Плата за жизнь - Татьяна Александровна Захарова

– Прекрати, – все ещё шепотом возмутилась я. От всей ситуации я даже как-то резко протрезвела, хотя головокружение ещё не проходило.

– Владимир! – резкий окрик Алексея прошелся по оголенным нервам «кипятком». – Девушка сказала «нет»!

– Лёх, исчезни, – попросил Вова, все ещё удерживая меня в объятиях. – Не лезь со своими американскими заскоками. Это только у вас так строго с «нет». У нас это означает, что девушка хочет, чтобы её поуговаривали.

– Юль, ты этого хочешь? – спросил Ковалевский у меня. Отрицательно мотнула головой, и от этого движения висок прострелило болью. Уже похмелье?

– Нет, не хочу, – озвучила я очевидное, стремительно краснея. Да уж, расслабилась я на полную катушку. Доказала Ковалевскому свою распущенность. А вообще, какого хрена он здесь делает, а не с Андреа развлекается? Ах да, он же мне помогает!

– Отпусти её, Вов, – потребовал Алексей, подходя ближе. Мужчина наконец разжал объятия, я поспешно запахнула платье и, опустив взгляд, сложила руки на груди. Чувствовала взгляд Ковалевского и хотелось провалиться под землю от стыда.

Отступила на шаг назад и чуть не упала, зацепившись каблуком за что-то. Стоявший рядом Владимир тут же подхватил меня под спину, помогая обрести равновесие.

– Да уж, – Алексей нехорошо усмехнулся. – Не ожидал я, что ты будешь Юлю спаивать. Рассчитывал, что играть ты будешь честно.

– Кто бы говорил, – парировал Владимир. – Вчера ты сам сорвался, забыв об обещанной мне форе.

Игра? Фора? О чем они? Я встряхнула головой, пытаясь прояснить мысли.

– Вы о чем сейчас? – требовательно спросила я. Мужчины переглянулись и оба посмотрели на меня. – Что за фора?

Вова цинично усмехнулся, оценивающе оглядывая меня. Так, судя по всему, ему не понравился мой отказ. Встретившись с Алексеем взглядами, я только теперь поняла, в каком он бешенстве. Так что «спалил контору» он вполне расчетливо.

– Да поспорили мы на тебя, – признался Владимир.

– Кто быстрее в кровать затащит, – закончил Ковалевский деланно безразличным тоном. Собственно, что-то подобное я начала подозревать ещё вчера, но всё равно от их цинизма мне стало неприятно до отвращения.

– Ясно, – ровно ответила я и отступила ещё на шаг к лестнице. Хотела уточнить, когда они заключили пари, но я и без того на взводе. Не дай бог ещё истерику закачу.

– А знаешь, Вов, я тут подумал, что зря мы соперничали, – с кривой насмешкой произнес Ковалевский, окидывая меня ещё одним пристальным взглядом. И от тона, которым это было сказано, неприятно засосало под ложечкой. – Ведь можем развлечься и втроем. Да, Юль? Тебе же это не ново?

Я гулко сглотнула, ощущая, как земля уходит из-под ног. За что он так со мной?! Попыталась сбежать к себе, но Владимир перехватил меня за талию и, притягивая к себе, насмешливо уточнил.

– О! Я чего-то не знаю о тебе, Юля? – он похабно улыбнулся, его рука соскользнула на бедро. Вцепилась ногтями в его ладонь, пытаясь скинуть её. Владимир же нахмурился и перевел взгляд на друга. – А откуда такие сведения? Ошибки быть не может?

– Нет, – твердо ответил Алексей. – Посмотри на неё внимательно. Это же наша зеленоглазая ведьма из БДСМ-клуба Безруковой.

Владимир медленно обернулся ко мне, окидывая меня каким-то новым взглядом. В его глазах мелькнуло презрение, но он тут же взял себя в руки и снова ухмыльнулся. Его рука непроизвольно сжалась сильнее на моем бедре, и я отпрыгнула от юриста на безопасное расстояние.

– Вот так сюрприз! Наша трепетная Лия! Не ожидал встретить тебя в такой ситуации, – протянул он с убийственным сарказмом.

– Зачем? – тихо спросила я, посмотрев в карие глаза Ковалевского.

– Надоело наблюдать, как ты пудришь мозги моему другу, – негромко ответил он. И это говорит человек, который поспорил на меня? Покачала головой, не в силах постичь его логику.

– Постойте, – вмешался Владимир в наши «гляделки». – Лёх, как давно ты её раскусил?

– Я узнал Лию ещё на собеседовании, – ответил Ковалевский сразу. Владимир глубокомысленно хмыкнул и снова посмотрел на меня.

– Так что, Юль, развлечемся втроем? Или и дальше будешь строить из себя недотрогу?

Я горько усмехнулась и снова попробовала уйти. Но Владимир опять удержал меня, схватив за запястье.

– Куда же ты? Ой, да я же главное не уточнил: что по расценкам? Так же, по тройному тарифу, или нам скидочку предоставишь, как постоянным клиентам?

Наверное, у всего есть предел. Вот и мое терпение резко закончилось. Я старалась сдержаться, даже сжала пальцы в кулак, но потом всё-таки влепила блондину звонкую оплеуху свободной рукой. И тут же попыталась вырвать сжатое им запястье. Владимир же ещё сильнее сомкнул пальцы на руке.

– О, каким гневом пылает вчерашняя проститутка, – процедил он насмешливо.

– Никогда больше! – выпалила я на эмоциях. – Никогда больше не приближайтесь ко мне! Вы, оба! Вы мне противны до омерзения. Надо же, блядь, выискались поборники морали, лицемеры хреновы! Поспорить на девушку – легко, заклеймить проституткой за то, что не дала, ещё проще. Да?! – выплюнула в лицо блондину. – Пусти меня! – потребовала я, с болью выворачивая запястье из стальной хватки.

– Вов, отпусти её руку, – с напором сказал Ковалевский. – А то потом не откупишься от её претензий.

Как ни странно, Первеев действительно отпустил меня, смерив при этом ещё одним уничижительным взглядом.

– Проституткой я назвал тебя за профессию, так что не передергивай, – все же произнес он, отступая. – Самой-то не стрёмно так подрабататывать?!

– Не стрёмно! И даже не стыдно! – с какой-то тихой злостью призналась я. – Мне не в чем себя винить. Скажу даже больше: год назад я бы и под роту солдат легла… – посмотрела в глаза Ковалевского и все-таки закончила. – У меня Карина от рака умирала в больнице, так что раздумывать было некогда.

И пользуясь их растерянностью, развернулась, чтобы подняться по лестнице. Сделала шаг, ещё один, поднимаясь на одну ступеньку. И все же посмотрела в глаза Владимира.

– И если что, отказать постоянному клиенту клуба я не могла, так как была там на птичьих правах. Глеб тогда спихнул на меня это решение, чтобы самому не подставляться.

Высказавшись, выдохнула более свободно, хотя и понимала, что это было лишним. Да и вообще я не собиралась оправдываться перед ними, но и промолчать сейчас была не в силах. Взбежала по ступенькам, желая быстрее спрятаться в своей комнате. По дороге кое-как завязала пояс и, зайдя в комнату, закрыла дверь на ключ. А после подошла к кровати, упала спиной на неё и уставилась в потолок. И как мне с ними работать ещё три недели?! С удивлением осознала, что лицо уже мокрое от слез. Надеюсь, я хоть перед этими