Отвергнутая жена. Ведьмина аптека на Драконьей улице - Виолетта Вейл

— Завтра возьму плату за терпение.

Экипаж остановился на углу.

— Дальше не проехать, госпожи, — сообщил возница. — У мостовой ремонт.

Мы вышли под навес закрытой булочной. Дождь уже превратился в мелкую водяную пыль. Драконья улица тянулась вниз к Южным воротам, неровная, тесная и совсем не похожая на проспекты Верхнего города.

Старинные дома стояли почти вплотную друг к другу. Нижние этажи занимали мастерские и лавки, над ними нависали деревянные балконы. Между окнами тянулись веревки с бельем, с крыш капала вода, в водосточных желобах застряли прошлогодние листья. Медные фонари еще не зажгли, хотя из-за туч казалось, что вечер уже близко.

На противоположной стороне кузнец закрывал ставни. Чуть дальше женщина в переднике выставляла под навес корзины с сушеными яблоками. Двое мальчишек перепрыгивали через лужи и спорили, кому принадлежит найденная пуговица.

Улица не выглядела заброшенной. Она просто жила без расчета на богатых посетителей.

— Далеко? — спросила я.

— Вон тот дом с зеленой крышей.

Я не сразу узнала аптеку.

Беатриса всегда следила за фасадом. Весной ящики под окнами были заполнены лекарственными травами, осенью в витрине стояли медные фонари, а над дверью висела темная деревянная вывеска с золотыми буквами.

Теперь оба окна первого этажа были закрыты досками. Вывеска висела под углом, одна цепь оборвалась. Слово «пламя» почти полностью скрылось под потеками.

Только вырезанный знак остался прежним: ветка полыни, обвивающая небольшое пламя.

Я остановилась посреди улицы.

Леона не торопила меня.

— Проверка закончилась три дня назад? — спросила я.

— Да.

— Почему доски не сняли?

— Гильдия не обязана приводить помещение в порядок после опечатывания. Они закрыли окна после пожара и оставили все как есть.

— Пожар был только в лаборатории.

— По отчету огонь не вышел за ее пределы. Окна заколотили из-за попыток проникновения.

Я повернулась к ней.

— Каких попыток?

— Дважды кто-то ломал замок на задней двери. Ничего не пропало, насколько смог установить инспектор.

— Об этом не было сказано у Совета.

— У Совета я сказала главное.

— А сейчас?

— Сейчас ты увидишь остальное сама.

Мы подошли к двери.

На старом замке осталась лента Гильдии с разрезанной печатью. Леона сняла ее и убрала в папку, чтобы позже приложить к документам. Я вставила ключ. Механизм сначала не поддался. Пришлось прижать дверь плечом и повернуть сильнее.

Внутри что-то скрипнуло.

Дверь открылась на несколько пальцев и уперлась в ящик.

— Подожди, — сказала Леона.

Она просунула руку в щель, отодвинула препятствие, и мы вошли.

В аптеке пахло сыростью, старой древесиной и испорченными травами.

Я закрыла дверь и некоторое время стояла у порога, привыкая к полумраку. Свет проникал только через щели между досками и ложился на пол узкими полосами.

Торговый зал сохранился лучше, чем я ожидала.

Длинный прилавок стоял на месте. За ним тянулись шкафы с маленькими ящиками, на каждом еще виднелась подпись Беатрисы. На верхних полках темнели банки, бутылки и пустые керамические сосуды. Несколько стульев были перевернуты, одна витрина разбита. Пол покрывали пыль и мелкие стеклянные осколки.

Я прошла к стене и провела пальцем по деревянной панели.

Защитная нить не отозвалась.

Раньше по стенам аптеки проходил простой охранный контур. Он не мог остановить вооруженного человека, но чувствовал разбитое окно, открытый замок и резкий всплеск магии. Беатриса обновляла его в начале каждого месяца.

Теперь связь распалась почти полностью.

— Кто отключил защиту? — спросила я.

— Инспектор считает, что часть узлов сгорела.

— Они находятся в торговом зале и на лестнице. Лабораторный пожар не мог повредить их все.

Леона посмотрела на стену, будто ожидала увидеть там ответ.

— Это можно доказать?

— После осмотра. Если следы не уничтожены.

Я сняла перчатки и положила их на прилавок.

В молодости Беатриса заставляла меня начинать каждое утро с проверки помещения. Сначала окна и замки, потом защитные линии, вода, печь, запасы, инструменты. Она говорила, что хороший аптекарь обязан заметить проблему до того, как она окажется внутри чужого лекарства.

Я не работала несколько лет, но порядок действий помнила.

Сначала я проверила входную дверь. Замок был старым, однако исправным. Следов недавнего взлома с этой стороны не было.

Затем обошла окна. Доски прибили снаружи, стекла под ними уцелели только частично. На одном подоконнике остался темный налет от дыма, хотя сама рама не обгорела.

— Тут открывали окно после пожара, — сказала я.

— Почему ты так решила?

— Сажа легла на внутренний край. Если бы окно было закрыто, налет остался бы на стекле и раме, а не на подоконнике.

Леона достала блокнот.

— Продолжай.

— Пока нечего записывать. Это наблюдение, не доказательство.

— Наблюдения часто становятся доказательствами, если их вовремя записать.

Она все равно сделала пометку.

Из торгового зала вели три двери. Первая — в приемную, вторая — в коридор к лестнице и кухне, третья — в лабораторию.

На последней сохранилась печать Гильдии.

Красный воск был цел. Поверх двери проходила тонкая серебряная нить, закрепленная на стене официальными знаками. Я не прикасалась к ней.

— Для снятия печати потребуется инспектор, — напомнила Леона.

— Знаю.

Через небольшое стекло в двери я увидела часть лаборатории. Черный след поднимался по дальней стене к потолку. Рабочий стол был опрокинут, шкаф возле печи обгорел. Остальная мебель казалась целой.

— Очаг действительно находился внутри, — сказала я. — Но пожар был недолгим.

— В отчете указано, что защита погасила его почти сразу.

— Тогда Беатриса должна была успеть выйти.

Леона закрыла блокнот.

— Ее нашли возле рабочего стола.

— Она потеряла сознание?

— По заключению лекаря, надышалась дымом.

Я посмотрела на узкую комнату за стеклом.

Беатриса не была молодой, но до болезни ей было далеко. Она знала лабораторию лучше любого инспектора. Если огонь не успел распространиться, ей хватило бы нескольких шагов до двери.

— Где отчет лекаря?

— В материалах дела. Я запросила копию, но Гильдия еще не ответила.

— Запроси повторно.

— Уже.

Мы прошли в приемную. Здесь стояли две кушетки, ширма и высокий шкаф с перевязочными материалами. Большая часть ткани отсырела. Несколько флаконов покрылись плесенью вокруг пробок.

Я открыла шкаф и стала доставать содержимое по одному.

— Это придется выбросить, — сказала я. — Все, что хранилось без герметичной упаковки. Стекло можно очистить, инструменты проверить. Деревянные коробки лучше заменить.

— Ты уже решила остаться?

Я поставила на стол металлический зажим.

—