Безликий - Е. Юань

— Мы провели перекрестную проверку всех возможных каналов утечки сведений и документов. Сопоставив результаты с набросанным портретом подозреваемого в профиль, а также… получив коекакую помощь от волшебного зеркала, мы предварительно наметили главную цель.

При упоминании волшебного зеркала Иконсер заметно замялся. Клейн сразу уловил эту неловкую заминку в голосе дьякона и мысленно посочувствовал ему, гадая, какую непомерную цену пришлось заплатить за долгожданный ответ…

— Владелец этого дома? — почти со стопроцентной уверенностью переспросила Каслана.

Айзенгер Стентон задумчиво огляделся по сторонам и спросил:

— Вы решили сразу вызвать нас сюда, поскольку раздобыли какие-то новые доказательства?

— Верно. Кое-что прояснил живописный портрет хозяина — к слову, этот господин наотрез отказывался фотографироваться, — откровенно пояснил Иконсер. — Кроме того, соседи частенько замечали поблизости огромного черного пса.

— Это практически подтверждает, что нашей целью является Апостол Желаний, — Айзенгер вдруг негромко рассмеялся. — Прошу прощения, мы излишне торопим события и даже не дали вам толком представить подозреваемого.

Иконсер обогнул фонтан и быстрым шагом направился к парадному входу, на ходу торопливо рассказывая:

— Владельца зовут Патрик Джейсон, он крупный акционер одного небольшого банка. Соседи описывают его как жизнерадостного, общительного и добродушного мужчину средних лет. Женат он никогда не был, но, судя по всему, содержал любовниц, причем сразу нескольких.

— Для человека его круга у него было подозрительно мало прислуги. Устраивая званые ужины или балы, он всякий раз нанимал временных лакеев через Ассоциацию помощи домашней прислуге. Свое нежелание держать постоянный штат он объяснял чутким сном и тем, что обилие слуг в доме мешает ему отдыхать.

— Очевидно, этому господину есть что скрывать, раз он так боится держать в доме постоянных свидетелей, — полушутя заметил Айзенгер.

Сам не державший ни единого слуги Клейн почувствовал легкий укол неловкости и вставил:

— Возможно, его финансовые дела обстоят не так блестяще, как полагают окружающие.

— Тоже верно, такую вероятность нельзя сбрасывать со счетов, — согласился Айзенгер, поднимаясь по ступеням крыльца.

Иконсер бросил на Клейна понимающий взгляд и с легкой усмешкой произнес:

— Вы ведь тоже обходитесь без постоянной прислуги, позволяя горничной хозяина убираться лишь дважды в неделю, именно ради того, чтобы уберечь от чужих глаз свой секрет Потустороннего?

«Если бы вы только знали, что из всех моих тайн эта — самая ничтожная…» — Клейн выдавил из себя нарочито горькую улыбку и ответил:

— Именно так.

Тем временем Иконсер толкнул парадную дверь, и из открывшегося проема мгновенно хлынула неописуемая удушливая вонь.

— Запах разложения… — мгновенно определил Айзенгер.

Иконсер подозвал одного из оперативников «Сердца Механизмов»:

— Карлсон, что у вас?

Потусторонний по фамилии Карлсон, носивший очки с толстыми стеклами, со сложной гаммой чувств на лице доложил:

— Мы обнаружили в доме множество тел.

— Трупы замурованы в бетон подвального пола, запрятаны в толще стен, зарыты в самых запущенных уголках сада. Самые старые останки лежат здесь, пожалуй, уже больше десяти лет, а последние жертвы — это слуги, которые еще несколько дней назад были живы.

— Одни успели обратиться в скелеты, другие только начали гнить… Дьякон, это место больше похоже на человеческую бойню!

Пока он говорил, другие оперативники вместе с тщательно проинструктированными полицейскими принялись выносить наружу завернутые в простыни останки.

Некоторые тела были безжалостно расчленены: языки, пальцы, желудки и глаза лежали в живописном беспорядке рядом с грудами выбеленных костей.

— Похоже, теперь многие нераскрытые дела об исчезновении людей в Баклунде наконец-то будут закрыты, — Айзенгер зажал пальцами нос и тяжело вздохнул.

Заметив свисающий из-под очередных носилок обрывок кишок, едва не волочащийся по земле, Клейн шумно выдохнул и принялся внимательно осматривать холл особняка.

Тем временем Карлсон из «Сердца Механизмов» продолжал тихо бормотать:

— Джейсон платил слугам невероятно щедрое жалованье и давал частые выходные, так что вся округа им завидовала… Его личный повар обещал сынишке, что на этой неделе выкроит денек, приедет домой и обязательно сводит его в цирк…

— Истинное чудовище… — не сдержав эмоций, прошептала Каслана.

Справившись с нахлынувшими чувствами, Клейн огляделся и серьезным тоном поинтересовался:

— Почему убранство особняка такое скромное?

— Для банкира — пусть даже его заведение и было крошечным — у Джейсона должны были храниться дорогой фарфор, подлинники масляной живописи, роскошные каминные часы и изысканные шелка. Почему здесь ничего этого нет? К слову, мебель-то сработана из весьма ценных пород дерева.

Карлсон бросил вопросительный взгляд на дьякона Иконсера и, получив одобрительный кивок, пояснил:

— Совершенно очевидно, что Джейсон планировал свою месть на протяжении долгого времени. Он постепенно распродавал ценные, но не слишком бросающиеся в глаза вещи и даже согласился на поглощение своего бизнеса банком Баварт.

— Расправившись со слугами, он ускорил процесс вывода активов в наличные, сбыв картины и прочий антиквариат. Этот человек прекрасно понимал, что его непременно вычислят, и не питал пустых иллюзий.

— К моменту начала действий у него не осталось ничего, кроме пустой коробки особняка, мебели и имени. Огромные суммы наличных, драгоценные металлы и камни бесследно исчезли — бог весть, куда он их переправил.

Выслушав эти объяснения, Клейн мысленно охарактеризовал преступника тремя словами:

— Хладнокровный, расчетливый, безумный!

— Подлинный дьявол, — резюмировал Айзенгер Стентон и добавил: — Он мыслит пугающе ясно и действует с ледяным спокойствием, но при этом одержим безумной тягой к неоправданному риску. Это полностью совпадает с почерком двух его предыдущих акций.

— Значит, нам следует быть начеку и приготовиться к его очередному безумному шагу? — Клейн мгновенно уловил суть рассуждений великого сыщика.

— Именно так, — Айзенгер мрачно кивнул.

Вслед за этим сыщики приступили к тщательному обыску особняка. Они без труда обнаружили множество неопровержимых улик, указывающих на виновность Патрика Джейсона, а также наткнулись на живописный портрет, украшавший стену гостиной.

На холсте был изображен мужчина средних лет с высокими скулами, тусклыми серовато-синими глазами, самыми заурядными чертами лица и гладко зачесанными назад волосами — совершенно непримечательный субъект.

В этот момент в комнату вошел Иконсер и обратился к сыщикам:

— В потайной комнате мы обнаружили ритуальные принадлежности. Судя по всему, Патрик Джейсон пытался призвать могущественного демона из Бездны, но по какой-то причине потерпел фиаско. Найденные вещи также подтверждают его истинное имя. Он принадлежит к дьявольскому семейству Белиал, и на самом деле его зовут Джейсон Белиал.

«Семейство Белиал?» — Клейн лишь понимающе кивнул, ничуть не удивившись.

— В далекую Четвертую Эпоху еретики, поклонявшиеся дьяволам, объединились в