Плата за жизнь - Татьяна Александровна Захарова

– Не переживай, я никому не позволю завтра испортить тебе настроение, – пообещал Владимир неожиданно серьезно.

От этого мне стало не по себе, но я попыталась перевести всё в шутку.

– Ловлю на слове, – с веселым энтузиазмом произнесла я.

Владимир подхватил шуточный тон и отсалютовал мне. Так, подначивая друг друга, мы дошли до отеля. Мужчина проводил меня до номера и на прощание повторил.

– Юль, мне действительно мало твоей дружбы.

Опустив взгляд, я заставила себя произнести:

– Тогда нам нужно прекратить неформальное общение.

– Вот это точно нет, – заявил он и, чмокнув меня куда-то в висок, направился к себе.

А я поспешила скрыться за дверью своего номера и обдумать все в тишине.

Глава 15

Владимир

Я сам не ожидал, что так увлекусь Юлей. Да, она интересная и привлекательная женщина. Я ни словом не соврал, когда расхваливал её перед Алексеем. Но в тот момент я даже не подозревал, как она меня зацепит. Её чувство юмора с легким намеком на сарказм делало её превосходным собеседником. И я уже каждый раз с нетерпением ждал наших пикировок. И сам не заметил, как подсел на её улыбку и смех.

Каюсь, утром в понедельник я просто желал подбить друга на спор, заметив, что Лёха неровно дышит к переводчице. И щелкнуть того по носу, выиграв пари. Мне в тот момент казалось не сложным затащить Юлю в постель, обломав другу малину. Да, я жаждал отмщения за Алису. И даже не раскаиваюсь в этом. И вот уж совсем не думал, что Ковалевский под гнетом совести даст мне фору в пять дней. Правда, в последний день сорвался. Я видел их поцелуй в коридоре и слышал разговор. И даже обрадовался: Юля оказалась крепким орешком не только для меня.

А вот последующая прогулка по ночному городу показала, что противоборство с Ковалевским ей дается нелегко, хотя она и старается бодриться. Поэтому и старался не давить на неё. Но и на роль друга согласиться не мог. Интуитивно чувствовал, что ей нравится наше легкое общение. И я сам её привлекаю. Создавалось впечатление, что Юля не отказалась бы от короткого курортного романа, но что-то мешало ей. Будто на мне знак какого-то незримого «табу». И это меня интриговало. Но опять же, я точно знал: переть напролом, как делал это Ковалевский – последнее дело. Поэтому напоследок я напомнил, что меня не интересует «дружба» с ней. И попытался поцеловать. Не далась. Ещё и предложила прекратить неформальное общение. Ну уж нет! Поцеловав её в висок, направился к себе в номер, испытывая легкую досаду. Впрочем, азарт все равно превалировал в моих чувствах.

Подумывал поговорить с Ковалевским завтра с утра, но, когда я проходил мимо двери его номера, оная открылась, и друг уставился на меня тяжелым взглядом.

– Как погуляли? – нейтрально спросил он.

– Уж явно лучше, чем вы поужинали, – не удержался я от замечания. – По крайней мере, я оставил Юлю в замечательном расположении духа.

Алексей отчетливо скрипнул зубами, но промолчал в ответ на мою провокацию.

– Составишь компанию за рюмочкой текилы? – предложил друг.

Я кивнул, поражаясь выдержке друга. Ведь и он всерьез запал на Юлю. Просто залип на ней, не замечая никого кроме неё. Однако держится молодцом. Хотя… переводчице перепадает на орехи от его требовательного и жесткого руководства. Лёха налил мне рюмку горячительного.

– Я хотел предложить, – начал я, забирая рюмку текилы. – Точнее, попросить сбавить обороты на выходных. Юля, конечно, профессионал своего дела, но ты её реально «загонял», пытаясь найти, к чему придраться. Любому человеку нужен отдых.

– У нас на выходных ничего сложного, и не предвидится, – рационально заметил он. – Экскурсия, дегустация вин. Если понравится, заключим договор. Не понравится, посмотрим, что в окрестностях подходящее есть.

– Не переживай, тебе все понравится, – я улыбнулся и сдал друзей с потрохами. – Братья Капрезе подговорили отца устроить праздник сбора урожая, мини-вендемию. Поэтому завтра должно быть весело. И я очень прошу тебя не портить Юле впечатления.

– Я и не собирался, – буркнул Лёха и опрокинул в себя рюмку. Последовал его примеру: обжигающий напиток пробежался огненным цунами по пищеводу, обжигая горло и прочищая мысли. – Знаешь, Вов, – начал друг после паузы. – У меня впечатление, что у Юли с этим городом связаны грустные воспоминания.

– Возможно, – неуверенно согласился я. Что-то похожее я улавливал сегодня от неё. Особенно это чувство усилилось в тот момент, когда я предложил кинуть монетку в фонтан. – И это интригует, – с улыбкой сказал я. Негромкое согласное хмыканье друга уверило меня, что я не один такой заинтригованный. И я решил понаглеть. – А что ещё интересного заметил за ней?

Ковалевский только покачал головой в ответ и предложил выпить ещё по рюмке текилы.

Юлия

Полночи провалялась в кровати, раздумывая над ситуацией с кавалерами. У меня здоровая самооценка, но два настойчивых ухажера никак не вписывались в систему моих жизненных координат. И это если не считать итальянцев. Но вот реакция этих мачо на девушку с моей внешностью как раз не удивительна. Голубые глаза и рыжие волосы – это почти экзотика для них. А с учетом их темперамента и любвеобильности даже немного странно, что они ограничивались легким флиртом. А вот настойчивость Алексея и Владимира выбивалась из рядовых событий. Допустим, и того и другого задела моя несговорчивость. Разбудила охотничий инстинкт? Возможно, но все равно что-то не давало покоя. Никогда не относила себя к роковым красоткам, поэтому повышенный интерес двух друзей немного нервировал. Да и наше общение в прошлом напрягало. С опасением ждала, когда Владимир узнает во мне ведьму. Или когда Ковалевский меня сдаст: ему наше общение явно не нравилось. Но он пока молчал.

С горем пополам заснула в начале третьего. Но когда прозвенел будильник, чувствовала себя разбитой. Не открывая глаз, доползла до ванной. И душ помог немного взбодриться. В небольшую дорожную сумку закинула косметику, сменное белье, пижаму, платье и босоножки. Хотела надеть джинсы, но вспомнила снобизм Ковалевского и, поморщившись, достала свободную юбку и легкую шифоновую блузку с короткими рукавами. Легкий макияж, шарфик и очки. Вот только с обувью возникли трудности. Отклеив пластыри, убедилась, что ноги уже не в таком ужасном состоянии, но туфли сегодня все равно будут досаждать. Кеды? Не к этому наряду. С тяжким вздохом достала из сумки босоножки, утрамбовав туфли с собой. Вдруг сегодня семейство