Корейский шаманизм. Болезнь синбён, камлания кут и духи квисин - Наталия Чеснокова

наилучшим способом достижения этой цели. Когда решение о так называемой продаже принято, отец советуется с мудан относительно того, когда и где она будет совершена. Обычно выбирают валун недалеко от дома, и там ребенок «посвящается» духу. Процессом управляет мудан при помощи специальных обрядов. С этого времени в 15-й день первой луны и в 3-й день третьей луны совершается поклонение и жертвоприношение валуну. После состоявшейся «продажи» имя духа становится частью имени мальчика. Также в порядке вещей, если ребенка «продают» самой мудан, которая может «забрать» его себе как доверенное лицо своего духа, если магический обряд подтвердит, что она может это сделать. Свидетельством «продажи ребенка» является миска для риса, ложка и кусок хлопчатобумажной ткани, на котором записаны сведения о ребенке. Все это хранится в доме мудан, в комнате, посвященной духу.

Есть известная мудан, живущая прямо за южными воротами Сеула, в доме которой я была. Там много таких отрезов ткани, их обычно размещают на столах под нарисованными изображениями духов. В особых случаях их используют как знамена. На празднествах регулярно приносят подношения от имени этих детей, которые, хотя и живут со своими родителями, почитают мудан как духа и считаются ее детьми.

Напоследок хотелось бы упомянуть и о мошенниках, которые прикрывались образом шаманок и шаманов. Например, в «Истинных записях правящего дома Чосон» читаем такую интересную историю[76].

Чиновничий сын Ли Ёнсок назывался шаманом, получившим откровение от духов, обманывал толпы странными словесами так, что мужчины и женщины спорили между собой, кто даст ему монеты и холст[77]. После похорон отца он переоделся в женское платье, скрылся и стал вести странный образ жизни. Просим дать разрешение на его поимку и арест.

Король дал согласие.

Слепые шаманы пансу в конце XIX века. Отрывок из книги Николая Кюнера «Описание Кореи» (1900)

Эти слепые колдуны начинают свое ремесло с самого юного возраста. Колдовство для них зачастую служит единственным, но выгодным средством к существованию. Насколько выгодно это ремесло, видно из того, что родители слепорожденных детей считаются счастливыми, так как заработок этих будущих пансу вполне обеспечивает их старость.

Слепые, поступающие в корпорации пансу, обязаны, прежде принятия их в число членов, пробыть на испытании три года, в течение которых их посвящают во все тайны колдовства; они изучают всю традицию шаманства, устно передаваемую из поколения в поколение уже более 4000 лет и касающуюся природы и свойств демонов, их отношений к людям, способа заклинания их при помощи магических обрядов, результатов этого заклинания и других подробностей последнего. Колдун, сверх того, должен знать обычаи, привычки и слабые стороны всех классов корейского общества, чтобы уметь обращаться со всеми своими клиентами. Требуется также некоторое знакомство с учением Конфуция, дабы придать ученый оттенок своей речи. Больше всего, однако, поступающих в число пансу заставляют изучать все улицы и переулки города, так что со временем слепые колдуны чрезвычайно быстро находят даже такие дома, куда их призывали всего один раз. Они обыкновенно ходят двое-трое вместе и особым криком извещают о своем присутствии тех, которые нуждаются в их услугах. Услуги же эти оказываются нужными при всех важнейших событиях жизни корейца и в особенности во всех постигающих его бедствиях и несчастьях.

Глава 8. Шаманизм в ХХ веке

Колониальный период (1910–1945)

С 1910 года Корея стала колонией Японской империи. Японцы боролись с шаманизмом, считая его пережитком прошлого, который мешал развитию экономики, здравоохранения и в целом препятствовал формированию у человека веры в собственные силы. У японцев были достаточно веские причины: например, немногим ранее, в конце XIX века, корейские шаманки подожгли дом доктора Чи Согёна, который пытался бороться с эпидемиями оспы на Корейском полуострове с помощью прививок. Известно, что к концу периода Чосон многие шаманки и шаманы, а также певички-кисэн были достаточно богатыми и независимыми людьми.

В ХХ веке одним из наиболее ярких произведений о шаманках и их месте в мире стал «Портрет шаманки» (Мунёдо) крупнейшего корейского писателя Ким Тонни (1913–1995). Написан роман в 1936 году, в Колониальный период, когда японское правительство активно пыталось насаждать синтоизм на корейской земле, чтобы сделать из корейцев настоящих японских подданных. Ким Тонни, уроженец провинции Кёнсандо, был хорошо знаком как с официальными религиями, так и с шаманизмом, популярным в регионе. Автор романа размышляет над религиозным будущим страны на примере одной незаурядной семьи, представленной шаманкой по имени Мохва, ее старшим сыном Уги и младшей глухонемой дочерью Нани.

Ханбок для шаманских камланий

National Folk Museum of Korea

Мохва утверждала, что Нани была воплощением госпожи подводного царства по имени Цветок[78].

Родилась Нани после того, как Мохва встретила во сне морского царя и съела персик, который он дал ей. По ее словам выходило, что Нани — двенадцатая дочь морского царя. Первой дочерью была госпожа Луна, второй — госпожа Вода, третьей — госпожа Туча, а Нани — двенадцатой; и выдали их замуж за сыновей горного духа: госпожу Луну — за господина Солнце, госпожу Воду — за господина Дерево, госпожу Тучу — за господина Ветра, так по очереди выходили сестры. Но последней дочери, госпоже Цветок, не терпелось приобрести любимого, и она, не став дожидаться своей очереди, вышла замуж за господина Птицу, который был назначен в мужья одиннадцатой дочери, госпоже Плод. Обманутые госпожа Плод и господин Мотылек, горько рыдая, пожаловались морскому царю и горному духу, морской царь в гневе лишил госпожу Цветок слуха и выгнал из царства. Госпожа Цветок превратилась в красный цветок персика, весной расцветала на берегу рек и у подножия гор, прилетал господин Птица, садился на ветви, и, как он ни щебетал, она, глухая и немая, не могла ему ответить.

Уже из этого абзаца видно, что Ким Тонни предлагает читателю свою собственную, очень печальную сказку с аллюзиями на цикл перерождения. Придумывает ли эту историю автор, либо сама Мохва сочиняет ее для успокоения Нани и соседей, мы не знаем. Но уже с первых страниц читатель испытывает к Мохве сочувствие: она предстает как малообразованная простая женщина, которая ходит по кабакам, не следит за хозяйством, любит своих детей и искренне верит в то, что все вокруг нее — это духи.

…Свиньи, кошки, лягушки, черви, рыбы, бабочки, дерево хурмы, сливовое дерево, кочерга, кувшин, каменная ступенька,