По дороге в Рай - Джордж Пусеп

Рывок в Москву

О том, что до окончания подачи документов в театральные вузы оставалось всего несколько дней, Гога узнал случайно, позвонив в Москву. Уже на следующий день он стоял в очереди на вокзале за билетом. «Какой же я идиот!» — нервно вскинув голову и кусая губы, воскликнул про себя Гога. Хорошо, что в Москве есть Боря! Хоть какая-то зацепка. Боря Галкин учился на втором курсе Щуки. Зина дружила с его мамой. Борис (отец Гоги) тоже обещал посодействовать. Но узнав, что Гога и вправду собрался в Москву, стал убеждать Зину, что это небезопасно. Жить одному в таком большом городе, да еще в столь юном возрасте — огромный риск! И вряд ли он сможет взять на себя такую ответственность. Он же человек крайне обязательный!

Глава 8. Возвращение к «цивилизации»

Маша

В Палм-Спрингс Маша появилась неожиданно. Гога закончил гулять с Женей и вернулся домой, закатывая коляску в комнату.

— Маша?! Вот это да! Ты откуда?!

Маша бросилась ему на шею.

— Как я рада тебя видеть! Ты даже не представляешь! — радостно воскликнула она и посмотрела на коляску. Затем с восхищением спросила: «А это Женечка?!»

— Он самый, — ухмыльнулся Гога.

— А можно я его возьму на руки? Ну, только на секунду! — умоляюще спросила Маша, не отрывая глаз от Жени.

— Да, конечно, можно, — низким, почти мужским голосом, ответила Кира. — Бери!

— Бери! Бери! — добавил Гога.

Взяв осторожно Женю на руки, она посмотрела на Киру.

— Боже! Как он похож на тебя, Кира! И глаза такие же голубые! А взгляд строгий, как у Гоги!

Кира странно улыбнулась.

— Жорочка… Машенька у нас поживет. Ты же не против? Я ее так ждала! Ну, улыбнись хоть! Что ты такой серьезный?! Это же наша Машенька!

Гога не знал, как отнестись к внезапному появлению Маши. Он лишь улыбнулся и ничего не ответил.

Просидели весь вечер. Маша рассказывала о своей жизни, о сыне, о том, что убежала из Минска, как только получила визу в Америку. И возвращаться не хочет.

— Но как это организовать, понятия не имею. Просто не могу больше. Там все так ужасно! Да что я вам рассказываю… Сами знаете.

— А как же с сыном? — поинтересовался Гога.

— Его тоже буду вытаскивать. Но еще не знаю как. Сначала надо самой устроиться.

— А как же с этими людьми? С американцами? — спросил Гога. — Они же твои гаранты?

— Да что с ними будет?! — воскликнула Кира. — Не посадят же!

— Я понимаю, что это нехорошо, — начала оправдываться Маша. — Но что мне теперь делать?!

— Да что ты вдруг так забеспокоился об этих американцах! — возмутилась Кира. — Сделали доброе дело, ну, и хорошо! Где-нибудь им зачтется. Что, она должна теперь всю жизнь об этом думать?

Гога посмотрел тяжелым взглядом на Киру.

— Кира… Я же не тебя спрашиваю. Я спросил Машу! Люди помогли…

— Да ну тебя! — отмахнулась Кира. — Давай поговорим о чем-нибудь другом! Вот, например, какая Машенька стала красивая! Ты заметил?

— Кир… ну, ладно тебе!.. — покраснев, засмеялась Маша. — Какая была, такой и осталась.

— Вот только зубки надо будет поправить, — по-деловому заявила Кира. — И тогда ты у нас будешь вообще красавица! А там мы тебе и жениха найдем. Правда, Жора? — засмеялась Кира.

— Кир, ну, перестань! — вновь застеснялась Маша.

— Как я рада тебя видеть! Ты даже не представляешь! — вновь воскликнула Кира.

— Так, девочки, я пошел спать! А вы уж тут без меня сами… Все! Чао!

— Ты, Жорочка, иди, иди, не беспокойся… Мы тут с Машенькой еще посидим. Ух, как я рада, что ты приехала, дорогая моя девочка! Красавица моя! — крепко обняв Машу, радовалась Кира.

Маша действительно оказалась полезной. Помогала по дому и с Женей. Гога теперь мог, не отвлекаясь, продолжать работать. Маша окончательно решила: она не вернется. Встал вопрос, как это сделать. Кира сразу предложила фиктивный брак. Но для этого требовались деньги, поэтому идею на время оставили. Следующий вариант — тоже жених. Но уже настоящий. У Гоги был знакомый, тоже эмигрант, по имени Эли. Тот первым оказался в списке. Холостяк Эли давно жил в Америке, являлся достаточно успешным актером и часто снимался в Голливуде. Он был рыжеволосый, высокий, с огромным носом, небольшими светло-карими глазами, с очень пухлым ртом и отвисшей нижней губой. Красавцем точно не назовешь. Независимо от этого он пользовался большим успехом у женщин. Маша оказалась не исключением и вскоре влюбилась в него. Но стоило Эли почувствовать, что дело пахнет свадьбой, его как ветром сдуло. Маша долго переживала, плакала. Других претендентов на «должность» не было.

— Эх! — бойко заявила Кира — Где таких, как Машенька, найдешь, в этой вашей долбаной Америке?! Ты только посмотри на нее! Клад, а не невеста! А этот твой Эли — дурак! Да еще и сердце моей любимой подруге разбил! Сволочь!

Грин-карта для Маши

В прошлом Гога сотрудничал с адвокатами и хорошо разбирался в эмиграционном законодательстве. Он уже сделал грин-карту Кире, помог нескольким ее знаменитым друзьям. Знал, как находить в бюрократических заморочках правовые лазейки.

— Маш… — как-то сказал Гога. — Ты говорила, твоя мама — еврейка. Это действительно так?

— Ну, да, мама — еврейка…

— Хм, значит, и ты! А что произошло — извини за вопрос — с твоими передними зубами? — указав на ее мост, спросил Гога и слегка съежился.

Маша покраснела.

— Да ничего! Ты забыл, какие у нас зубные врачи? Вот, сам видишь. Даже стыдно улыбаться.

— А что? — неуверенно поинтересовалась Маша.

— Да нет, ничего. Так. Думаю. Появилась одна идея. Раз ты еврейка, то местный ХИАС, по идее, должен тебе помочь. Сейчас, правда, еврейский вопрос уже не актуален… Но думаю, что еще не умер.

На следующий день Гога отправился в местное отделение ХИАСа. Не вдаваясь в подробности, он поинтересовался, кто и как мог бы помочь Маше с получением статуса беженца.

— Сейчас совсем другое время, — начала объяснять служащая — невысокого роста, с короткой стрижкой, женщина лет пятидесяти в роговых очках. Евреи в России уже не считаются меньшинством, находящимся в опасности. Хотя это, конечно, смешно — где и когда мы не были в опасности. Тем не менее теперь евреи могут беспрепятственно покидать Россию. Свободные люди. Поэтому получить статус беженца еврею из бывшего Советского Союза стало почти невозможно. Конечно, бывают отдельные случаи… Когда