечером в парке с девушкой и завести ее в темную парадную ближайшего дома? Подняться на чердак и в полной темноте целовать. В те годы женщины зимой вместо трусиков носили панталоны с начесом, сшитые из толстой байки. И не было ничего приятнее, как засунуть в них озябшие руки и погреться на ее горячей попочке, перед тем как заняться делом.

Помимо того, что у него была привлекательная внешность, в нем горело жгучее желание, одурманивающее жертву и открывавшее путь к ее весеннему первоцвету. Искренность чувств лишала сил держать ножки вместе даже самых стойких представительниц слабого пола. Под воздействием его сияющих глаз девушка чувствовала то же, что ощущает кролик, встретившись с удавом. Однако счет наверху велся. Придет время, и ему подадут его. А пока Гоге многое сходило с рук.

Фем фаталь

Ранним весенним вечером в парке под огромным дубом, где собралась группа молодежи, Гога познакомился с Леей. Она была одета в короткое темно-зеленое, приталенное пальтишко с высоким воротником, в которое, как кошечка, прятала свою очаровательную голову с густыми темно-каштановыми, слегка кучерявыми волосами. Она была невысокого роста. С большими зелеными глазами, пухлыми губами и обаятельной детской улыбкой. С гармонично сложенным телом и таким же характером. Они очень подходили друг другу. Он — огонь. Она — камин, держащий в объятиях и оберегающий это пламя. Лея, как никто, понимала его. Старалась даровать покой его тревожной натуре. Но без особых успехов. Она станет его девушкой. Будет очень любить. И перевернет всю его жизнь. А он ее. Лея будет не только его любовницей — она станет его судьбой.

Поступление в студию

Порт не на шутку напугал. Перспектив здесь было ноль. Гога с ужасом стал осознавать, что только чудо может вытащить его из этой дыры! «Только чудо!» — думал Гога, глядя на большие корабли из далеких стран, стоявшие на рейде. И чудо произошло! Кто-то из работяг принес газету с сенсационным заголовком: «Рижская киностудия объявляет конкурс на актерский факультет».

«Ничего себе! — с восхищением и одновременно с тревогой подумал Гога. — Та самая студия, которая всего несколько лет назад выбросила его, как мусор!»

Набор был открыт для всех, закончивших восьмилетку. Набирали всего 25 человек из населения республики почти в два миллиона! «Это единственный шанс! Единственный! — с трепетом в сердце думал Гога. — Не вспомнят же?! Я тогда был совсем салагой!»

Вереница будущих «звезд» латвийского кинематографа потянулась в сторону студии. Гога даже не задумался, сколько здесь может быть желающих. А сколько детей и родственников высокопоставленных персон! Он имел глупость сообщить коллегам в порту о своем решении поступать. Сначала все в порту застыли и онемели, а затем заржали! Просто попадали со смеху!

— Ха-ха-ха-ха! Надо же! У нас артист объявился! Аха-ха-ха-ха!

Но это унижение не обескуражило Гогу. Наоборот — только усилило гнев и решительность!

— Я покажу этому быдлу, из чего сделан! Поступлю! Всем назло поступлю!

Закончив ржать, порт замер в ожидании. Некоторые стали даже ставить на деньги.

Задание по актерскому мастерству было изобразить какое-нибудь животное и придумать сюжетную линию. Гога думал недолго. Он будет петухом! Собрав нескольких девчонок, он предложил им изобразить молодых кур. Далее объяснил: действие происходит в курятнике, куда случайно забрел молодой петух. Увидев неземную куриную красоту, он станет гонятся за ними с намерением оплодотворить их еще не искушенную плоть. А они, естественно, в ужасе будут убегать от него. Девчонки сильно засомневались, участвовать ли в таком… Но, не имея ничего лучшего, да и времени в обрез, согласились. Свет погас. Гога, высоко поднимая колени, медленно ступил на сцену. С гордо поднятой головой он оглянулся по сторонам и энергично захлопал «крыльями». Затем вытянул шею и выдал такое «Ку-ка-ре-куууу!», что комиссия от неожиданности вздрогнула! Но затем погрузилась в суть происходящего. От нервного перевозбуждения Гога так вжился в роль (в некотором смысле ему давно знакомую), что молодые куры не на шутку всполошились и, визжа, бросились врассыпную. Но Гога не отступал! Насупившись и согнувшись, он поочередно старался оседлать каждую. Комиссия была в шоке, но одновременно в восторге, судя по громкому смеху и аплодисментам. В комиссии присутствовали несколько представительниц прекрасного пола. Возможно, некоторые из них и сами были не против, чтобы их оседлало это кареглазое животное. Как бы там ни было, Гогу приняли! Никто так и не узнал «артиста», так неудачно дебютировавшего здесь несколько лет назад.

Весть пронеслась по порту, точно оглушительный гудок громадного лайнера! Проспорившие уговаривали