Дед в режиме героя - Евгений Валерьевич Решетов

Она резко встала со стула и молча двинулась к двери, покачивая притягательными бёдрами.

Я пошёл за ней, украдкой следя за реакцией демонов. Те продолжали громко говорить, стуча кружками и глотая хмельные напитки. Звучали раскаты смеха и трещало мясо на зубах. Да, на нас бросали косые взгляды, но никто не поднимал зад, дабы заступить дорогу. Вот и хорошо!

Входная дверь уже была совсем рядом, когда Лара внезапно обернулась и громко заявила, шутливо поклонившись:

— Прощайте, черви, рассказывайте своим потомкам, что вам повезло жрать и пить в том же месте, где вкушала вино сама леди Лара Груфус!

Ой ду-у-ура! Я едва не закатил глаза, хлопнув себя по лбу ладонью. В одно мгновение все звуки в таверне стихли и загрохотали отодвигаемые стулья.

Глава 16

Клянусь, мне искренне захотелось придушить Лару! И совсем не как в постели во время сексуальных игрищ. А взять и вырвать её длинный язык!

А она лишь гордо вскинула подбородок, глядя на посетителей, вставших из-за столов.

На пол упала глиняная кружка с пивом. Разбилась на несколько частей, а её содержимое жёлтой пеной окатило сапоги здоровенного пузатого демона, возвышающегося надо мной на целую голову. Он буравил нас с Ларой яростным взглядом, как и остальные завсегдатаи.

Даже кот запрыгнул на стол и уставился на наш дуэт прищуренными зелёными зенками.

— Мы уже уходим, господа! — попытался я выкрутиться из ситуации, понимая, что у нас с Ларой не так уж и много времени, чтобы прикончить Шанрорка.

— Пфф, — фыркнула демонесса и повернулась к двери.

Да только перед нами вырос поперёк себя вширь демон в расшитом золотом халате, шароварах и сапогах с загнутыми носами. Кучерявые чёрные волосы украшали его широкую грудь и даже выпирающее пузо. А на круглом лице с приплюснутым носом и мелкими колючими глазами царило гневное выражение.

— Никуда вы не пойдёте, пока Лара не извинится! — прорычал он, обдав меня запахом вина и специй. — Меня, купца Ингрита, никто не смеет называть червём!

— Перед кем тут извиняться? — насмешливо бросила демоница и обрезалась об мой лютый взгляд, пропитанный такой яростью, что у неё чуть брови не загорелись.

Лара подавилась словами.

А я тут же вставил, держа на лице почтительное выражение:

— Моя госпожа слегка перебрала, так что могла выразиться не совсем тактично.

— Я не с тобой разговариваю, ублюдок! — бросил мне купец Ингрит под одобрительный гул посетителей. — Не встревай в разговор высших демонов, деревенщина!

Он замахнулся широкой, как лопата ладонь, будто хотел ударить, но на самом деле просто желал напугать меня. Но я даже глазом не моргнул. И тогда он опустил руку, злобно уставившись на Лару.

А та, кажется, начала трезветь и осознавать, что натворила. Однако демоница не могла просто извиниться и уйти — это был бы урон её чести. В глазах демонов Лара бы прогнулась, уступила, а значит, она не такая сильная, об неё можно ноги вытирать.

Потому Лара прорычала, решив пойти по пути конфронтации:

— С дороги, купец! Перед тобой глава рода, а не какая-то занюханная торгашка! Или хочешь, чтобы я пустила тебе кровь⁈

Млять, вот только крови нам ещё не хватало! Эдак мы никогда не доберёмся до Шанрорка. А ежели и доберёмся, то нас будет преследовать половина города, а сами мы будем израненными и опустошёнными!

— В священном городе Ашу-Каас нельзя лить кровь, — авторитетно заявил демон с седой бородой, чей кончик был заткнут за широкий кожаный пояс.

— Верно! Верно! — загудели прочие демоны, уже успев взять нас в кольцо, отрезая путь к двери.

Все скалили зубы, сжимали кулаки и хмурили брови. Казалось, что они сейчас бросятся на нас, наплевав на закон, который только что сами же и подтвердили.

Обстановка накалялась. Достаточно одной искры, чтобы разразился пожар. Многие недолюбливали Лару, завидовали ей, а уж после её оскорблений так и вовсе возненавидели. И вот так — толпой — им может хватить смелости накинуться на нас. Среди них наверняка есть сильные маги и отменные воины. Такой бандой они быстро превратят нас в окровавленные куски мяса.

Лара понимала это, потому тяжело задышала, метнув на меня виновато-умоляющий взгляд, мол, вытащи нас из этого дерьма!

— Да чего с ней разговаривать⁈ — выпалил кто-то из задних рядов. — Наказать её надо! А то ишь чего… Выискалась леди! Мы здесь тоже не отбросы какие-то, а уважаемые демоны!

— Правильно говоришь! — загомонили прочие, распаляясь всё больше. — Надо проучить её!

— Совет Тринадцати не простит вам этого! — выпалил Лара, крутя головой во все стороны, чтобы не пропустить момент первого удара, который мог прилететь откуда угодно.

— Да плевать Совету на тебя! — заорал очередной герой из задних рядов, подзуживая разгорячённую толпу, но сам в пекло не лезущий. — Ты стала главой рода с перевесом всего в один голос, так что Ала-Брок ничем не хуже тебя! Он без проблем займёт твоё место!

Уж не сам ли Ала-Брок там вопит позади демонов? Вот это был бы номер.

— Верно мыслишь! — поддержал его раскрасневшийся купец Ингрит, положив ладонь на рукоять ятагана, висящего на боку и поблескивающего камнями-артефактами.

— Ага! — поддакнул некто, разорвав сгустившийся от напряжения воздух, пропитанный ароматом пива и жареного мяса.

Но уже совсем скоро здесь появится запах крови… Демоны раздували ноздри, словно чуяли его, как свора собак, окруживших двух волков. Они буквально рычали, ожидая, кто же кинется на нас первым… И этим кем-то, кажется, будет Ингрит. Его рука потащила из ножен ятаган.

Лицо Лары исказилось, забилась жилка на шее, а по виску покатилась капелька пота. Стало жарко как в Аду. А разгорячённые демоны, толкаясь плечами, ещё больше сжали кольцо вокруг нас, как петлю на шее висельника.

— Стойте! — выпалил я, подняв руку. — В священном городе Ашу-Каас нельзя лить кровь, так давайте же выясним наш спор без крови! Устроим состязание — и кто его проиграет, тот… тот с позором покинет город, извинившись перед другим!

Купец Ингрит замешкался, наполовину вытащив ятаган из ножен. А среди посетителей раздались негодующие крики:

— Да иди ты в задницу со своим предложением! Заткни пасть!

Естественно, мало кто хотел устраивать какое-то состязание, когда с Ларой и так можно поквитаться, вон она стоит, надо лишь напасть на