Правда и ложь об Иоанне Грозном - Валерий Александрович Мазуров

Литовский дипломат и публицист Михалон Литвин с восхищением писал о порядках, установленных в Московии: «Москвитяне соблюдают равенство между своими и не дают одному много должностей. Управление одной крепостью на год или, много, на два поручают двум начальникам вместе и двум нотариям (подьячим). От этого придворные ревностнее служат своему князю и начальники лучше обращаются с подчиненными, зная, что они должны отдать отчет и подвергнуться суду, ибо осужденный за взятки бывает принужден драться на поединке с обиженным» (37).

В эти же годы на Руси совершенствуется и система общегосударственных органов управления — приказов.

Заведование текущими делами великие князья поручали, приказывали отдельным лицам. Отсюда и появилось впоследствии наименование приказы уже как организационные структуры. Вначале же отдельные отрасли управления носили название путей. Появились и постоянные должности.

Организация княжеского двора начиная со времени правления Ивана III постепенно усложняется. Количество придворных должностей увеличивается. Вместе с тем служба получает строго иерархический порядок. Во главе этой иерархии стояли члены государевой думы: бояре, окольничие, думные дворяне и думные дьяки. За ними следовала целая серия придворных должностей, назначенных для управления хозяйством великого князя или для его личных услуг: дворецкий, ключник, казначей, оружничий, шатерничий, конюший, ясельничий, ловчий, сокольничий, печатник, кравчий, стольники, чашники, постельничий, спальники, стряпчие, рынды, жильцы. Для управления новыми территориями, вошедшими в состав Московского княжества, возникли новые управленческие структуры — территориальные дворцы, например Тверской дворец и т. п.

Бояре, руководившие различными отраслями управления, получили название путных. Высший класс бояр составляли бояре введенные, занимавшие, по воле князя высшие должности. Число бояр в Московском княжестве пополнялось выходцами из разных удельных княжеств и Литвы. Между старыми боярами и вновь прибывшими происходили неизбежные столкновения. Бояре за свою службу получали вознаграждение в трех видах: кормление, вотчины и поместья. Низший класс военно-служилого сословия, носивший в удельно-вечевой период название отроков, детских и гридней, в Москве стали называться дворянами и детьми боярскими. Младшим разрядом служилых людей были вольные слуги или люди дворные. Они исполняли мелкие должности таможенников, приставов, доводчиков и так далее.

На должности дворецких назначались представители княжеско-боярской знати из числа введеных бояр. В их руках находился надзор над судебно-административной властью наместников, волостелей и городовых приказчиков. Они осуществляли высший суд над местными дворянами, черносошным и дворцовым населением. Дворецкие контролировали выдачу жалованных грамот местным феодалам. Как показывают исследования историка Н. Е. Носова, из канцелярий областных дворцов выходили уставные губные грамоты.

Приказы возникали постепенно, по мере надобности, с усложнением административных задач. Поэтому распределение функций дел между ними не было четко регламентировано и со временем изменялось. Центральным органом дворцового аппарата великого князя являлась великокняжеская казна. Она была и великокняжеской канцелярией, и центральным финансовым ведомством, государственным архивом, а также принимала самое деятельное участие в организации дипломатической службы. Казна ведала также делами, связанными с организацией вооруженных сил и обеспечением землею дворян-помещиков. Видную роль в организации всей текущей работы казны играл казначей. Казначеями назначались не представители княжеско-боярской знати, а люди, близкие великим князьям и хорошо знавшие финансовые вопросы и вопросы внешнеполитических сношений Русского государства.

При Иоанне Васильевиче из Большой казны (так она стала именоваться при царе) выделились Посольский, Поместный и Разрядный приказы, вначале именуемые избами. Наиболее раннее упоминание об избе как органе управления относится к 1548 г. В 1543 г. упоминается Конюшенный двор, а в 1548 г. говорится уже о Конюшенной избе, которая еще входила в ведомство конюшего. К 1547–1548 гг. относится первое упоминание Сытного дворца и Посольской избы, или избы дьяка И. М. Висковатого, как она вначале называлась. Датой основания Посольской избы в исторической литературе считается поручение посольского дела казенному подьячему Висковатому. В 1549 г. «приказано посольское дело Ивану Висковатому». В том же году Висковатый стал дьяком. Так постепенно из казны выделилась Посольская изба как учреждение с определенными функциями и штатом, который возглавлялся дьяком. Дьяк Висковатый первоначально с руководством дипломатическим ведомством совмещал функции «кормленого дьяка», оставшиеся за ним в силу связи Посольской избы с государевой канцелярией — казною. Это совмещение давало возможность финансировать учреждение, но зато усложняло его деятельность. Такие дополнительные обязанности постепенно сократились.

На Посольский приказ возлагались и функции разведки. Вот как писал литовский публицист и дипломат Михалон Литвин в своей книге: «У нас (в Литве) большое число московских перебежчиков, которые, разузнав наши дела, средства и обычаи, свободно возвращаются к своим, пока они у нас тайно передают своим наши планы. … Между московскими перебежчиками, которые в темные ночи убивали людей в Вильне и освобождали пленных своих земляков из темниц, был один священник, который послал своему князю с договоров, указов и других бумаг, тайно добытых в королевской канцелярии, копии. Хитрый тот человек (царь Иван Васильевич) назначил награду возвращающимся перебежчикам, даже пусть и бесполезным, рабу — свободу, простолюдину — дворянство, должнику — прощение долга, злодею — отпущение вины» (37).

Одним из первых приказов, созданных при Иоанне Васильевиче, был Челобитный (вначале именовался избой). Его сравнивали с собственной канцелярией царя, занимавшейся принятием, рассмотрением и решением челобитных, которые население подавало царю во время его выходов из дворца. Дьяк Челобитного приказа, всегда сопровождавший царя на выходах, принимая челобитные, писал на их обороте царские указания. Дьяческие пометки на обороте челобитной были адресованы в соответствующий приказ и содержали указание царя по возможности удовлетворить просителя, «а если за чем, дело решить нельзя, то доложить об этом особо государю». Эта функция дворян и дьяков Челобитного приказа находилась в тесной связи с другой, не менее важной. Дело в том, что подсудность лиц и дел в Московском государстве распределялась очень сложно между множеством ведомственных или территориальных приказов. Все должностные лица, начиная с самых верхов и до низа, находились вне компетенции общих приказов и, как тогда говорили, «судом и управой» были ведомы только в Челобитном приказе. Таким образом, дворяне и дьяки Челобитного приказа по сущности своих служебных обязанностей находились в постоянной близости к царю, а Челобитный приказ в правительственном механизме Московского царства стал и органом контроля.

В октябре 1550 г. была создана Ямская изба, на которую возложили службу связи государства. Ямскую службу, ранее существовавшую, полностью реорганизовали. Вместо ямской повинности на население, которое было вынуждено строить ямские дворы и держать на них подводы по определенному графику, были созданы специальные ямские слободы. В них набирались «ямские охотники» (т. е. добровольно нанявшиеся на ямскую службу). Эти «ямские охотники» получали денежную плату за свою службу и «подмогу» на содержание коней, подвод и двора. Организация ямских