Псков - Юрий Павлович Спегальский

Для этого, помимо общего представления о характерных чертах жизни средневекового Пскова, нужно располагать хотя бы основными сведениями о ходе развития его архитектуры и об изменениях, происходивших в облике города. Автору пришлось считаться с тем, что существующая литература по Пскову не дает этих сведений в необходимом объеме. Пришлось несколько расширить общий очерк архитектуры города, предпосылаемый описанию памятников.

Однако собирание и изучение материалов, которые дали бы возможность воссоздать картину развития архитектуры Пскова, еще далеко не закончено. Крайне скудны данные о его гражданской архитектуре, особенно до XVII века. Мы ничего не знаем о церковных постройках XIII века — поры, когда псковские каменщики, может быть, впервые выступили как самостоятельные зодчие, и очень мало знаем о памятниках первого расцвета псковской церковной архитектуры, наступившего в последней трети XIV века. Сохранившиеся памятники XV—XVII веков исследованы крайне недостаточно.

Поэтому в книжке слишком часто будут встречаться слова «вероятно», «возможно», «может быть». Состояние наших знаний об архитектуре древнего Пскова таково, что без догадок не обойтись. Но предположения не могут заменить недостающих фактов — они только в малой мере помогают догадываться о былой красоте псковской архитектуры. Читатель должен помнить об этом, читая книжку и осматривая памятники.

ОЧЕРК РАЗВИТИЯ АРХИТЕКТУРЫ ПСКОВА 

ВОЗНИКНОВЕНИЕ ПСКОВА

В середине первого тысячелетия нашей эры на землю нынешней Псковщины пришли предки средневековых псковитян, славяне — кривичи.[2] Много веков до них жил человек на этой земле, но все же она оставалась очень слабо освоенной. Лишь кое-где, у берегов рек и озер, были разбросаны небольшие селения финского племени чуди и проникших из Прибалтики летто — литовцев. Нетронутые, непроходимые дикие леса расступались только у водоемов и глубоких топей да на отложившихся в некоторых местах бесплодных толщах песков. Пробираться по этому краю на дальние расстояния можно было лишь водными путями. Главным из них служила широкая полноводная река, названная славянами Великой. По ней ладьи кривичей спускались с юга на север, а по ее притокам расходились в стороны — к западным и восточным пределам будущей Псковской земли.

Выше того места, где ныне стоит город Псков, лесные дебри отступали от берегов Великой. Здесь широкие пространства были заняты гигантскими песчаными наносами. А ниже по течению, вблизи впадения в Великую реки Мирожи, пески переходили в обширную богатую растительностью местность, изрезанную ручьями, оврагами, прудами, болотами и холмами. Самым высоким из холмов был мыс у слияния реки Псковы с Великой. Славяне назвали его Кромом.[3] Под его крутыми скалистыми склонами плескались речные воды, и только к узкому южному краю примыкал пригорок — место будущего Довмонтова города. Понижаясь к югу, пригорок сменялся низиной, простиравшейся от Великой до Псковы. За низиной шла цепь возвышенностей, в которую входили высокое место у Псковы, известняковая гряда у берега Великой, а между ними возвышение, известное в древности под названием Городца. Южнее этих высот, примерно на месте нынешней Профсоюзной улицы, пролегало старое русло пересохшей речки, получившее название Усохи. Еще дальше, в междуречье Псковы и Великой, вплоть до знакомых уже нам песков, раскинулась местность с разнообразной почвой и рельефом — кое-где низкая и сырая, кое-где возвышенная, сухая, местами ровная, местами холмистая. Примерно такой же характер носила местность, расположенная за Псковой и названная позднее Запсковьем. Выбирая места для поселений, кривичи облюбовали живописные возвышения, выходившие к широкой красавице Великой, защищенные водой и болотистыми низинами, расположенные в окружении плодородных земель и сочных пойменных лугов.

Кром

Давно уже была высказана мысль о том, что на Городце славяне поселились раньше, чем на Крому. Пока это предположение не проверено археологами. Но само название Городца свидетельствует о том, что в дофеодальные времена на нем существовал укрепленный поселок. Неизвестно, был ли он старше Кромского или нет, но Псков, по-видимому, вырос не из одного Крома, а в результате развития двух или даже нескольких поселений.

Вероятно, уже в первой половине X века определилось постоянное место торга (там, где он оставался до 1510 года). С торгом было связано место поклонения языческим богам. Когда в конце X века языческие капища заменяли христианскими храмами, первым был построен храм Троицы на Крому, а вторым — Власия на Торговище.

К X веку, по всей вероятности, уже установились направления важнейших сухопутных дорог, связавших поселения на месте будущего Пскова с окружающими землями. Эти дороги определили потом расположение главных улиц города. Так уже в те времена намечались основные вехи будущей планировки Пскова и слагались такие характернейшие черты его композиции, как парадность западного «фасада» города и доминирующее значение Крома. В X веке у дорог, соединявших Торговище и Кром с окрестностями, разрасталось скопление дворов ремесленников. Судя по результатам археологических разведок, застроенная площадь вышла в это время уже за пределы будущего Старого Застенья.[4] Можно считать, что Псков тогда стал городом, но его посад по характеру застройки напоминал скорее сельское поселение. Раскопки в Старом Застенье показали, что в X веке улиц там еще не было, дворы были рассыпаны в беспорядке и связывались между собой лишь узкими пешеходными мостками. Все строения были деревянными. Жилищами основной массы жителей посада служили небольшие избушки, срубленные из круглых бревен. В состав дворов входили постройки для домашнего скота и других надобностей семейств, не порывавших с сельским хозяйством.

На Крому и, возможно, в Городце были, конечно, и дворы знати, отличавшиеся обширностью, более сложной композицией и более крупными постройками. Расположение Пскова на основной транспортной артерии края и естественная защищенность его Крома способствовали превращению Пскова в центр развития ремесла и торговли, а затем в стольный город псковского княжества.

После нападения на Псков полоцкого князя Рогволда, то есть после 977 года, укрепления Крома, вероятно, были значительно усилены. За ними разместился двор первого псковского князя Судислава, княжившего с 988 по 1036 год, а близ княжего двора, надо полагать, расселилась княжеская дружина. Может быть, именно с этого времени укрепление на Кромской горе стало называться Детинцем. На псковском посаде, наверное, уже появились «лавицы» — постоянные сооружения, служившие для перехода через топкие места.

ПСКОВ XI ВЕКА И ЕГО ОБЛИК

В XI веке псковский посад превратился уже в настоящее