Правда и ложь об Иоанне Грозном - Валерий Александрович Мазуров

Боевые холопы получали служнюю пашню и пахали ее на себя. Служняя пашня являлась принадлежностью поместья — государственного имения, что и определило характер службы военных холопов. Господство государственной земельной собственности привело к тому, что служба боевых холопов утратила характер частной службы и приобрела вид государственной повинности. Власти в ходе реформы ввели в середине XVI в. принцип государственной регламентации военной службы холопов.

В феврале 1562 г. Иван Васильевич утвердил новую печать. На груди древнего двуглавого орла появился всадник — герб киевских князей. «Того же года (1562) февраля в третий день Царь и Великий Князь… учинил печать новую складную: орел двуглавый, а на другой стороне орел же двуглавый, а среди его инърог».

Царь Иван Васильевич начал военную реформу с ограничения местничества. Еще накануне Казанского похода в ноябре 1549 г. Иван IV после совета с боярами издал приговор «о местех в воеводах и в всяких посылках в всяком розряде не местничатися, кого с кем куды ни пошлют, чтобы воиньскому делу в том порухи не было». В летописи отмечено, что «всем бояром тот приговор был люб». Все бояре были воинами, и они прекрасно понимали, что руководить войсками в бою, сражении должны наиболее опытные и умелые. От этого зависели и исход сражения, и их личная жизнь. Но нормы местничества, долг их перед своим родом, кланом были для них важнее. Такой указ (приговор) царя снимал с бояр груз ответственности перед родом.

В 1550 г. царь Иоанн издал приговор, которым определил старшинство воевод по полкам («где быть на его службе боярам и воеводам по полкам»). В большом полку быть большому воеводе. Этот первый воевода большого полка считается выше первых воевод передового полка, полков правой и левой руки и сторожевого полка; «а кто будет второй воевода в большом полку, до него правой руки большому воеводе дела и счету нет, быть им без мест. Первые воеводы передового и сторожевого полка не меньше воевод правой руки; левой руки воеводы не меньше воевод передового полка; левой руки воеводы меньше первого воеводы правой руки, а второй воевода левой руки меньше второго же воеводы правой руки».

Кроме указанных полковых воевод в русском войске состояли еще ертаульный воевода, командовавший ертаульным полком, воевода от снаряда (начальник артиллерии) и гулевой воевода — начальник гуляй-города. Все полки делились на сотни, которые делились на десятки. Численность полков в 1558 г. (по данным историка O. K. Курбатова): большого полка — 15 сотен, правой руки — 10 сотен, передового полка — 8 сотен, левой руки — 6 сотен, сторожевого полка — 8 сотен.

Было определено князьям и дворянам большим и детям боярским на царской службе с боярами и воеводами или с легкими воеводами для царского дела быть без мест. Царь указал записать в наряд служебный, что если боярским детям и дворянам большим случится на царской службе быть с воеводами не по их отечеству, то отечеству их тут порухи никакой нет. «А которые дворяне большие ныне будут с меньшими воеводами где-нибудь на царской службе не по своему отечеству, а вперед из них кому-нибудь случится самим быть в воеводах с теми ж воеводами вместе или случится где быть на посылке, то с теми воеводами, с которыми они бывали, тогда счет им дать и быть им тогда в воеводах по своему отечеству; а прежде того, хотя и бывали с которыми воеводами меньшими на службе; и тем дворянам с теми воеводами в счете в своем отечестве порухи нет, по государеву приговору». Таким образом указы царя ограничили возможность местничания воевод разных полков; они ликвидировали право молодых служилых людей знатного происхождения местничаться с воеводами менее знатного происхождения. Право местничаться они получали только тогда, когда сами становились воеводами, и тут прежняя их подчиненная служба не имела никакого влияния.

Приговор о местничестве способствовал укреплению дисциплины в войске, повышению авторитета воевод, особенно не знатного происхождения, и улучшению боеспособности русского войска.

В 1550 г. царь решил создать небольшое личное войско численностью в тысячу человек, предназначенное для личной охраны царя и для выполнения его личных поручений. Со временем оно стало той базой, откуда он брал кадры для формирования органов управления государства. Для этой тысячи воинов царь указал выделить поместья в окрестностях Москвы, с удалением от нее не более 70 верст. В приговоре определялись как количество выделяемой земли на поместье, так и другие средства (например — сено) для их содержания в зависимости от их служебного положения. Воинам этой тысячи было определено, «которым боярам и окольничим быть готовыми на посылки».

За неявку на службу поместья отбирались. Не явившиеся служилые назывались нетями, нетчиками; списки, куда записывались их имена, назывались нетными списками. Когда опала с нетчиков снималась, им возвращались поместья, старые или новые, по случаю разных торжеств, церковных и царских, например, по случаю принесения чудотворного образа, по случаю рождения царевича. Сбор детей боярских на службу производился чиновниками из Москвы. Они, прибыв в область, получали списки детей боярских и с помощью губных старост и городовых прикащиков и рассыльщиков собирали подлежащих сбору на службу. Укрывающихся детей боярских отыскивали, били кнутом и отправляли на государственную службу. Служилым людям кроме поместий давались осадные дворы в городах, в которые их семейства перебирались в случае опасности от неприятеля. Причем в этих дворах служилые люди должны были иметь запас продуктов и определенное количество оружия. Сами же служилые люди были расписаны по конкретным местам в крепости.

Царь упорядочил несение военной службы служилыми людьми. В 1556 г. издано Уложение о службе, определившее порядок прохождения воинской службы. Теперь каждый феодал, не только помещик, но и вотчинник должен с определенного количества земли (150 десятин) выставлять установленное количество воинов на конях и в полном вооружении. Те, кто выставлял воинов больше нормы, получали денежное вознаграждение, а тот, кто выставлял воинов меньше нормы, платил штраф. Было уменьшено и налоговое бремя на мелкопоместных служилых людей.

Принятие Уложения о службе способствовало увеличению численности и повышению боеспособности русских войск, препятствовало уклонению бояр от службы. Этой же цели служили периодические военные смотры. У не явившихся на службу или смотры, в том числе и бояр, отбирались поместья и вотчины. Таким образом, по отношению к государственной службе были приравнены как помещики (дворяне, дети боярские), так и наследники крупных земельных владений (князья, бояре). Речь шла не об уравнении богатств, а об уравнении «сильных» и «богатых» со всеми служилыми людьми