Город, которого нет. Припять – путешествие в зону отчуждения - Артур Саримович Шигапов

что постеснялись задать другие кинематографисты. Или не смогли сформулировать из-за отсутствия таланта. А скорее, им просто не хватило мужества произнести устами профессора Легасова три главных слова: «Какова цена лжи?»

Путешествия по Зоне отчуждения

Трудно и больно писать о том, чего уже нет и непонятно когда возобновится. Я был автором более десятка путеводителей по самым разным местам планеты – в том числе и по Чернобыльской зоне отчуждения. И всегда читатель мог взять их с собой, увидеть все собственными глазами, прочувствовать сердцем и составить собственное впечатление о написанном. А теперь вам придется верить мне на слово, безо всякой возможности личного опыта посещения Зоны, без собственных ощущений и переживаний.

Увы, теперь вход сюда заказан, перед пандемией благодаря усилиям чернобыльских туроператоров некоторые туристы все же смогли стать последними посетителями из России.

Старые книги и видео из Чернобыльской зоны будут оставаться единственным источником знаний и понимания того, что там есть и какие процессы происходят. Именно поэтому я и решил переписать свою давнюю книгу «Чернобыль, Припять, далее нигде…», чье название стало для нас пророческим. Далее, на долгие годы, действительно нигде, как еще задолго до меня предупреждали братья Стругацкие.

Да, хотел бы я знать, чем все это кончится. Между прочим, десять лет назад я совершенно точно знал, чем все это должно кончиться. Непреодолимые кордоны. Пояс пустоты шириной в пятьдесят километров. Ученые и солдаты, больше никого. Страшная язва на теле планеты заблокирована намертво…

И

ведь надо же, вроде бы и все так считали, не только я. Какие произносились речи, какие вносились законопроекты!.. А теперь вот уже даже и не вспомнишь, каким образом эта всеобщая стальная решимость расплылась вдруг киселем[10].

Итак, поехали вперед, в прошлое. Перечитаем старые письма, исправим и дополним их новыми. Тем, что изменилось за последние 15 лет.

Что есть в Зоне

Так получилось, что отселенные и закрытые территории через пять лет после аварии на ЧАЭС поделили между собой новообразованные государства – Украина и Беларусь. Получились две совершенно разные структуры, подчиненные своим правительствам – украинская Зона отчуждения (или просто Зона) и белорусский Полесский государственный радиационно-экологический заповедник (ПГРЭЗ).

У них разная структура и разный пропускной режим, но предназначение единое: по возможности пресечь проникновение посторонних лиц и вывоз зараженных материалов. Закрыть территорию не значит решить все проблемы сразу. Она нуждается в постоянном радиационном контроле, защите от лесных и полевых пожаров. С украинской Зоной отчуждения все гораздо сложнее, поскольку на ее территории находится действующее предприятие и главный источник угрозы нового заражения. О ней и пойдет речь ниже.

Впервые статус Зоны отчуждения был сформулирован в законе Украины «О правовом режиме территории, подвергшейся радиоактивному загрязнению в результате Чернобыльской катастрофы», принятом в далеком 1991 году. Согласно его 8 статье, управление этим новообразованием возлагалось на специально созданный департамент – администрацию ЧЗО. Чтобы понять масштаб всего хозяйства, можно привести официальные цифры на 2009 год:

– Территория – 2044 кв. км. К самой Зоне отчуждения добавлена Зона обязательного отселения площадью 554 кв. км с 18 поселками, принадлежащими Полесскому району Киевской области. Слово «поселки» не должно вводить в заблуждение – они все давно выселены, и общее число проживающих не превышало 300 человек-самоселов. Куда внушительнее выглядело количество доставшегося от СССР радиоактивного «богатства» в виде отходов (РАО):

– Пунктов захоронения РАО (ПЗРО) – 3.

– Пунктов временной локализации РАО (ПВЛРО) – 9.

– Количество РАО в Зоне (без объекта «Укрытие-2») – 2,8 млн м3.

– Количество РАО в ПЗРО и ПВЛРО – 2 млн м3.

– Суммарная активность РАО в ПЗРО и ПВЛРО – 200 тыс. кюри (!)

За последующие 15 лет Зона даже немного расширилась, до 2600 км2, а вот самоселов осталось всего около сотни. Они стареют и умирают, так что совсем скоро постоянных жителей там не останется вовсе. Детям по законам Украины жить в таких местах запрещено.

Суммарная активность отходов, из-за их распада, снизилась вдвое, примерно до 100 тыс. кюри, что по-прежнему колоссальная цифра.

В 2020 году завершили строительство ISF-2 (хранилища для отработанного ядерного топлива) компанией Holtec International. Оно рассчитано на 21 297 топливных сборок из первых трех реакторов станции и будет хранить их 100 лет. Это не влияет на объем РАО в ПЗРО/ПВЛРО, но улучшает управление топливными отходами.

В 2015 году введен в эксплуатацию комплекс по переработке жидких отходов, обрабатывающий около 35 000 м3 отходов. Это также не меняет общий объем, но снижает риски утечек.

Образно суммируя, ЧЗО в 2009 году была как заброшенный склад с 2,8 млн кубов радиоактивного «мусора», где цезий, стронций и прочие элементы как тлеющие угли, которые «фонили» на 200 тыс. кюри. К 2025 году склад стал чуть больше (~2600 км2), угли потускнели (активность упала до ~100 тыс. кюри), а самоселов осталось меньше, чем сталкеров-нелегалов в окрестностях Припяти. Новые хранилища как сейфы для самых опасных «артефактов», но старые кучи отходов все еще лежат в бункере. Зона потихоньку очищается, но в некоторые места без дозиметра все равно лучше не лезть.

Несмотря на такое огромное количество смерти в ее недрах, Зона – вполне живой организм. Ее периметр длиной почти 500 км охраняют заграждение из колючей проволоки и несколько контрольно-пропускных пунктов, самые известный из которых «Дитятки».

Люди, работающие в Зоне, ежедневно проходят проверку на 5 пунктах дозиметрического контроля. Внутри условной «30-километровой зоны» есть «10-километровая зона», обнесенная колючей проволокой. Здесь тоже есть свой КПП «Лелев».

При всей кажущейся пустынности и заброшенности на этой территории можно насчитать с полтысячи километров обслуживаемых дорог, противопаводковые дамбы, 50 водоохранных сооружений, 12 мостов и прочие объекты. Их содержат и охраняют около 3000 человек из самых разных организаций. Радиоактивными отходами занимается предприятие «Комплекс», а мониторингом и безопасностью – Чернобыльский радиоэкологический центр.

Всеми вопросами организации поездок в Зону, как индивидуальных, так и групповых, с середины 90-х заведовала контора с пышным названием «Агентство информации, международного сотрудничества и развития „Чернобыльинтеринформ“. Она была основана еще в 1987 году для информационной обороны от встревоженной мировой общественности.

Прошло несколько лет, общественность успокоилась, а в Зоне по-прежнему нелегально шлялись одиночные граждане и целые коллективы: кто с целью наживы, а кто и просто в поиске острых ощущений. Наступило время самостийной романтики, когда все вокруг было можно бесплатно или за небольшую мзду. Старая система контроля уже канула в Лету вместе с бывшей супердержавой, а новую отстроить еще