Песнь льда, пламени и атома - Ленивый Сайгак

не совсем комильфо, если они проиграют. Да и правила были не то чтобы за нас: сейчас будет каждый сам за себя, но даже последнему кретину будет понятно, что сначала пойдут разборки провинция на провинцию, а потом будет уже типичный царь горы, где остаться должен только один.

— Знаешь, я никогда не думал, что смогу дойти до финала при таких условиях.

— Джиор, друг мой, не начинай брюзжать, словно древний старец, который смог исполнить заветную мечту. Возраст неподходящий.

— Да пошёл ты! Шкет, в твоём возрасте я...

— Вот о чём я и говорю, пошли разговоры, что раньше было лучше.

— И кому я всё это объясняю? Мог бы и послушать мудрость старых ветеранов.

— Внимаю и игнорирую.

— Если бы не просьба Мейдж, я бы твою наглую рожу разукрасил парой новых шрамов, чтобы ты больше не думал меня раздражать.

— Значит, пока я в фаворе у твоей сестры, я неприкосновенен? Учту на будущее.

— Эх. Своей смертью ты точно не умрёшь.

— Спасибо, Джиор.

— План битвы какой, наш непобедимый вождь?

— Внимай и слушай: бей в голову, а тело за ним поляжет.

— Ну, примерно такой план я и рассчитывал.

— Ну, а как ты хотел? Их больше, они лучше снаряжены, и правила на их стороне. Ведь будет неприятно, если выиграет не вассал короля, а боец другого королевства или, что ещё хуже, варвар-северянин.

— Гребенное южное коварство. Просто знай: твою спину я прикрою.

— Знаю. Ладно, пошли, там толпа реветь начинает. Скоро наш выход.

Ложа Короля

Тайвин не рассчитывал, что такое знаменательное событие, как финал общей схватки, Эйрис проигнорирует, но до этого он предпочитал проводить время в компании любовниц, чем уделять время турниру, организованному в его честь. Но что у Эйриса не отнять, так это почти звериное чутьё, которое позволяло предвидеть опасность. Сколько заговоров было заблаговременно раскрыто и уничтожено, хотя из сотни казнённых и запытанных реально в заговоре против короны участвовало дай боги восемь человек. И сейчас, поддавшись паранойе, король решил почтить своим присутствием финал общей схватки, хотя до этого предпочитал приходить только на финальные заезды в поединках.

— Тайвин, почему ты не предупредил меня о том, что наконец появилась достойная смазка для мечей моих гвардейцев!

— Ваше Величество, я посчитал, что данное мероприятие ниже вашего достоинства.

— Не тебе решать, на что мне смотреть, знай своё место, Тайвин!

— Разумеется, Ваше Величество.

— Кто этот выскочка, о котором все говорят?

— Иноземец, Ваше Величество. Прибыл из дальних земель и сейчас гостит у вассалов Старков.

— Почему все болтают только о нём, а не об их короле, Тайвин! Ты разве не видишь, что он отнимает мою заслуженную славу? — О какой заслуженной славе идёт речь, Тайвин не имел понятия, но за годы службы Десницей привык к таким истерикам.

— Он всего лишь отдаёт дань уважения вам, как одному из величайших королей в истории, участвуя в турнире в вашу честь, Ваше Величество.

— Что о нём известно?

— Немного, Ваше Величество. Искусный воин и неплохой командир, представляет не страну или народ, а орден воинов и солдат.

— Я хочу, чтобы о нём все узнали! Слышишь меня, Тайвин, все! Кто он, откуда и что за орден он представляет. Он своим появлением нанёс мне оскорбление, не представ передо мной и не проявив почтение. За это я велю выдать ему плетей... — Тайвин подумал: пока этот безумец не рассердил человека, который может доставить гораздо больше проблем, чем простой пират.

— Непременно, Ваше Величество. А пока насладимся зрелищем. Скоро начнётся финальная схватка.

Тайвин присутствовал на боях сира Марка и раньше: он никогда не видел, чтобы человек мог двигаться так быстро или сражаться с несколькими противниками одновременно и побеждать их. Не имело значения, кто выходил против иноземца — результат всегда был один: поверженный противник на земле. Всё это оставляло много вопросов, но Тайвин понимал — сейчас нужно воспользоваться ситуацией и перетянуть воина на свою сторону. А пока оставалось лишь наблюдать за финалом.

Распорядитель дал отмашку, и уже привычный дуэт из Мормонта и иноземца ворвался в порядки соперников. Никто и ничто не могло его остановить. Лучшие рыцари континента не сумели не то что сразить, а элементарно сдержать воина. Оружие в его руках с каждым взмахом отправляло очередного рыцаря в тяжелых доспехах целовать землю — не помогали ни выставленные щиты, ни сама сталь. Движения Марка были слишком размытыми и быстрыми, чтобы человеческий глаз мог за ними уследить. На мгновение одному бойцу удалось обхватить левую руку воина и навалиться всем весом, но секунду спустя иноземец перекинул его через себя. Взрослого мужчину в полном латном доспехе швырнули, словно младенца. Однако, пока Марк бился и защищал Мормонта, остальных северян успели подавить. На арене остались только пять рыцарей Королевской гвардии против воина и Мормонта.

Далее случилось то, чего Тайвин никак не ожидал: воин вырубил Мормонта и остался в одиночку против самых смертоносных рыцарей королевства.

Гвардейцы во главе с лордом-командующим действовали синхронно: каждый атаковал свою область, не давая противнику ни секунды на отдых. Но случилось невероятное: воин отбивал атаки всех гвардейцев одновременно. Вскоре он сам перешел в наступление, маневрируя так, чтобы перед ним стояло максимум трое, пока остальные толпились за спинами братьев по ордену. Замешкавшись, сир Харлан Грандинсон пропустил удар снизу вверх по ведущей руке — он мгновенно лишился оружия, а следующим ударом был отправлен в глубокий нокаут. Сир Гвейн Гонт попытался отомстить, но потерял равновесие после обратного удара левой рукой по ноге.

На ногах остались только лорд-командующий сир Герольд и двое братьев. Они напали одновременно с трех сторон, выкладываясь по полной и демонстрируя запредельный уровень фехтовального мастерства. Воин парировал все выпады разом, а затем провел невероятный по своей дерзости прием: дождавшись очередной атаки лорда-командующего, он приблизился и, оказавшись спиной к остальным, одним движением отправил «жрать землю» двух гвардейцев сразу, а обратным ударом вырубил сира Герольда. Сир Гвейн уже пытался подняться, когда его братья пали, но меткий бросок оружия в шлем окончательно лишил его чувств.

Трибуны замерли в почтенном молчании, не веря своим глазам. Даже Эйрис молчал, словно увидел перед собой Неведомого. Вскоре из секторов, занятых северянами, донеслись первые выкрики: «Север!». Постепенно их подхватили остальные, и через минуту вся арена в едином порыве скандировала: «Север!».

— Тайвин, что он такое? — в