Лекарь из Пустоты. Книга 10 - Александр Майерс

— Вы пытались, но всё обошлось. Что это был за эликсир?

— Понятия не имею. Но он был тёмно-красного цвета, как кровь, — ответил Тимофей.

Тёмно-красный эликсир, который вызвал серьёзные нарушения психики… Что-то мне это напоминает. Может быть, княжичу подсунули какую-то усиленную версию «Авангарда»? Или мне просто уже мерещится рука Чёрной касты повсюду?

— Это уже не моё дело, но я советую вам обратиться в СБИ и рассказать, где вы взяли этот эликсир. За применение вам ничего не будет, а тот, кто распространяет подобные зелья, должен быть пойман и наказан, — ответил я.

— Непременно, — кивнул Тимофей.

Я убедился, что его аура в порядке, после чего откланялся. Княжичу ещё предстоит медикаментозное лечение и работа с психотерапевтом, но это мелочи. Главное, что я вернул ему здравый ум.

Российская империя, город Санкт-Петербург, апартаменты графа Реммера

Граф Реммер принял гостя в малой гостиной. Барон Тучков сидел в кресле у камина с видом человека, которому невероятно скучно здесь находится.

Гость, который к ним пришёл — это был барон Грязнов, и он выглядел плохо. Как человек, который несколько недель плохо спал и к тому же злоупотреблял горячительными напитками.

— Мы вас слушаем, барон, — сказал Эдвард.

— Думаю, вы понимаете, зачем я здесь, господа, — Грязнов опустился в кресло и нервно задёргал ногой. — Мои позиции на выборах ослабли. Зотов и Мамонтов насели на меня с двух сторон, и я понимаю, что уже не смогу победить.

Тучков фыркнул:

— Вы бы в любом случае не победили.

— У меня был шанс!

— Сейчас это уже не важно. Что вы предлагаете? — спросил Реммер.

— До меня дошли слухи, что вы объединили усилия… Я хочу присоединиться и вступить в вашу коалицию. Предлагаю те голоса, что у меня ещё остались, — пробормотал Арсений Львович.

— Что ж, мы согласны, — ответил Эдвард Максимович.

Тучков лишь коротко кивнул.

— Нам всем будет выгодно, если голосов, которые мы хотим продать, станет больше. Но учтите, что каждый получит столько, сколько голосов он может предоставить, — добавил Реммер.

— Я понимаю, — вздохнул Грязнов. — И что, кому их продадим?

— Пока не решили. Граф Вяземский предварительно согласен, но мы его ещё помучаем. С Мамонтовым пока не договорились, а вот Кутайсов нам отказал, — ответил Тучков.

— И теперь он наша самая большая проблема. Роман Александрович стремительно набирает вес, — Эдвард Максимович встал и прошёлся по комнате, а затем улыбнулся. — Однако не переживайте, господа. Теперь нас трое, и с нами будут считаться все остальные. А что насчёт Кутайсова… У меня есть одна блестящая идея, как его можно ослабить.

— Вы что-то нашли на него? — приподнял бровь барон Тучков.

— О да. Я кое-что нашёл…

Глава 13

Российская империя, город Санкт-Петербург, апартаменты графа Реммера

Граф Реммер положил на стол тонкую папку и подвинул её к центру стола, чтобы было видно обоим — и Тучкову, и Грязнову.

— Вот моя блестящая идея, господа, — произнёс он с улыбкой.

Тучков лениво раскрыл папку, пробежался глазами по первому листу и нахмурился.

— Усов? — он поднял взгляд. — Тот самый генерал Усов, которого объявили предателем родины?

— Тот самый, — кивнул Эдвард Максимович.

— И при чём здесь Кутайсов?

Реммер опустился в кресло, неспешно сцепил пальцы в замок. Он обожал подобные моменты — потянуть интригу, заставить собеседников изнывать от ожидания.

— При том, Аполлон Георгиевич, что наш дорогой Роман Александрович и генерал Усов — старые знакомые. Они вместе учились в военной академии. Более того — какое-то время служили в одном гарнизоне. Были, как говорят, не разлей вода. Молодые офицеры, общие попойки, общие приключения. Всё как полагается, — пояснил Реммер.

Грязнов вдруг оживился. После того, как его приняли в компанию, он перестал выглядеть таким усталым и запуганным, в глазах даже появился блеск. Арсений Львович почувствовал надежду — пусть князем он и не станет, но хотя бы заработает, и заодно макнёт своих врагов в грязь лицом.

— Постойте! То есть кандидат в князья дружил с предателем родины? — воскликнул Грязнов.

— Ещё как дружил, — подтвердил Реммер. — Конечно, это было давно, и в этом, разумеется, нет ничего криминального. Они не вели общих дел, между ними нет никаких финансовых связей. Мои люди всё тщательно проверили. По сути, эта связь — пустышка.

Тучков закрыл папку.

— Тогда зачем ты нам это показываешь, Эдвард?

— А затем, барон, что в политике важна не суть, а то, как это звучит. Представьте заголовок: «Кандидат в князья Кутайсов — давний друг генерала-предателя».

— Неплохо звучит, — усмехнулся Грязнов, но никто не обратил внимания на его ремарку.

Реммер продолжал:

— Представьте, как это разлетится по газетам. Сколько людей прочитают заголовок и не станут разбираться в деталях. Сколько решат, что раз дружил с предателем — значит, и сам не чист. Репутация — штука хрупкая.

— Это уж точно, — пробурчал Грязнов, и на сей раз вызвал улыбки обоих собеседников.

— Уж кто-кто, а вы знаете об этом не понаслышке, Арсений Львович. Но с Кутайсовым всё иначе. Он выстроил всю кампанию на честности и порядочности, так что его репутация особенно уязвима. Если про человека знают, что он мутит какие-то сомнительные делишки, от подобного вброса хуже не станет. Но если человек воспринимается как максимально честный и благородный… Пятно грязи особенно хорошо видно на белых одеждах.

— Значит, мы покажем, что и у честного генерала есть скелеты в шкафу, — подвёл итог Тучков. — А если он найдёт, что ответить? Скажет, что это было давно, что они с Усовым на самом деле никогда не были друзьями?

— Пускай, — пожал плечами Реммер. — Это будет выглядеть как оправдание, даже если его пресс-служба подберёт самые подходящие слова. Наша задача — уронить его рейтинг, чтобы поднялись Вяземский и Мамонтов.

Грязнов скрипнул зубами при упоминании Мамонтова и затем спросил:

— А зачем нам вообще вмешиваться? Пусть они сами воюют и топят друг друга. Наша задача — продать голоса тому, кто купит. При этом даже не обязательно, чтобы этот человек победил.

Эдвард Максимович переглянулся с Тучковым и покачал головой.

— Во-первых, Арсений Львович, стратегию