Мы друг друга не выбирали - Марина Анатольевна Кистяева

Леша безвольно откинулась на сиденье.

На вокзал они прибыли вовремя. Уже никто ничего не сказал, когда Рустам достал чемодан и первым пошел к нужному пути.

На перроне Леша осторожно обняла маму, стараясь не расплакаться. Она же взрослая девочка! Какие слезы…

Зато слезу пустила мама.

– Мам, ну ты чего…

– Не знаю. – Родительница повела плечами. – Такое чувство, что я тебя больше никогда не увижу.

– Мам!

– Дурь, знаю. Прости. Несу какую-то ахинею.

– Это точно. Ахинея, как есть.

Они обнялись. Алексия сдержала порыв прижаться крепко-крепко к родному человеку. Мама и так держалась молодцом.

Елена Викторовна первая разомкнула объятия и повернулась к Рустаму, который как раз спрыгивал с вагона. Он занес вещи в купе. У Леши засосало под ложечкой. Не парень, а мечта. Только не ее… Понимаете?

– Рустам. – Мама порывисто к нему шагнула.

На лице парня пробежала едва заметная рябь.

– Мне не надо повторять дважды, Елена Викторовна.

Он говорил с мамой Леши как равный. Его не смущала ни разница в возрасте, ни какие-то другие различия.

Мама медленно кивнула и, наконец, шагнула на лестницу. А дальше и вовсе скрылась в вагоне. Леша стояла, не двигаясь. Сейчас мама покажется в окне купе.

И уедет.

Так и получилось.

Леша вскинула руку, помахав родительнице.

Поезд тронулся.

Все.

Рустам стоял рядом, где-то за спиной Леши.

Она его чувствовала! Ауру, давящую энергетику. Близость.

Он стоял и чего-то ждал.

– Пошли. – Небольшая пауза, последовавшая за одним словом, резанула по нервам.

Деваться было некуда, Леша развернулась и, не глядя на Рустама, направилась к выходу. Он пошел рядом. Один шаг, второй. Они были как две параллельные вселенные. Они априори не могут пересечься!

Они вышли с вокзала. Интересно, если Леша сейчас заикнется про такси, Умаров ее на месте же прихлопнет?

Да и не было у нее денег на такси. Точнее, были, но она не могла их потратить.

Умаров, кажется, и без ее слов считал намерения. Потому что разом оказался ближе и руку подставил над поясницей. Не прикоснулся. Нет-нет, в воздухе зафиксировал, давая понять, чтобы даже не рыпалась.

Леша прищурила глаза. В грудь ударило неприятием.

Он же почти к ней не прикасается... Серьезно! Она раньше этому радовалась. Радуется и сейчас! Но вопрос как-то сам повис в воздухе.

– В машину, – уточнил Умаров.

Леша сжала губы.

– Рус, а у тебя есть собака?

Парень недоуменно нахмурился.

– Личной нет. В доме имеются...

– Тогда не понимаю... Команды ты отдаешь отлично.

Довольная своей дерзостью и предоставленной возможностью поставить Умарова на место, Леша шагнула вперед.

Чтобы почти сразу же ураган, за секунду набравший оборот невидимой силы, снес ее. В прямом смысле.

Рустаму и делать особо ничего не пришлось. Он придавил ее к машине, едва не расплющивая.

– Ты себя только что с собакой сравнила?! – Его голос завибрировал от едва сдерживаемой ярости. Воздух тоже вокруг пошел вибрациями. – Серьезно? Ты, дура, Федорова, или как?..

– Не смей меня обзывать, – прошипела она, упираясь руками в тачку и стараясь спиной оттолкнуть Умарова. Ее бедра врезались в его ноги. Пофиг!

– Эй, ребят...

Рядом с ними остановился мужчина лет сорока. Высокий, довольно крепкий. Такой мог бы физически противостоять Рустаму. Ее мозг каждому представителю мужского пола давал такую характеристику. И что дальше? Вот что? Драка? Очередная?

– Что? – Умаров повернулся на голос.

Леша метнула взгляд на Рустама.

Так и есть – слишком спокойным выглядел. На лице застыло нечитабельное выражение. И глаза ничего не выражали. Почти. В них клубилась привычная тьма, видимая только ей.

– У вас все нормально? – Мужчина смотрел на Алексию, ожидая именно ее ответа.

Ей пришлось кивнуть.

– Ругаемся, – произнесла она и нарочито пихнула Рустама в плечо. Тот не сдвинулся с места, продолжая размазывать взглядом незнакомца. Упрямый баран! Окончательно берега попутал.

Она вздохнула и опустила руки.

– Все нормально. Честно. Маму мою проводили в санаторий и... вот...

Зачем она дала лишнюю информацию – непонятно. Но мужчина медленно кивнул и посмотрел прямо Рустаму в лицо:

– Ты бы понежнее с девочкой. Куда прессуешь массой. Раздавишь.

– Разберемся, – глухо отозвался Рустам, делая шаг назад.

Мужчина отошел, но не ушел. Щеки у Алексии вспыхнули. Она начинает походить на жертву?

Рустам открыл дверь.

– Садись.

Алексия села. Хватит концертов, они ни к чему не приведут.

Рустам хлопнул своей дверью резче, чем полагалось.

Он не спрашивал про дом, универ. Сразу поехал ко второму.

Ехали они молча. Леша достала наушники и включила свою музыку.

На парковке Рустам вытащил наушник из ее ушей и зажал в массивной ладони черный пластик.

– Отдай.

Леша опасалась, что он раздавит фурнитуру. Наушники были новыми, дорогими, отец на Восьмое марта подарил.

Рустам протянул черную загогулину.

– Я приду к тебе на ужин в восемь часов. Ничего не готовь, сделаю доставку.

Если Леша думала, что он ее уже ничем не мог удивить, она сильно заблуждалась.

ГЛАВА 17

– Я ничего не понимаю. – Маша сделала глоток кофе.

Леша посмотрела в телефон. От мамы пришло сообщение, что она еще в дороге, чувствует себя хорошо.

– Эй! Федорова... Ау!

Машка щелкнула перед ее лицом пальцами.

– Вернись, я все прощу.

– Я тебя рассказала последние новости.

– Я