Время неблагих. Книга третья - Максим Андреевич Далин

— Шерси, — сказал Индар второму важному чину, — вы так и будете держать людей по струнке? И собак… да у меня слов нет… — и обратился уже к пограничникам: — Вольно, орлы.

Орлы даже не попытались изменить позы.

— Вам холодно? — спросил нас Гелхард. — Ох, мессир Индар прав насчёт идиотов, что ж мы стоим на холодном ветру… Как вы думаете, нам можно пойти под крышу — или в мотор лучше?

— Там, кстати, под крышей как раз мессир Триэлл, — сказал Лэрик. — И с ним здорово нехорошо. Поэтому, наверное, надо под крышу.

И мы пошли в корпус для гостей даже раньше, чем оттуда вернулся Оурс.

А в гостиной — такая картина, что ведь не догадаешься, что и думать.

Триэлл так и сидел, привязанный лианами к стулу намертво, а вид у него уже был очень спокойный, даже какой-то иронический. Выражение «тяжело быть единственным нормальным в этом дурдоме». Оурс, Эдна и Тэшлин, похоже, только что орали друг на друга: Оурс был красный и встрёпанный, Эдна, наоборот, бледная и заледеневшая, Тэшлин, наверное, пытался их разнимать — и огрёб с двух сторон, остальные лешаки благоразумно смылись или выгнали их. Только Иска наблюдала в сторонке, будто пыталась определить, к какой стороне примкнуть. Дэймен даже не пытался соваться, он хмуро сидел на стуле, поджав ноги, как замученный приготовишка. Ну вот да: подсунься он — лешаки бы его затоптали, как лошади — котёнка. Увидев нас, он сполз со стула — и теперь выглядел ещё меньше.

— Ого, как интересно! — почти даже радостно воскликнул Индар. — Таинственный удар или Драма в чащобе, действие второе! Вам удобно, Триэлл?

— Счастлив вас видеть, прекрасные мессиры, — совершенно спокойно и очень любезно сказал Триэлл. — Мне очень, очень жаль, мессир канцлер, что вы наблюдаете такие отвратительные и позорные вещи на лесной базе в такое тревожное время. Очевидно, я очень виноват: я проспал предательство. Сегодня ночью на территорию базы проникли сущности Межи, оставили у корпуса следы адского зла… а мои люди дружно лгут. Накануне, пытаясь по приказу государя доставить на базу святоземельцев, на территории Девятиозерья погибла мобильная группа целиком… вторая вот вернулась. Но сестра-жрица, Эдна из дома Вешнего Ливня, как говорят её подчинённые, ещё в процессе выполнения задания слегка повредилась рассудком… а общение здесь со святоземельцами убило её разум окончательно. Вот, извольте видеть: эти лианы — её работа.

Рошер издал какой-то звук, но ему, видимо, помешала возразить армейская дисциплина. Высочества мрачно переглянулись друг с другом и со мной — а я мотнул головой. По-моему, ещё не время было ввязываться.

Зато не выдержал Тэшлин.

— Да группа Орлика напоролась на ловушку… — начал он, но наткнулся на презрительный взгляд Триэлла, как на стенку.

— Вот, — со вздохом сказал Триэлл. — Видите, какая беда. Они все слетели с катушек. Перестали понимать, что такое дисциплина, что такое субординация… Встревают в разговор старших по званию, даже не спросив разрешения. Святоземельцы провели здесь одну ночь — а эффект от их присутствия уже очевиден.

— Ну что ж, — хмыкнул Индар. — К сведению я принял. Эдна, девочка моя, как ты себя чувствуешь?

— Отвратительно, мессир канцлер, — сказала Эдна. — Какая-то адская мерзость говорит в моей голове… и в голове полковника Триэлла, я уверена. Происходит что-то очень плохое… и странное. Полковник Триэлл считает, что причина в святоземельцах… а я думаю, что зло каким-то образом пробудили наши погибшие товарищи. Привели в действие некий ужасный механизм… я не умею сказать. Они оказались в проклятом или заговорённом месте, оно их убило… но зло никуда не делось. Когда моя группа нашла тела людей Орлика, зло воздействовало на нас… На меня, мессиры…. Как и почему выбрало меня — не понимаю. Но предположу: именно я принесла флюиды зла с собой на базу. И вот, теперь оно передалось Триэллу.

— Она же совсем сумасшедшая, — с какой-то насмешливой печалью сказал Триэлл. — Или одержимая. К сожалению, с жрецами иногда случается такое… они порой не выдерживают нагрузок.

Ну вот так-то, со стороны, он впрямь выглядел гораздо нормальнее Эдны… и вообще всех нас, если честно. Наверное, поэтому у Дэймена был такой убитый вид.

— А что некромант скажет? — спросил Индар. — Капитан, выньте пальцы изо рта, я бы хотел услышать мнение кого-то хоть отчасти компетентного.

— Я — не слишком, — сказал Дэймен виновато. Ну да, ногти грызть неприлично, а Индар злой. — Не слишком компетентен, ваша светлость. И меня не было с Эдной в лесу. Но сегодня ночью здесь были Эрнст и Солвер, Валиен святоземельский упокоил Эрнста и с ним ещё, кажется, десяток вампиров из его клана, а Солвер был готов пожертвовать собой, лишь бы эти гады покинули юдоль… ну я его прикрыл, можно сказать, чудом. Я напишу рапорт. В деталях.

— Мессиры и леди! — радостно сказал Гелхард. — Не стоит так драматизировать, право. Новости ведь по-настоящему великолепны! Эрнст был такой проблемой… Валиен, я восхищаюсь вами, мой золотой! Капитан, то, что вы спасли Солвера — бесценно, признателен! — и подал руку Дэймену, уже окончательно растерявшемуся. — Дорогая леди Эдна, может, вы всё-таки отвяжете мессира Триэлла от стула?

— Он вооружён, ваше высочество, — сказала Эдна. — Я не рискну.

Гелхард подошёл к Триэллу и вытащил пистолет из кобуры у него на поясе. Положил на стол перед собой.

— Простите, великодушно, мессир полковник. Я это делаю только для того, чтобы все успокоились и начали рассуждать здраво.

Эдна щелчком пальцев заставила лианы убраться куда-то под пол. Каждый раз поражаюсь, как у неё это получается. Триэлл встряхнулся и вскочил.

— Да что вы! — воскликнул Гелхард. — Садитесь! Леди и мессиры, присядьте, пожалуйста. Я думаю, требуются разъяснения… им самое время. А потом выпьем кавойе, хорошо?

— Вы уже во всём разобрались, ягнёночек? — удивился Индар. — Недурно.

— Я для этого и прилетел, — сообщил Гелхард. — Сегодня Жейнар был за штурвалом, я спал всего три часа. Но это очень важно, и для вас, мессир канцлер, и для вас, святоземельцы мои дорогие, и для нас всех… вот и для пограничников в том числе… не волнуйтесь, пожалуйста, мессир Триэлл, сядьте, будьте добры. Не будем нервничать, разберёмся. Леди Глейза, проходите, пожалуйста, прошу вас… стул для вас… Лэрик, простите, дорогой мой, за всей этой суетой не выходит по-человечески поговорить…

— Это связано с моим отцом? — вырвалось у меня само собой.

Гелхард печально кивнул.

— Да. С вашим отцом, дорогой Валиен, с его величеством… с некоторыми отвратительными вещами в Святой Земле… вы всё верно понимаете.

— О! — выдохнул Лэрик. — То есть, отца — вот от этого…

Гелхард снова кивнул.

— Но