Гогенцоллерны. Путь к германскому единству. 1786-1861 - Отто Хинце

В общем и целом обстановка на западном театре военных действий поначалу складывалась благоприятно: герцог Брауншвейгский отбил у французов Майнц и левобережье Рейна, в Бельгии австрийцы добились серьезных успехов. В войну против Франции вступили и англичане. Однако каждый из союзников действовал самостоятельно, и недостаток координации помешал им добиться решающих успехов.

Фридрих Вильгельм II возлагал ответственность за это на австрийцев. Заявив, что пруссаки теперь будут ориентироваться только на свои собственные интересы, он в сентябре 1793 года покинул армию на Рейне. Тем временем договор о разделе Польши вступил в силу. Пруссия получила Данциг, Торн и провинции Позен, Гнезен и Калиш — в общей сложности 1060 квадратных миль и 1,13 млн жителей. Теперь эти территории предстояло интегрировать в состав монархии.

Прусскую внешнюю политику тем временем возглавил Гаугвиц[7]. При нем Берлин проявлял еще меньший интерес к войне против Франции, тем более что и деньги на нее стали заканчиваться. Оставленная Фридрихом Великим казна была давно израсходована, и пришлось вести переговоры о субсидиях с Англией. Только когда прусский король отдал приказ основной части своей армии возвращаться с театра военных действий на родину, в Лондоне пошли на уступки. 19 апреля 1794 года в Гааге был заключен субсидный договор, по сути означавший для Пруссии глубокое унижение. Ей была предназначена та роль, которую она в последний раз играла при Фридрихе I: наемницы, сражавшейся в интересах других держав.

Однако у этого соглашения был короткий век. Трения между союзниками продолжались, и в конце октября Фридрих Вильгельм II отправил свою армию в Польшу, где как раз в это время вспыхнуло восстание Тадеуша Костюшко. В ходе этой кампании пруссаки подошли к Варшаве, однако затем потерпели ряд поражений, которые нанесли большой ущерб их репутации. Решающую роль в разгроме восстания сыграли русские под командованием Суворова. Пруссия получила еще один кусок польской территории, и множество чиновников обогатилось в ходе последовавшей масштабной конфискации польских поместий. Алчность и коррупция правили бал в королевстве.

После всех этих событий как в Берлине, так и в Вене были готовы начать переговоры с Францией. Для Пруссии главным мотивом являлось финансовое истощение. Фридрих Вильгельм II сначала ничего не хотел и слышать о переговорах с «цареубийцами», однако все его советники выступили единым фронтом, требуя мира. Они уговорили короля заключить сепаратный договор с Парижем. Переговоры, начавшиеся в глубокой тайне, с декабря 1794 года уже велись открыто. 5 апреля следующего года был заключен Базельский мир. Французы выводили войска с правого берега Рейна, пруссаки оставляли в их распоряжении левый берег; север Германии объявлялся нейтральной зоной. К этому договору вскоре примкнуло несколько немецких княжеств, однако попытка Пруссии сыграть роль посредника между Францией и Австрией провалилась. В Вене Фридриха Вильгельма II заклеймили как Иуду, тиражируя этот образ в многочисленных памфлетах, распространявшихся в Империи.

Однако заключение мира было для Пруссии на тот момент реальной необходимостью. Оно стало закономерным итогом всех тех проблем в управлении государством, о которых уже говорилось выше. Миролюбие Берлина проистекало из его слабости; именно поэтому в Париже не испытывали никакого уважения к прусским интересам.

Тем временем Австрия и Россия договорились об окончательном разделе Речи Посполитой. Пруссию пригласили присоединиться, выделив ей сравнительно небольшую территорию. В Вене уже ждали прусского нападения и активно готовились к нему. Однако Фридрих Вильгельм II согласился с решением своих соседей при условии, что ему сделают сравнительно небольшие уступки. Екатерине II удалось добиться компромисса, и 24 октября 1795 года окончательные соглашения о разделе были заключены.

Пруссии досталась не слишком развитая в экономическом отношении территория, получившая название «Новой Восточной Пруссии»: 900 квадратных миль[8] и миллион жителей. Ассимилировать их в короткий срок не было никакой надежды. Пруссия, еще недавно являвшаяся чисто немецким княжеством, превратилась в многонациональное государство.

Одновременно в Берлине попытались округлить свои франконские владения. Герцогства Ансбах и Байрейт уже много веков разделял город Нюрнберг. В сентябре 1796 года прусские солдаты заняли его, однако возможности удержать только что приобретенное не было. Как и следовало ожидать, австрийцы горячо воспротивились этому акту агрессии, и 1 октября пруссаки вынуждены были уйти из города. Десять лет спустя Нюрнберг достался баварцам.

Здоровье Фридриха Вильгельма II, уже давно дававшее повод для беспокойства, тем временем начало стремительно ухудшаться. Рано растолстевший, он страдал от болезней сердечно-сосудистой системы, к которым позже добавились симптомы водянки. Король тяжело переживал поражения 1794 года и, по большому счету, так и не оправился от них. После долгой болезни он скончался 16 ноября 1797 года в возрасте 53 лет. Его преемником стал 27-летний старший сын и тезка — кронпринц Фридрих Вильгельм.

Глава 2

Фридрих Вильгельм III.

Эпоха войны

(1797–1815)

Фридрих Вильгельм III во всех отношениях отличался от своего отца. Скромный, экономный, почти по-бюргерски простой, он был приверженцем просвещенного благочестия. В его характере трудно было бы найти изъяны, если бы не полное отсутствие любых героических черт. Кроме того, в начале правления недостаток уверенности в себе мешал ему принимать волевые решения. Воспитанный в духе Просвещения, молодой король был убежден, что государство есть результат естественного развития, что его подданные являются свободными гражданами и что монарх должен заботиться о создании условий для их процветания.

Супругой прусского короля была красивая и одаренная принцесса Луиза Мекленбург-Штрелицкая. Их семейная жизнь была счастливой и гармоничной, между супругами существовала глубокая внутренняя связь. К моменту вступления Фридриха Вильгельма III на престол у него уже были два сына, за которыми затем последовало еще семеро детей. Король любил проводить время в кругу семьи в Потсдаме или в охотничьем замке; только с большой неохотой он менял эту идиллию на государственные дела.

Королева была в умственном и духовном отношении гораздо более развитой, чем ее супруг. Ее любимым поэтом был Шиллер, и Луиза очень переживала, что ей так и не удалось убедить его переехать из Веймара в Берлин. Она не стремилась вмешиваться в политику, но, тем не менее, невольно оказывала большое влияние на жизнь королевства.

Фридрих Вильгельм III быстро покончил с окружением своего отца. Графиня Лихтенау была лишена своих имений и отправлена в почетную ссылку в Глогау. Бишофсвердер и Вёльнерушли в отставку, и стало ясно, что новое правительство будет двигаться в совершенно ином направлении, нежели прежнее. Лишь принцип абсолютизма был оставлен в неприкосновенности. Но молодой король, как и его отец, не был способен работать в стиле Фридриха