Танго над бездной. Эскалации - Александр Гельевич Дугин

ключе мы сами используем термин «Русский мир», существенно выходящий за границы Российской Федерации. Русский мир – это синоним русского государства-цивилизации, то есть Великой России. Трамп же мыслит в понятиях своего государства-цивилизации – Великой Америки.

При этом Трамп не спешит и вообще не сбирается отказываться от гегемонии, по крайней мере от региональной. Но он меняет субъект этой гегемонии. Это больше не либеральный миропорядок, основанный на постоянно меняющихся правилах и на узурпации власти интернациональными космополитическими элитами (в духе проекта планетарного «открытого общества» Джорджа Сороса), как это представляло себе Глубинное государство. Это лидерство США как Великой Державы наряду с другими Великими Державами, обладающими настоящим, а не фиктивным суверенитетом, то есть способными в какой-то мере конкурировать с США по тем или иным направлениям.

Число Великих Держав

Сколько Великих Держав предполагает новый порядок Трампа? Профессор Миршаймер признает только три: США, Китай и с некоторым отставанием от первой пары – Россию. В отношении Индии он скептичен, полагая, что у нее пока не накоплен стартовый потенциал для того, чтобы всерьез конкурировать с остальными. Правда, есть и другие точки зрения, согласно которым Индию также можно отнести к категории государства-цивилизации, а в отношении США, Китая и России мнения практически всех реалистов совпадают.

Эти могущественные страны – хотя могущественные и по-разному – обладают необходимым минимумом для того, чтобы претендовать по праву на статус Великих Держав. Таким образом, вместо двухполярного мира Холодной войны, вместо однополярного мира неоконов или бесполярного мира либерал-глобалистов трампизм предполагает трех- или четырехполярный мир, баланс сил в котором и будет определять архитектуру будущего миропорядка. И в соответствии с этим потребуется заново учредить практически все международные институты, которые призваны отражать реальное положение дел, а не быть фантомными болями прежних эпох, не имеющих больше опоры в конкретной реальности. Такой проект может показаться довольно схожим с идеями многополярности.

И действительно, недавно госсекретарь США Марко Рубио признал, что мы живем в условиях многополярного мира. С этой истиной с радостью согласятся и Китай, и Россия, и Индия, которые уже в действительности обладают всеми свойствами полюса. Но при этом следует обратить внимание на то, как критически Трамп относится к многополярному объединению БРИКС, где представлены практически все крупные цивилизации и где многополярность находит свое прямое институциональное и символическое выражение.

Для Трампа самым серьезным конкурентом и даже оппонентом является Китай, и поэтому вполне вероятно, что он рассматривает БРИКС как структуру, в которой Китай играет ключевую роль как самая могущественная из держав – финансово, экономически, технологически и т. д. Но дело не только в этом. Многополярность, как ее понимают Россия, Китай, Индия и другие страны, включает в себя не только состоявшиеся Великие Державы, готовые государства-цивилизации, но и констелляции государств со сходными цивилизационными и культурными идентичностями, которые еще в полноценные государства-цивилизации не объединились. Речь идет об Исламском мире, Африке и Латинской Америке, что добавляет к трем действительным полюсам три лишь потенциально возможных. Таким образом, БРИКС имеет шансы сложиться в Гексархию, а вместе с цивилизацией Запада – в Гептархию. Трамп в духе холодного реализма и американского прагматизма ко всему виртуальному и потенциальному, то есть лишь возможному, но пока еще не действительному, относится с большим скепсисом. Мол, вначале станьте Великой Державой, а потом мы посмотрим. А пока любое объединение вне влияния самих Соединенных Штатов, и тем более в определенной оппозиции к ним, будет рассматриваться как угроза и уловка существующих Великих Держав, стремящихся усилить свое влияние за счет всех остальных.

Прямое подтверждение этому Трамп видит в китайском проекте «Один путь, один пояс»[43] и в планетарных проектах Си Цзиньпина (принцип Единой судьбы человечества), которые можно принять за иную версию глобализма – только не американо- а китаецентричного. Отсюда вытекает желание привлечь на свою сторону другие Великие Державы (Россию и Индию) или как минимум добиться их нейтралитета, а остальные регионы предоставить самим себе как фронтиры, притягивающиеся к тому полюсу, который окажется для них более привлекательным, близким или самым сильным.

Место ЕС в Порядке Великих Держав

Осталось рассмотреть в этой карте место и роль Евросоюза. ЕС после смены администрации в США оказался в довольно трудном положении. После Второй мировой войны Европа была своего рода провинцией или даже военно-политической колонией США, которые взяли на себя роль лидера западного мира. И пока глобалистское Глубинное государство сохраняло свои позиции в Америке, Европа покорно следовала за идеологическим курсом своей метрополии. Так в ЕС сформировались правящие либеральные элиты, да и сам Евросоюз представляет собой эксперимент по десувернизации национальных государств и созданию наднациональных образований с ярко выраженной либеральной идеологией. Но идеологический вектор в метрополии сменился, а в «колонии» администрация осталась прежней. Это порождает множество противоречий и, по сути, ведет либо к ликвидации ЕС вообще, либо к его радикальной трансформации.

Часть европейских стран и их лидеров, и ранее тяготевших к сохранению суверенитета – Венгрия, Словакия, Сербия (не член ЕС), Хорватия и даже отчасти Италия и Польша, – готовы пойти за Трампом и принять его лозунг (озвученный Илоном Маском): MEGA – Make Europe Great Again («Сделаем Европу снова великой»). Но другая часть стран ЕС пока остается в недоумении и старается продолжать прежнюю линию, хотя без США, локомотива глобализации, сделать это, скорее всего, просто невозможно.

Сделать Европу снова великой можно, либо распустив Евросоюз и вернувшись к многообразию европейских держав, либо объединившись на новых основаниях, таких как реальный суверенитет, традиционные ценности, защита собственных интересов. Во втором случае и Европа, отбросив либерализм и глобализм, могла бы стать теоретически Великой Державой и встать в один ряд с другими, добавив еще одно – восьмое – государство-цивилизацию к многополярному набору.

Порядок Великих Держав – это пока план, проект, но он уже начинает реализоваться. Эта ситуация напоминает начало ледохода весной. Лед старого мира треснул, ледяные глыбы наползают друг на друга, дыбятся, и все это вот-вот тронется под неотвратимым напором весны. Мы живем в переходное время: ледоход в полном смысле еще не начался, но, по сути, он неотвратим.

Запад и Россия: заблуждения и вражда[44]

Беседа с Эндрю Наполетано

Эндрю Наполетано. Мы побывали в подмосковной Гимназии Святителя Василия Великого. Красивая и высококлассная средняя школа, где ученики получают классическое образование с 1 по 11 класс. И для меня большая честь взять в стенах этой гимназии интервью у одного из самых глубоких