По дороге в Рай - Джордж Пусеп

Тут произошло еще одно радостное событие — его пригласили солистом в бит-группу. Он уже был хорошо известен благодаря своему красивому голосу и умению петь на «английском».

Школу Гога закончил. Даже умудрился пофлиртовать с учительницей химии. Та на его попытку мило улыбнулась и поставила четверку. Ладно четверку за умение химичить, но по химии?! Рисунок на гобелене его судьбы был лишь в зачатке, работа над ним продолжалась.

Волшебный шар и плавки

С Леей Гога продолжал встречаться. Иногда как с любовницей. Иногда как с сестрой. Признавался, что встречается и с другими. Мог даже попросить совета по поводу другой девушки. Лея была на четыре года старше его и старалась относиться ко всему спокойно. Во всяком случае, так это выглядело со стороны. Наверное, лишь сожалела, что с ним по-другому невозможно. Он вольная птица и удерживать его бесполезно.

Началось жаркое лето 1967 года. Гога, как всегда, проводил время на пляже с гитарой, окруженный компанией. Но в мыслях был уже в Москве! Там предстояло поступать в институт. Фарцовщик Билли показал японские плавки из плотного, темно-синего нейлона, с двумя желтыми полосками по бокам и с внутренним карманом для денег. В те времена такой элемент гардероба был мечтой каждого! Цена мечты — пятнадцать рублей. Услышав о плавках и увидев его восторженное лицо, Лея предложила занять деньги на их покупку.

— У кого? — вытаращил глаза Гога.

— У моего папы, — спокойно ответила Лея.

Гога расхохотался.

— Ну, ты да-ешь! Правильно, Лея. Я приду к твоему папаше и скажу: «Здравствуйте, папа, я ваша тетя! А не одолжите ли вы мне 15 рублей на покупку японских плавок, до лучших времен, которые никогда не наступят». Браво, Лея! Мо-ло-дец!

Лея прищурила глаза и по-детски засмеялась, но ничего не ответила. На следующий день она пригласила Гогу к себе домой, когда там никого не было. Они зашли в гостиную, Лея закрыла дверь на ключ. Загадочно улыбнулась, подошла к подоконнику и выглянула в окно. Гога не понимал, что она делает, но холодок пробежал по коже. Лея указала на большую люстру, висевшую над столом, в основании которой был медный шар. Приложив палец к губам, она подошла к столу и прошептала:

— Помоги мне…

Опершись на его руку, забралась на стул и залезла на стол. Гогино сердце почему-то быстро забилось. Он почувствовал себя воришкой, прокравшимся в чужую квартиру, в то время как Лея откручивала нижнюю часть шара. Бережно положив ее на стол, она кивком указала на содержимое. Гога от удивления разинул рот. Половина шара была забита свертками со сторублевыми купюрами, обвязанными простой резинкой.

— Не беспокойся! Никто не заметит! — прошептала Лея, увидев его испуганное лицо. — Посмотри сколько здесь! Пятнадцать рублей?! — ухмыльнулась она и тихо засмеялась.

Гога стоял завороженный, глотая воздух пересохшим ртом. Вытащив сотню, которая показалась почти незаметной, Лея осторожно прикрутила обратно часть шара и бросила взгляд на Гогу.

— Да что ты так распереживался?! Мы вернем!

— Как мы вернем?! — нервно шепнул Гога. — С каких таких барышей, а?

— Что-нибудь придумаем, — спокойно ответила Лея, спрыгнула со стола и вытерла ладони о юбку. Картинка с плавками всплыла в голове как назойливое видение и окончательно сломила Гогину волю. «Действительно… — подумал он. — Кто заметит? Здесь все как будто ничего не трогали. Потом что-нибудь придумаем».

Леин папа был крупным, добродушным и веселым человеком. Вот уже много лет он трудился не покладая рук в торговле и давно стал миллионером. Поэтому он редко заглядывал в свой волшебный шарик.

На загорелом молодом теле плавки смотрелись убийственно! Лея радовалась как ребенок. Несколько дней Гога не мог избавиться от страха, что пропажу вот-вот обнаружат. Но дни шли, и все было спокойно. Лежа на золотистом песке, закинув руки за голову, Гога вглядывался в голубое небо и лениво размышлял: «Последнее беззаботное лето… Школу закончил. Не могу даже поверить! Какая пруха! Потом институт».

— Ой! — воскликнул Гога, хлопнув себя по лбу и резко сев. — Я же не узнал, до какого числа принимают документы! Вот идиот!

Лея повернула к нему голову.

— Да узнаешь. Еще есть время.

«Действительно! Что я распаниковался? Время еще есть», — подумал Гога и вновь распластался, уставившись в небо.

— А вот бы перед Москвой, — продолжил он, размечтавшись, — смотаться куда-нибудь на юг! Вот там жизнь! Пальмы… Море…

— Дааа… неплохо бы было… — тихо согласилась Лея.

«Тут без трех сотен не обойтись, — подумал Гога и тяжело вздохнул. — Поэтому нечего забивать себе голову глупостями!» Лея давно научилась читать его мысли. Она вообще обладала мистическими способностями, даже умела предсказывать будущее, делая это как-то по-своему, непонятно как. Прищурив глаза, она могла посмотреть на проходящую машину или троллейбус, затем что-то подсчитать про себя и весело воскликнуть:

— Сбудется! Вот увидишь!

Гога не спрашивал, как она это делает. Но всегда поражался, насколько точны ее предсказания. «Олеся какая-то!» — думал он, глядя на нее в недоумении.

Несколько дней спустя Лея посмотрела на Гогу уже знакомым ему особым, пристальным взглядом.

— Нет-нет-нет-нет! — протараторил Гога, догадываясь, о чем она думает. Лея засмеялась.

— Покуда не вернем то, что взяли, даже не думай! Я и так две недели почти не спал! Все этот шар мерещился! Будто живой и смотрит на меня с укором.

Прошло еще несколько дней. Лея вновь посмотрела на него, но уже умоляющим взглядом.

— Ну, кооотик! Поверь, никто не заметит! Я же знаю! Ты видел, сколько там?! А я тебе еще не показала самого главного, — загадочно мяукнула Лея.

— Самого главного?! — сипло выкрикнул Гога и уставился на нее. — Мне главного не надо! Спасибо! Я как-нибудь без главного обойдусь! Хорошо?!

Но если Лея что-то задумала, она это претворяла в жизнь. Когда они в очередной раз оказались у нее в пустой квартире, не проронив ни слова, она подошла к кровати и вытащила из-под нее две жестяные коробки. Сделав паузу, она многозначительно посмотрела на Гогу.

— Видишь это? — непривычно низким голосом спросила она.

— Ну, вижу… И что это?!

И то самое чувство, будто он воришка в чужой квартире, снова сковало его. Он стал с опаской поглядывать на дверь. «Вот сейчас кто-нибудь сюда зайдет… И что тогда?!» — в ужасе подумал Гога, наблюдая, как Лея ногтями медленно стягивает крышку коробки. Когда она ее открыла, у Гоги отвалилась челюсть! Коробка была забита старинными золотыми изделиями и камнями. Тут было колье с жемчугом, броши с крупными бриллиантами и множество колец, одно из которых Лея вытащила особенно