Правда и ложь об Иоанне Грозном - Валерий Александрович Мазуров

гектарам). Таким образом, при равном количестве земли больше сох было у черносошных крестьян, которые, следовательно, и платили больше податей. Размер сохи зависел от качества земли («хорошей», «средней», «худой»), каждой присваивался номер. Со всех одинаковых сох платились одинаковые подати.

Царь поставил цель справедливо уравнять землевладельцев в их службах, платежах и повинностях. За годы боярского правления в руках одних людей (бояр) сосредоточилось огромное количество земель по сравнению со временами Василия III. Одновременно в больших масштабах произошло обезземеливание дворян и детей боярских. А ведь именно дворяне и боярские дети были основой вооруженных сил государства.

За время боярской власти к середине XVI в. резко выросло и монастырское землевладение. Вотчины отдельных монастырей достигали огромных размеров. Так, например, в 60-х гг. XVI в. владения Иосифо-Волоколамского монастыря превышали 30 тыс. десятин пахотной земли, Кирилло-Белозерского монастыря — от 13 до 19,6 тыс. десятин пахотной земли с 23 селами, 3 приселками и 892 деревнями. Подобных монастырей было немало. В интересах государства следовало увеличить земельные наделы обедневших служилых людей за счет «лишков» земель, выявленных у тех, кто увеличил свои владения в годы правления бояр.

Царь в мае 1551 г. издал приговор (указ), определивший основные принципы политики государства в отношении двух крупнейших категорий землевладения: монастырского и княжеского, которым в частности предусмотрена конфискация всех земель и угодий, переданных Боярской думой епископам и монастырям после смерти Василия III. Церкви было запрещено приобретать новые земли без разрешения царя. Некоторые ограничения были введены и в отношении княжеско-вотчинных землевладений.

Приговор устанавливал ряд мер, направленных против монастырского землевладения:

1. Запрещалась покупка монастырями (и другими представителями церковного землевладения) вотчин «без доклада» царю: «вперед архиепископом, и епископом, и монастырем вотчин без царева великого князя ведома и без докладу не покупати ни у кого, а князем и детем боярским и всяким людем вотчин без докладу не продавати ж. А кто купит и кто продаст вотчину без докладу, и у тех, кто купит, денги пропали, а у продавца вотчина; а взяти вотчина на царя и великого князя безденежно». Земли, уже переданные монастырям без доклада царю, подлежали конфискации для последующей раздачи в поместье.

2. Другой пункт приговора запрещал князьям продавать и отказывать свои вотчины в пользу церкви без особого на то разрешения, распространял обязательность «доклада» и на земельные вклады в монастырь: «а кто без государева ведома в которой монастырь вотчину свою дасть по душе, и та вотчина у монастырей безденежно имати на государя».

3. Третье положение приговора устанавливало особые ограничения для вотчинников ряда местностей, для князей в первую очередь. Особый раздел приговора регулировал порядок выкупа родичами вотчин, данных в монастыри. Родичи имели право выкупать эти вотчины по тем ценам, которые были указаны в завещании, согласно которым и передавались монастырям. Причем родичи могли использовать эти земли уже после выплаты установленной суммы.

Перечисленные пункты, однако, не исчерпывали содержания приговора. Более того, основное политическое значение приговора заключалось не в них.

Во всех указах, приговорах, губных грамотах и других законодательных актах Ивана Грозного в области земельной политики четко просматривается стремление царя ликвидировать в интересах дворянства результаты земельной политики времен боярского правления. Поэтому важнейшей составной частью приговора 1551 г. являются следующие три статьи:

1. «Которыя царевы великого князя поместныя и черныя земли задолжали у детей боярских и у христиан и насилством поотоймали владыки и монастыри, или которыя земли писцы норовя владыкам же и монастырям подавали, а называют владыки и монастыри те земли своими, а иные починки поставляли на государевых землях: и того сыскати, чьи земли были изстари, за тем те земли и учинити».

2. «А которыя села, и волости, и рыбныя ловли, и всякая угодиа, и оборчныя деревни после великого князя Василии бояре подавали архиепископом, и епископом, и монастырем: и того сыскав учинити так, как было при великом князе Василье».

3. «А которые будет монастыри, или к которым церквам и нищим, в ругах и в милостынях придача ново, после великого ж князя Василия: и те руги и милостыни новопридачныя сыскав оставити; а учинити по старине, по тому же, как где давали руги и милостыни наперед сего, при великом князе Иване и при великом князе Василье Ивановиче всея Русии».

«А кто вотчину свою без царя и великого князя ведома чрез сесь указ кому продаст, и у купца деньги пропали, а вотчичь вотчины лишен». Конфискованные вотчины надлежало забрать на государя, «да те вотчины отдавать в поместье». Цель нового законодательства заключалась в расширении фонда государственной земельной собственности — опоры всей военно-служилой системы Московского государства. Это позволило пополнить фонд поместных земель за счет церковных и отчасти княжеских вотчин. И все же основные земельные богатства монастырей остались нетронутыми. Церкви удалось отстоять земельные владения, но она была вынуждена поступиться значительной частью своих податных привилегий — тарханов.

Знать и князья церкви — обладатели тарханов — не платили в казну податей с принадлежавших им земель. Царский Судебник (статья 47) предписывал «тарханных вперед не давати никому, а старые тарханные грамоты поимати у всех». Действие нового закона испытали на себе все знатные землевладельцы как светского, так и духовного чина.

В отношении военной службы вотчины были приравнены к поместьям. Теперь не только помещики (получавшие поместье — землю за службу), но и вотчинники (имевшие наследственные земли) должны отбывать обязательную военную службу и выходить в поход «конно, людно и оружие». Землевладелец с каждых 150 десятин пашни обязан выводить в поле воина в полном вооружении.

Помещики имели холопов двух категорий. Страдники — пашенные мужики — пахали землю на господина. Боевые холопы несли военную службу. Землевладельцы вооружали своих боевых холопов, предоставляли им боевого коня и запас продовольствия в поход. При этом слуга давал господину долговую расписку, или кабалу, на сумму, в которую оценивалась стоимость предоставленного имущества. Боевые слуги начала XVI в. были старинными и полными холопами, слуги второй половины века — кабальными людьми. В середине XVI в. происходило разорение мелкопоместного дворянства.

Богатые землевладельцы пускались во все тяжкие, чтобы заполучить в свою вооруженную свиту опытных воинов из числа выбывших со службы боярских детей.

Указ 1558 г. подтверждал законность всех служилых кабал на сыновей дворян (детей боярских) старше 15 лет, не находившихся на царской службе. Чем объяснить такую политику государя? Чтобы вернуть оскудевшего дворянина на цареву службу, казне надо было затратить большие средства на обеспечение воина поместьем, экипировки в поход. Но был и другой выход. Ратника мог снарядить состоятельный землевладелец, ссудивший ему деньги под кабалу. Закон определял пятнадцатирублевый максимум, то есть максимальную сумму долга кабального. На эти деньги можно было полностью