На цепи - Анна Жнец

— Беги! — закричала я изо всех сил.

Но остроухий упрямец попытался еще раз. Развернул свою боевую мощь и направил во врага столб ревущего пламени. И снова огонь стек с гибкого тела, как вода.

Настал черед змеи нападать. Ее мощный хвост метнулся к Флою, как исполинское жало. С ужасом я увидела, что заканчивается этот хвост когтистой лапой. Лишь нечеловеческая скорость помогла эльфу уйти от атаки. Лапа на конце хвоста стремилась оторвать ему голову, но загребла песок.

— Флой! — орала я что есть мочи, а Наилон держал меня у края тропы, не давая покинуть безопасное место.

К моему облегчению, любимый со всех ног кинулся в укрытие. Этого монстра было не победить. К счастью, змея не преследовала его. Видимо, была не голодна. Еще раз щелкнув сильными челюстями, она нырнула в песок, как в воду, и скрылась в его черных недрах.

Вернувшись на тропу, Флой согнулся пополам, упер руки в колени и долго пытался отдышаться. По его лицу градом катился пот, кожа на носу и плечах успела покрыться ожогами, хотя на открытом солнце он находился всего ничего — не больше десяти минут.

— Прости меня, Асаф, — прохрипел он, бросив на меня искоса виноватый взгляд. — Я не принес тебе добычу. У меня не получилось вас накормить.

Злой на самого себя, Флой крепко стиснул зубы, и я поняла, что он весь красный не только от солнца, но и от стыда за свой промах.

— Глупости, — я повисла у любимого на шее и принялась целовать его, куда придется, — в губы, в подбородок, в потные щеки, в кончик обожженного носа. — Главное, ты цел.

Руки Флоя обвили меня. Влажная ладонь прижала мою голову к такой же влажной груди. Я услышала громкий стук чужого сердца.

— Ты не понимаешь, — с горечью прошептал любимый. — Я должен был позаботиться о вас, но не смог.

— Еще позаботишься, не волнуйся.

— Клянусь, Асаф, — он взял мое лицо в ладони. Его пальцы царапнули кожу щек твердыми мозолями. В желтых глазах плескалась нежность. Они светились безграничной преданностью. — Клянусь, я не дам тебе голодать.

 Глава 35

Трудностей с водой мы пока не испытывали, хотя и ее запасы быстро истощались. Нельзя было нагружать верблюдов сверх меры, поэтому мы сделали выбор в пользу питья, а еды взяли в дорогу недостаточно. Пропитание всегда можно добыть охотой, считал Флой, а достать воду в пустыне очень сложно.

Впрочем, и с охотой у нас не заладилось. В начале пути к магическому туннелю постоянно прибивались местные твари. Иногда они следовали за нами долгие километры в надежде, что однажды в защитных чарах найдется брешь и удастся поживиться недоступной добычей. Сейчас же мы, как назло, за целый день не встретили ни единого живого существа.

Чтобы унять голод, я делала глоток из фляги и долго держала воду во рту, но и ее приходилось экономить. За сутки я позволяла себе выпить только треть бурдюка, а мужчины ограничивали себя еще больше.

К вечеру, к великой нашей радости, Флою удалось убить одинокого ящера, перебегающего долину. Зверушка была мелкая, размером с некрупную собаку, — не чета другим обитателям пустоши. Орудуя ножами, эльфы разделали тушку, затем Флой поджарил ее на магическом костре. Пока мясо готовилось, я вся извелась от нетерпения, едва не захлебнулась собственной слюной. Мой живот громко урчал, подгоняя нашего походного повара.

Наконец Флой протянул мне сочный, жирный кусок с задней лапы ящера. С непередаваемым наслаждением я вгрызлась в него зубами, но уже в следующую секунду выплюнула на землю все, что взяла в рот. Местная зверушка оказалась несъедобной. Вкус ее мяса разливался на языке жгучей горечью. Я тут же потянулась к бурдюку с водой, хотя уже выпила свою дневную норму. На миг меня охватил страх: что, если эта тварь ядовита, что, если пробовать ее было большой ошибкой?

Спать мы легли с пустыми животами.

Где-то среди ночи — было еще темно — я пробудилась от того, что меня трясли за руку. Сквозь сонную дымку проступило размытое лицо Флоя. Я заморгала, чтобы сфокусировать взгляд.

К губам прижалось что-то влажное и упругое. Ноздри наполнил аппетитный аромат жареного мяса.

Еда!

Я открыла рот, не успев толком очнуться, и жадно заработала челюстями.

Восхитительно!

Мясо было жестким, сухим, сладковатым и по вкусу напоминало старую говядину. Не успела я прожевать, как Флой сунул мне в рот еще один пережаренный кусок.

— Ты ходил на охоту? — спросила я с набитым ртом и попыталась заглянуть ему за спину в поисках добычи, но любимый сдвинулся, закрыв мне обзор.

— Ешь, Асаф. Ешь, — сказал он, странно пряча взгляд. — Теперь еды хватит надолго. Ты больше не будешь голодать.

— Ты поймал крупного ящера? — я облизала свои пальцы.

Флой отвернул от меня покрасневшее лицо, будто стыдясь чего-то.

— Мы пополнили наши запасы. То, что не съедим, я нарежу полосками и засушу в дорогу.

— Замечательно. Это просто чудесно. Ты смог позаботиться о нас.

Сытая и счастливая, я опустила голову на его колени, и темнота вновь затянула меня трясиной. Засыпая, я чувствовала на губах мясной сок. Флой нежно гладил меня по волосам.

* * *

Утро встретило меня привычным, надоевшим до тошноты пейзажем. Зевая, я смотрела на убегающие к горизонту холмы черного песка. А затем почувствовала вонь, запах застарелой крови, и вспомнила, что ночью Флой охотился и разделывал добычу.

Не испытывать голода было так приятно!

В хорошем настроении я поднялась на ноги и направилась к тому месту, где мы оставили перед сном верблюдов. С самого начала мы возили с собой деревянный шест, чтобы зарывать в землю и привязывать животных.

Мужчины занимались тем, что крепили к седлу крупные куски жареного мяса: это мы съедим сегодня на обед и ужин. За пределами тропы на большом плоском камне сушились на солнце куски поменьше — тонкие узкие полоски: это нам в дорогу.

Услышав мои шаги, Флой напрягся. Наилон смутился и опустил глаза.

Только взобравшись в седло и приготовившись двинуться в путь, я поняла, что не вижу второго верблюда. Эльфы явно собирались идти дальше пешком.

— А где?.. — я растерянно посмотрела на любимого со спины животного.

— Сбежал, — шепнул Флой, глядя куда-то в сторону. Его острые скулы окрасились нежным фиолетовым румянцем. —