Фабрика смерти - Ота Краус

Часто узникам из особой команды приходилось подготавливать убийство своих родных, жен, братьев или сестер, а затем сжигать их трупы. Они помогали эсэсовцам раздевать заключенных перед отправкой в газовые камеры, отвозили трупы в печи крематория или складывали трупы и сжигали их во дворе. Кроме того, чистили газовые камеры, собирали вещи, оставшиеся после убитых людей.　

Вначале в особой команде работали только евреи, позднее были и русские, а в последнее время в нее попали пять польских политзаключенных, которым смертный приговор был заменен работой в этой команде.　

У трупов выдирались золотые зубы; это делали врачи-заключенные. Эсэсовцы осматривали рот у каждого трупа перед сожжением, и за каждый незамеченный золотой зуб врач-заключенный получал двадцать пять ударов плетью. Зубы чистились, а затем их переплавляли в тигелях емкостью 500 граммов. Эту работу выполняли зубные техники Катц и Фельдман. Осенью 1944 года Франтишек Фельдман из Тренчанских Теплиц, заключенный № 36661, говорил нам, что переплавлено уже до 2 тысяч килограммов золота. Каждый вторник в крематорий приезжал эсэсовский офицер, контролировавший переплавку золота и увозивший его.　

По приказу Берлина заключенные из особой команды содержались отдельно от других заключенных, причем всем в лагере было запрещено общаться с ними. В команде работал особый врач, лечивший своих заключенных.　

Мы были связаны с заключенными этого отряда. Это было очень опасно, так как если бы нас уличили в этом, то нам угрожала бы в лучшем случае утрата «свободы» в рамках лагеря, а то и включение в число членов этой команды.　

Работа в особой команде пагубно сказывалась на моральном духе заключенных. Они тупели, становились черствыми и бесчувственными. У них было достаточно пищи, сигарет и прочего, так как после людей, отравленных в газовых камерах, оставалось много вещей. Эсэсовцы не протестовали, если члены особой команды доставали спиртные напитки. В особой команде работало около 800 человек, причем число заключенных в этой команде колебалось в зависимости от того, как часто прибывали новые эшелоны и много ли жертв было в них.　

Когда в состав особой команды включали новичков, то они, узнав о том, какая работа их ожидает, обычно отказывались от нее. Случалось, что новички сознательно бросались в газовые камеры либо на штыки эсэсовской стражи, предпочитая смерть позорному ремеслу.　

Начальник всех крематориев эсэсовец Молл жестоко расправлялся с бунтовщиками. Он живыми бросал их в огонь, причем бросал в печь так, что половина тела несчастной жертвы оставалась снаружи, и оставлял дверцу печи открытой, для того чтобы прочие заключенные видели весь ужас такой смерти. Иногда он карал непослушных узников следующим образом: одежда заключенного поливалась бензином и поджигалась, после чего несчастного заставляли бегать по двору. Обычно он кончал тем, что бросался на колючую проволоку, по которой был пропущен ток.　

Когда Молл бывал пьян и пребывал в хорошем настроении, он ради развлечения стрелял в зажженный конец сигареты, которую заключенный держал во рту. Молл считался лучшим палачом, мастером своего дела.　

Часто в помещении для казней, расположенном в крематории, выносились смертные приговоры провинившимся эсэсовцам, солдатам с фронта и работавшим в лагере вольнонаемным.　

В первый состав особой команды были назначены словацкие евреи. На их долю выпала самая страшная работа: они должны были выкапывать разлагающиеся трупы заключенных, убитых в первых, примитивных газовых камерах, и сжигать их. Заключенные, стараясь избавиться от такой работы, пытались бежать. Однако приготовления к побегу были раскрыты.　

10 января 1943 года их отправили в Освенцим, а там расстреляли и сожгли. Больные заключенные из этой команды, которые не смогли идти пешком в Освенцим, были расстреляны рапортфюрером Паличем во дворе блока № 2 в лагере ВI в.　

Летом 1943 года, вскоре после оккупации Германией Италии, в Биркенау привезли 2000 интернированных евреев, граждан США. Их обещали отправить в Швейцарию и там обменять на немецких пленных. Однако вместо этого все они попали в газовые камеры.　

В то время эсэсовской стражей в крематории, где сжигали женщин, командовал прославившийся своими зверствами рапортфюрер Шиллингер. Когда он приказал одной актрисе снять бюстгальтер, она сорвала с себя платье, швырнула его в лицо Шиллингеру, выхватила у него пистолет и выстрелила ему в живот. При этом был ранен также эсэсовец Эмерих. Произошло замешательство, некоторые эсэсовцы бросили оружие и разбежались. Заключенные из особой команды по приказу эсэсовских офицеров схватили оружие и загнали осужденных обратно в газовую камеру, получив за это увеличенный паек.　

Несколько ранее нацисты расправились с группой евреев, снабженных так называемыми американскими туристическими паспортами. Одна актриса, танцовщица, по фамилии Горовиц, хлопотала перед эсэсовцами о выдаче американских паспортов нескольким очень богатым　польским евреям во главе с крупным оптовым торговцем Мазуром.　

Богачи заплатили миллионы долларов в обмен за сохранение своей жизни. Снабженные американскими паспортами, они действительно отбыли в Гамбург и даже были посажены на пароход. Однако пароход не покидал порта. Так продолжалось довольно долго. Эсэсовцы довели обман до конца. Долгие дни ожидания они использовали для того, чтобы заставить «американцев» перед отъездом из Европы писать лживые и пропагандистские письма. Одновременно эсэсовцы продолжали вымогать у них ценности. Исчерпав все финансовые возможности «путешественников», эсэсовцы, наконец, отправили их, но не в Америку, а в Освенцим, в газовые камеры.　

Эта история одного из многих эшелонов является еще одним веским доказательством подлинных причин истребительного похода нацистских «рыцарей» против евреев. Все сводилось к захвату ценностей. Фашисты не гнушались ничем…　

В мае 1944 года 150 членов особой команды были отправлены в Люблин. Комендант лагеря Биркенау Шварцгубер заявил, что они едут на работу, однако, как мы узнали позднее от заключенных, приехавших в Биркенау из Люблина, их там расстреляли.　

Летом 1944 года пепел из крематориев вывозился за пределы лагеря и в шести километрах от лагеря сбрасывался в Вислу. Тогда произошел такой случай.　

Один греческий еврей трижды ударил лопатой по голове эсэсовца, сопровождавшего машины с пеплом, повторяя при этом: «Вот, получай за мать, за отца, за брата!» Потом он схватил автомат эсэсовца, переплыл Вислу и бежал, однако вскоре был схвачен, приведен обратно в лагерь и замучен.　

В последний раз отравление заключенных газом проводилось в ночь с 28 на 29 октября 1944 года. Это был последний эшелон чешских евреев из Терезина.　

3 ноября 1944 года отравление заключенных газом официально запретили. Нацисты приступили к разрушению крематориев I и II. Все техническое оборудование: водопроводная сеть, печи для сжигания трупов, моторы и так далее — демонтировалось, погружалось в вагоны и направлялось в концентрационный лагерь Гросс Розен.　

Заключенных из особой команды отправили в концлагерь Маутхаузен и там «ликвидировали». Среди