Вожатый из 90-х - 4 - Валерий Александрович Гуров

— Уверен, — отрезал инструктор. — Попадание чистое.

Наёмник повернул голову к Кириллу и буквально просверлил того взглядом. Смотрел, правда, недолго, в следующий момент его снова повело. Наёмник согнулся, выдохнул и пошёл к выходу. Руку, правда, поднял не сразу — держался за живот.

Синие проводили его взглядами, несколько растерянными. После первого выбывшего они ещё могли считать всё случайностью. Сейчас же, после второго подряд, это уже пахло закономерностью, причём запах наверняка был такой, что высокий за сеткой мог оценить.

Пашка медленно повернулся к Стасу.

— Слушай, а нас тут вообще в команду взяли или как декорации?

Стас поправил маску.

— Мы тут массовка, Паш.

Марат услышал и мрачно усмехнулся. Леон же стал ещё внимательнее к своим. Он видел то же самое, что и я: обычные синие перестали ощущать себя победителями. Они вдруг оказались игроками, которым никто заранее не объяснил настоящие правила.

Красные это тоже почувствовали.

Добрыня выше поднял маркер, Рыжий увереннее выглянул из-за укрытия, Даня сам проверил левый сектор…

— Раунд продолжается! — крикнул я. — Держать порядок!

Мне очень хотелось, чтобы пацаны поняли главное. Два чужих сбоя ещё не победа.

Третий наёмник уже двигался на фланге, пытаясь закрыть вновь образовавшуюся просадку. Четвёртый закрыл свой сектор. Безусловно, они ещё оставались опасными. Вот только мои пацаны уже перестали быть мишенями.

В целом они могли спокойно забирать раунд, но при условии, что красные снова начнут торопиться или зависнут на чужих ошибках.

Кирилл понял это тоже. Происходящее ему ни черта не нравилось. Лицо у него пошло пятнами, губы сжались в тонкую линию.

— Давите! — взвизгнул он.

Для него сейчас даже слабительное не требовалось, я был почти уверен, что живот этого урода и без того крутит от нервов.

Я же не смотрел на потуги Кирилла, потому что заметил, как у сетки появился один мой знакомый. Не скажу, что да — познакомились мы с ним минувшей ночью. СБэшник с котом, у нас не получился разговор. Он возник возле зоны персонала. Я прекрасно помнил слова Сергеича и понимал, что именно этот фрукт давил на мужика перед игрой.

СБэшник стоял у поля, большим пальцем что-то набирал в телефоне, а потом поднял глаза на Сергеича. Инструктор, понятное дело, его заметил. Сделал шаг в сторону, будто хотел занять позицию удобнее, хотя с точки зрения игры этот шаг ничего не давал.

Кирилл тоже увидел незваного гостя, и у него на лице вдруг появилась уверенность.

На поле мои красные пацаны продолжали держаться.

Да, в игре новый гость не участвовал. Но, во-первых, мог это сделать, а во-вторых, одно его присутствие конкретно так давило на судью. Давать ему возможность пользоваться преимуществом я не собирался.

Я отошёл на два шага к Элеоноре. Она стояла рядом с директором, с телефоном в руке.

— Эля, — шепнул я. — Вон того у сетки возьми в кадр. Пусть видит, что ты его снимаешь.

Физручка даже вопросов лишних не задала — подняла телефон выше, включила камеру. На экране теперь в одну линию попадали Кирилл, Сергеич и гость у зоны персонала. Отличная композиция, чёрт возьми.

— Так? — спросила Элеонора.

— Прекрасно, — подтвердил я. — Только директора краем захвати.

Директор услышал. Повернулся ко мне, а потом посмотрел туда, куда был направлен телефон Элеоноры. Его лицо едва заметно вытянулось — он тоже увидел гостя.

Тот, кстати, заметил телефон. Его большой палец замер над экраном, и он медленно убрал мобильник в карман, одновременно отойдя на пару шагов от сетки. Этот товарищ явно не хотел светить своим лицом в камеру.

Кирилл это тоже понял. Его взгляд метнулся к Элеоноре. Сергеич же вдохнул полной грудью и бросил на меня короткий взгляд.

Третий наёмник тем временем понял, что чисто тактически раунд уплывает в небытие. Двое его сокомандников вышли из игры. Четвёртый ещё держал дальнюю линию, но строй-то уже треснул. Обычные синие слушались хуже. Леон вообще начал играть по-своему, аккуратно, без особой оглядки на чужие приказы. Пашка с Маратом и Стасом держали свои зоны, но энтузиазма участвовать в чужом цирке у них заметно поубавилось. Хотя был ли он у этих пацанов вообще?

Третий меж тем поднялся за укрытием, дал короткую очередь по центру и крикнул Глебу:

— Ну что, здоровый? Сыкотно?

Пацану очень хотелось выскочить, зарядить очередь в наёмника и доказать, что ему не сыкотно. Проблема была в том, что наёмнику именно это и требовалось.

— Глеб! — отрезал я. — Центр держи, не ведись!

Глеб застыл, всё такой же напряжённый. Но через миг всё же принял решение остаться за укрытием.

Наёмник это услышал и усмехнулся.

— Послушный какой. Дома тапочки приносишь?

Глеб стиснул зубы так, что я почти услышал скрип через маску. Продавить его не вышло. Третий понял, что Глеба с первого раза не вытащить на себя, и переключился на Даню. Вот тут я напрягся уже сильнее.

— Слабое звено! — крикнул он. — Ты ещё здесь?

Даня услышал, вернее услышали все, но пацан мгновенно понял, что обращаются именно к нему.

Он стоял за низким щитом, где тактически место было лучше прежнего. После слов наёмника Даня замер, а маркер в его руке непонятно дрогнул. Голова чуть повернулась на голос…

Я уже собирался одёргивать его, но Рыжий сработал быстрее.

— Даня, не ведись на это! — крикнул он. — На меня изи.

Даня моргнул за стеклом маски.

— Куда?

— Ко мне!

— Там прострел!

— Я прикрою!

Рыжий высунулся ровно настолько, чтобы дать короткую очередь по сектору третьего, и тут же спрятался. По его укрытию хлопнуло в ответ. Даня тотчас сместился на ещё более выгодную позицию.

Однако чуть замешкался — я видел, как третий наёмник, ухмыляясь, хотел рвануть к нему и дать очередь. Но не вышло. Одновременно с этим в команде синих начался разлад. И начался он с Марата, который занял узкий проход между двумя щитами. Формально он всё делал правильно для синего игрока: держал сектор и перекрывал движение красных. Но именно этим он перекрыл третьему удобный рывок в спину Дане. Наёмнику пришлось бы обходить сектор по более широкой дуге, через простреливаемый коридор.

Третий это понял.

— Уйди с линии! — бросил он Марату.

— Я держу сектор, — возразил пацан.

— Я сказал, уйди!

— С хрена ли⁈

Марат не сдвинулся. Наглость пацана сейчас наконец работала в нужную сторону.

Третий резко остановился.

— Ты чё творишь? — прошипел он Марату.

— Играем, — ответил вместо него Леон.

Третий посмотрел на него. Я ожидал, что он сейчас сорвётся на Леона, но пацан держался так невозмутимо, что связываться с ним было тупо неудобно.

Третий снова