41 - ый год. Часть 3 - Виталий Егоренков

Мы уже восемь дней подряд на пути движения немецких танков выставляем мины. Командование у фрицев, к сожалению, соображает очень неплохо. Наверняка сообразили прикрепить к танковым колоннам сапёрные группы для быстрого разминирования наших минных полей. Попробуем проредить ряды этих немецких специалистов. Петров, ты как?

Боец махнул здоровой рукой:

— Жить буду, товарищ капитан, тут скорее не рана, а большая царапина. Болеть болит, но бегать, стрелять и воевать вроде не мешает.

— Отлично, у меня аналогично, тогда занимаем позицию и без команды не стреляем. Если фрицы едут без сапёров и застрянут надолго, то тихо отползаем до машины и уезжаем без боя. — дал команду капитан.

— Даже немного не постреляем? — расстроился Трунов.

— Только если заметим сапёров, Трунов, — строго сказал капитан. — У нас главная задача тормозить немецкие танки. Если они здесь застряли надолго, то и хрен с ними, снова делаем рывок до ближайшего склада и набираем новый запас мин.

Впереди немецкой колонны шел танк т-3, с белым крестом на башне и головой командира танка торчавшего из открытого люка. В бинокль было видно как молодой белобрысый фриц с любопытством смотрит по сторонам.

Взорвавшаяся под гусеницей противотанковая мина, заставившая подпрыгнуть «тройку», очень сильно его удивила.

Взрывчатое вещество сильно повредило гусеницу, но на большее его, к сожалению, не хватило. Танк с порванной гусеницей слегка повернулся вокруг своей оси и остановился.

Следующий за ним танк т-3 попробовал объехать своего товарища справа по полю, но поймал ещё одну противотанковую мину и тоже встал на прикол с порванной гусеницей.

Больше немцы не пытались объехать подорванный на дороге танк, остальные машины остановились на безопасном расстоянии, на дорогу и в поле вышло несколько немцев в одежде сапёрных войск Вермахта.

— Давай, Трунов, стреляй гадов. — приказал Найденов. — Остальные тоже, по готовности.

Меткая очередь из трофейного пулемета резанула по саперам. Пара из них упала изломанными куклами, двоим или троим удалось лечь на поле без посторонней помощи.

Второй и третью очередью Трунов прошёлся по немецким танкам, сметая оттуда вылезших отдохнуть и подышать свежим воздухом танкистов. Нескольких асов панцерваффе тоже успел задеть, прежде чем остальные попрятались или внутрь танка или за броню машины.

Найденов и бойцы из его команды тоже подключились, стараясь накрыть уцелевших и спрятавшихся в траве немецких сапёров. Одного или двух вроде даже задели, прежде чем немецкая пехота, сопровождавшая танки, развернула свои пулемёты и открыла ответный огонь. Остановившиеся на дороге танки стали вертеть башнями, выцеливая нахальных русских, осмелившихся устроить засаду.

— Сейчас нас загасят, — крикнул капитан, — быстро отступаем через лес и ищем нашу полуторку. Помогите Трунову с патронными ящиками.

Команда шустро, пользуясь заслоном из берез, сбежала в глубь лесного массива.

Несколько осколочных снарядов спустя несколько секунд метко прилетели в их позицию, сокрушая толстые берёзовые стволы, но группа капитана Найденова успела убежать на безопасное расстояние.

Полуторка ждала их там, где приказал капитан.

— Ну как, дали фрицам прикурить? — спросил водитель возбужденно.

— И прикурить, и выпить, и самоваром по черепу отоварили, — ответил счастливый мокрый от пота Трунов, гордо потрясая трофейным мг-34.

Найденов первым делом в машине сел за рацию: нужно было срочно сообщить командованию о встреченной немецкой танковой группе.

Глава 19

22 сентября 1941 года 15.00

Неожиданную атаку егерей из самой глухой гущи леса на нашу базу мы едва не проспали, потому что оттуда противника мы никак не ожидали. И пути-тропинки не минировали, и патрули особо не выставляли.

Кто же знал что немцы сбросят ранним утром на большую поляну в центре леса парашютами роту егерей?

Нам повезло по самой счастливой случайности в последний момент.

Один из учеников Васи Алексеева, красноармеец Кузнецов, отрабатывающий важный для любого снайпера навык — терпение, сидел на ветке вековой ели в костюме лешего с винтовкой Маузер на пути немецкого отряда, поэтому увидел егерей раньше чем они его. Сотня немецких солдат тихо, как тени, передвигались по лесу. На головах кепки вместо касок, на ногах удобные шипованные ботинки, в руках укороченные карабины и автоматы МП-40.

Было видно, что они умеют двигаться по лесу.

Сначала красноармеец ошарашенно тер глаза: не показалось ли ему спросонья, затем едва не сверзился вниз со своего насеста, только потом вспомнил первое правило снайпера, многократно повторенное инструктором: спокойствие, главное спокойствие.

После чего прицелился из винтовки в дюжего фельдфебеля идущего впереди, ругаясь на отсутствие оптики, затем мягко спустил курок. Грохнул выстрел, немецкий егерь с криком боли кулем повалился в успевшую пожухнуть траву с осенними листьями.

Остальные фрицы схватились за свои автоматы и повинуясь командам резанули очередями по секторам, пытаясь убить русского снайпера.

Кузнецов спрятался за толстым стволом ели, слушал как свистят рядом пули и радовался тому, что немцы теперь уж точно не застанут врасплох партизанский отряд. Он почти явственно видел как партизаны занимают заранее оборудованные огневые точки, расположенные вокруг базы, откуда без больших потерь фрицы их не сковырнут.

Сам Кузнецов пока не высовывался, больно уж густо вокруг свистели пули. Второе правило снайпера: сидеть и не высовываться. Особенно когда противник пытается зацепить меткого невидимого стрелка, стреляя по секторам.

Через минуту-другую магазины немецких автоматов опустеют, и тогда можно будет в образовавшуюся паузу, пока фрицы меняют магазины, выстрелить разок- другой и возможно в кого-то попасть. И снова спрятаться.

Потому что жизнь снайпера слишком ценная, чтобы её глупо сливать на обычную пару-тройку солдат, пусть даже и егерей. Тоже мудрость от снайпера-инструктора Васи Алексеева.

Кузнецов, поймав паузу, не торопился, спокойно выцелил немецкого пулемётчика, менявшего раскалённый ствол на мг-34, сбил его меткой пулей, затем пристрелил его напарника и снова спрятался.

Немцы опять залили близлежащие деревья пулеметным дождём.

Красноармеец Кузнецов осознавал, что жить ему оставалось считанные минуты, егеря скоро вычислят его местоположение, но очень хотелось использовать оставшееся время, чтобы нанести врагу максимальный урон и помочь тем самым своим товарищам.

Звуки перестрелки начались неожиданно, и донеслись из глубины леса, откуда партизаны немецких егерей совсем не ждали.

Мы вместе с комиссаром и другим командным составом отряда с аппетитом вкушали суп, приготовленный Розой Марковной, и изучали на карте подходы к железнодорожному мосту, который Москва настоятельно требовала подорвать.

Товарищам наверху в Москве всегда виднее где и как правильно взрывать или как и где сажать зерно. Правда они там не то, не другое никогда ручками не трогали, но это детали. Главное что они знают как лучше чем те кто этим занимается всю жизнь, потому что они начальники.

Пылаев бодро предлагал собрать могучий кулак из нескольких партизанских отрядов и нанести сокрушительный…

— Товарищ командир, вы чего так саркастически на меня смотрите? — спросил он, поймав