Это кто переродился? Книга 5. Финал - Сириус Дрейк

— Сдавайтесь, ордынцы и вы сохраните жизнь! Свадьбы не будет!

— Это как это не будет⁈ Папа!!! Ты обещал!

Следом кто-то закричал, зазвенела сталь, летящие заклятия освещали зал из конца в конец.

Я же рассматривал облачение здоровяка. Чешуйчатый доспех был не просто хорошим, а настоящее произведение искусства. Вот и верь после этого царю — обманул, гаденыш.

— Мне некогда с тобой возиться, человек, — сказал я, сделав последний глоток из кубка. — Снимай доспехи и иди за царем. Этот вечер утомил меня.

В ответ здоровяк разразился смехом.

— Признаю, ты смел не только в своем дворце, Хан, — кивнул он, приближаясь. — Но, увы, здесь твой Поход и окончится. Сдавайся, если хочешь сохранить жизнь своим людям.

— Жизнь? Они сами за нее отвечают. Я им не нянька. А вот ты…

Закончить он мне не дал, как в дело вступил меч. Удар был настолько стремителен, что глазом его различить было сложновато. К счастью, мои крылья были быстрее. Звякнув, лезвие отскочило, а я взмахнул когтями. Сноп искр полыхнул в ночи, и мы, обменявшись еще парой ударов, разошлись. Он к своим людям, которые заполняли балкон. Я же взмыл в небо и приземлился на колонну.

Все двенадцать моих противников встали полукругом. Их кольчуги медленно разгорались как дюжина костров.

Тут-то до меня дошла их золотая песнь. И она была враждебна мне.

— Так-так-так… Интересно… — покачал я головой. — Значит, ты тоже владеешь секретом золотой песни, человек?

— Человек? — хмыкнул бородач и обернулся к дюжине своих подручных, облаченных в точно такие же золотые доспехи. — Слышали, сынки? Человек!

Они тут же расхохотались.

— Если мы и были когда-либо людьми, то это уже в прошлом, еще когда мы были обычными матросами, — сказал бородач. — К счастью, море приняло нас к себе и теперь мы нечто большее. Ибо все, что мы делаем идет во благо Глубинному! Опускается на дно во славу Пучинному Граду!

Подняв меч, он указал им в центр приближающегося шторма. С крыш, перекрикивая рев бури, опять закудахтали:

— Кукареку! Царствуй, лежа на боку!

И в тот же миг примерно в километре от нас показались очертания чего-то настолько огромного, что, даже стоя на дне морском, оно легко могло дотянуться до крыши дворца. Следом пришел дождь.

Богатыри не стали ждать от моря погоды — ударили по колонне мечами, и она с треском начала заваливаться. Соскочив с нее, я полетел у них над головами. Достаточно было одного очень быстрого удара крыльями, чтобы сразу пятеро богатырей лишились своих шлемов, а затем попадали на землю. Еще двоим в лица прилетел мой плащ. Началась куча мала.

Хохоча, я схватил за бороду их предводителя и отправился с ним в полет — к крыше. Он попытался достать меня мечом, но прилетевшее снизу заклинание заставило его выпустить оружие. Ветер как мог пытался сбить нас, снизу летели молнии и золотые стрелы, но я был слишком быстр для них.

— Пусти! Пусти, гад! Да кто ты такой⁈

— Я? — и я опустил Взгляд к его рыбьим глазам. — Кое-кто, кого боится даже ваш Глубинный… Должник!

Еще один взмах, и я выпустил богатыря. Рухнув на черепицу, он принялся отползать, а я приземлился рядом. Нас окружали еще воины в золотых доспехах — их было двадцать, и стоило мне расправить крылья, как каждый посмотрел на меня как на привидение.

Взгляд у их предводителя был ничем не лучше — он пытался нащупать меч, которого у него уже не было. Ничего не добившись, он попятился.

— Ты?.. Но ты же…

Половина не выдержала моего Взгляда и, оступаясь, кинулись наутек. Их товарищи нахмурились, но не сделали и шагу прочь.

— Кажется, за такого врага нам не жалко требовать и все золото мира, — фыркнул один из витязей и принялся заходить сбоку.

Осмелев, главный тоже хотел кинуться в атаку, но на него налетела какая-то желтая мокрая курица. Усевшись ему на голову, она прокричала:

— Кукареку! Царствуй, лежа на бо…

На этом крик застрял у петуха в глотке. Воины застыли как изваяния, словно некто отдал им безмолвный приказ.

Я оглянулся, уже зная, кого увижу. Как раз топот сошел на нет.

Из мрака на нас смотрела огромная морда, на манер бороды заросшая длинными щупальцами. Башка у великана была непропорционально огромной, а над плечами виднелась пара крыльев.

Его пустые глаза горели в темноте. И извергали УЖАС.

* * *

Аристарх заподозрил неладное еще в золотом дворце. Он вообще всегда была параноиком и, возможно, поэтому прожил такую долгую жизнь.

Вечер был веселый, да и компания довольно милая. Оксана пусть и была своевольной и приставучей, но умела очаровывать. Да и дурочкой она не была, учитывая, что интересовалась какими-то древними текстами, и вот она весь вечер…

— … И если провести ритуал правильно, то можно вызвать тридцать три витязя морских! И они исполнят любое твое желание! А еще…

…рассказывала ему о них, не замолкая. Аристарх слушал царевну краем уха — его интересовал царь, который, весь вечер просидев как на иголках, неожиданно куда-то пропал. Оксана тоже вышла, а вот вернулась вся в слезах.

Не успел он расспросить ее, как свет неожиданно погас, и к ним тут же кинулся какой-то тип с кинжалом. Удар сапогом в зубы успокоил нахала, а затем изо всех углов вылезли его дружки. А тут еще и шторм, и таинственный рев за окном, что повыбивал все стекла и покончил с таким неплохим банкетом. Когда в зал вошли вооруженные до зубов богатыри в золотой чешуе, Аристарх понял…

— Подстава! — крикнул один из кэшиктенов, а затем началась потеха.

Аристарх тоже хотел броситься в бой, однако повисшая на нем Оксана стала бы отличной мишенью.

— Хватай царевну и вали! — рыкнула Фатима и, вытащив из-под платья, два меча кинулась в общую свалку. — За Орду!

Аристарх не стал просить себя дважды. Закинув счастливую Оксану на плечо, он хотел было прорываться к выходу, но тут от стены отошла панель. Там показалась служанка.

— Оксана Павловна!

Он кинулся туда вместе с ней. Панель встала на место, и Аристарх увидел темный коридор и испуганную служанку со свечой. При виде него она вжалась в стену.

— Где Павел Гедиминович⁈

Но его повела Оксана. Служанка же, охая, побрела следом. Вскоре они были напротив очередной панели. Нажатием кнопки она отошла прочь, и Аристарх с Оксаной ступили в ее опочивальню.

Там их встретил царь. Увидев «тайджи» рука об руку со своей дочерью, он несказанно удивился:

— А