Плата за жизнь - Татьяна Александровна Захарова

Вздернула подбородок и поспешно скрылась в комнате.

– Мы это ещё посмотрим, – прошептала я из чувства противоречия.

Поставив будильник на телефоне, легла спать. Думала, что буду долго ворочаться, но видимо алкоголь меня спас от беспокойных ночных мыслей.

Впрочем, утром они все равно менее беспокойными не стали. А ещё головная боль добавляла проблем. Стоя под душем, я пыталась придумать стратегию поведения с мужчинами. Ведь судя по серенаде и разговору с Ковалевским, они не намерены отступать. И я даже не знаю, что это: соперничество между собой или действительно интерес ко мне.

Стратегия не придумывалась. Но пару вопросов я для себя пометила. И на этом прекратила попытки.

Переодевшись в блузку с юбкой, спустилась к завтраку. За столом сидели оба моих спутника и хмуро поглядывали на жареную яичницу с беконом. Видимо, не только я страдаю с похмелья. Эта мысль почему-то развеселила.

– Доброе утро! – поздоровалась я бодро и продублировала приветствие на итальянском языке. Ответили мне с разной степенью радости: Андреа, например, демонстративно отвернулась. Я же села на свободное место напротив юриста и иронично поинтересовалась: – Что, головка болит?

– Не издевайся, – буркнул Вова, бросив на меня быстрый взгляд. – Иначе я пошучу о том, какая именно больше беспокоит. И что…

– Вов, – одернул его Алексей. И посмотрел на меня. – Ядреный у соседей коньячок оказался.

– Так что вынесло нас вчера быстро, – закончил Вова. – Но насколько я помню, серенада тебе понравилась.

– Братья Капрезе хорошо поют, – я пожала плечами и взяла чашку с кофе. Не хотела признаваться в том, какое впечатление они вчера на меня произвели. Тем более я все ещё сердилась на них из-за пари. А вот и первый вопрос. – Кстати, а на что спорили-то вы? – они переглянулись и вопросительно посмотрели на меня. – Что выигрывал тот, кто меня в постель затащит?

Друзья снова переглянулись растерянно и пожали плечами.

– Невмешательство второго, – после продолжительной паузы ответил Ковалевский. И я подвисла: все остальные придуманные вопросы оказались ненужными из-за нематериальности ставки. Странный, конечно, выигрыш, но кто их знает. Может, они часто секс втроем практикуют, а тут делиться не хотели.

Уткнувшись взглядом в кофе, я прокручивала в голове варианты нашего дальнейшего сосуществования.

– Предлагаю бартер: вы забываете о Лии, я в ответ забываю о пари, – подняв взгляд, заявила я с улыбкой. – И дальше мы поддерживаем чисто рабочие отношения.

Ковалевский откинулся на спинку стула, с легкой улыбкой изучая меня.

– Нет, – коротко ответил он и глотнул кофе. Я приподняла брови, удивленная безапелляционностью его тона. А как же торги и поиски компромисса? Вова хмыкнул, с улыбкой переводя взгляд с меня на друга обратно.

– Мне на Лию по большому счету наплевать, так что на бартер согласен, –заявил юрист, посмотрев в мои глаза. – А вот по вопросу чисто деловых отношений не ко мне.

– Лично я Лию не смог забыть за прошедший год и не вижу смысла пробовать сейчас, – пояснил Ковалевский свой ответ. – А насчет рабочих отношений… Ты сама в это веришь?

Твою мать! Вот как с ними пытаться договориться?! Уперлись оба, как бараны.

– Верю! – заявила я уверенно. – Нам ещё три недели вместе работать. Как вы планируете это делать?

– Легко. Тебе просто необходимо определиться с собственными симпатиями, – Алексей снова глотнул кофе. – Иначе наше соперничество может вылиться в конфликт.

– А! То есть я опять во всем виновата буду?! – возмутилась я, отставляя кружку на стол. Ненавижу, когда на меня давят. Заметив, что на нас стали поглядывать окружающие, сбавила тон, но при этом добавила сарказм. – А знаете что, ребята? Идите оба нахрен! И не просто идите…

– Юля, – оборвал меня Ковалевский. – Не надо грубить.

– Приятного аппетита, – выпалила я, поднимаясь. Надо срочно остудить горячую голову, а то сейчас дым из ушей повалит.

Повторила пожелание на итальянском языке и извинилась, прежде чем выйти из-за стола.

– Джулия, они что, тебя опять обижают? – уточнил Дарио с улыбкой. Покачала головой и поспешила к выходу.

Вот только у входных дверей Алексей меня нагнал и удержал за руку.

– И на что ты обиделась? – устало спросил он. – Мы же не про секс говорим, а предлагаем выбрать самой, кто тебе нравится, чтобы прекратить этот балаган с соперничеством. Второй просто отойдет в сторону.

Я поморщилась: он задел синяки, что остались от хватки Владимира.

– Отпусти мою руку, – попросила тихо. И как ни странно он послушался. Потерла запястье, желая снять боль, и непроизвольно взглянула на подошедшего юриста. Он хмуро глядел на пострадавшее запястье, и я попыталась его спрятать. Перевела взгляд на Ковалевского и спросила ехидно: – И что будет, когда я выберу? Мы в крестики-нолики по вечерам будем играть? Алексей, я не смешиваю работу и личную жизнь. Поэтому и предлагаю оставить этот вопрос на более позднее время.

– Почему? – спросил он напористо. Я пожала плечами.

– Что будет, если мы поссоримся на фоне межличностных отношений? – я перевела взгляд на Владимира. – Я должна буду молча проглотить обиду и делать вид, что всё в порядке?

– Вчера мы поссорились, – резонно заметил юрист. – Как раз из-за соперничества между нами. И мы не просили проглотить обиду…

– Да, но… ссора случилась как раз из-за того, что я позволила тебе слишком многое, – возразила я.

– Мы так можем долго спорить на тему, что есть причина, а что следствие, – вмешался Алексей. – Я вижу только один выход из ситуации.

– И я тоже, – я активно закивала головой. Владимир мученически простонал и схватился за голову.

– Что ж ты такая упрямая, Юль?

– Хорошо, – неожиданно заявил Ковалевский. Вова вопросительно посмотрел на него, и брюнет добавил: – Думаю, уже к вечеру ты пожалеешь об этом.

– Почему? – поспешно уточнила я. Алексей просто улыбнулся в ответ.

– Ты точно не хочешь завтракать? – спросил он вместо ответа. Я кивнула, все ещё озадаченная его словами. – Даже кофе? После завтрака Лучиано будет ждать нас в кабинете для подписания контракта.

– Калька у него есть на итальянском и английском языках, – поспешил добавить Владимир. – Нам нужно будет прописать только объемы и сроки поставки.

Кивнула, прикидывая в уме, есть ли у меня время все-таки проветрить голову, но в этот момент в гостиную вышел Лучиано, и вскоре мы уже пили кофе в его кабинете.

Я вслух читала кальку договора, переводя сразу на русский. Владимир сверял текст с договором на английском. Погруженная в чтение, не сразу осознала, что Алексей наклонился ко мне, делая вид, что пытается посмотреть текст.

– Юль, а я тебе говорил, что меня сводят с ума твои рыжие кудряшки? – ровно сказал он, отчего