Центр притяжения - Оксана Кас

обжиралась этими сырками. В Москве они жили далеко от супермаркетов, а в Питере в ближайшем магазине девчонки-стилистки попросту выгребли все премиум-сырки и отправились «дегустировать» разные вкусы… В принципе, для большинства один сырок раз в пять-шесть часов не становится причиной дискомфорта, все же у многих непереносимость лактозы слабо выражена, но среди любителей десерта обнаружились и те, кто не мог потреблять лакомство без таблеток лактазы. Хару таких плохо понимал — какое-то издевательство над организмом.

Но для себя он сделал пометку — производство таких сырков можно когда-нибудь запустить в Корее… если кто-то не сделает это раньше.

В любом случае, в Москве у них было мало времени на развлечения. В первый же день они давали интервью для музыкального журнала. На английском, потому что всей группой. Потом поехали на место проведения концерта, шли стандартные приготовления. Так как версию концерта для малых площадок они будут показывать впервые, хотелось все проверить досконально — есть изменения в программе, нужно о них помнить, чтобы в решающий момент сделать все правильно.

Приготовления шли почти весь вечер, так что ничего посмотреть и не получилось бы. А на следующий день уже сам концерт, тоже не до экскурсий и гастрономических открытий.

Публика, конечно, была очень благодарной. И очень громкой. Сеульские концерты Black Thorn считаются очень шумными по меркам индустрии, ведь обычно на к-поп концертах публика ведет себя сдержанно. Сложно сказать, почему корейские фанаты Black Thorn предпочитают отрываться именно на их концертах, но так уж сложилось. Во время прошлого тура Хару не замечал колоссальной разницы в отклике публики в Сеуле и Бангкоке. Да, во втором случае криков было больше, но не настолько, чтобы называть корейцев слишком тихими.

Но в этом туре Хару немного иначе посмотрел на то, как фанаты разных стран реагируют на любимые песни. Уже в Австралии было заметно, насколько сильна может быть поддержка зала. Но в Москве… Иногда было даже сложно выступать — фанаты так громко подпевали, что не было слышно вокала группы. Но это все равно было очень воодушевляюще.

Хару говорил с публикой по-русски. Визгов от этого было, конечно… Он мало что сказал — поблагодарил, пару раз пошутил, но в основном общение шло на английском языке. Было как-то неудобно говорить с публикой по-русски, когда рядом стоят парни и не понимают ни слова. Вот Хару и разрывался. С одной стороны — понятно желание русских роуз, чтобы он говорил с ними по-русски. Это не самый популярный язык для иностранных исполнителей. С другой — не хотелось вычитать остальных парней из уравнения, где Black Thorn общаются с фанатами.

В сети потом, разумеется, разгорелись споры. Одни ныли, что Хару мог бы вообще все переводить на русский. Другие защищали его. Иностранцы даже обвиняли русских в том, что они многого требуют. После питерских концертов эти споры стали особенно громкими. Просто московские концерты маленькие, иностранцев немного. Но для стадионного выступления в Санкт-Петербурге приехало немало европейских роуз, для них болтовня Хару на русском — просто какая-то абракадабра. В общем, все было сложно с языками, знания Хару скорее стали причиной споров.

Московские концерты поразили всех отдачей публики, но график был составлен так, что на прогулки осталось совсем немного времени — понедельник до вечера.

Так Хару оказался в ресторане, отмеченном в путеводителе Мишлен, но не имеющем еще своей звезды. Это был ресторан классической русской кухни, но немного… особенный. Там, так сказать, заморачивались над приготовлением блюд.

Хару заказал столик в этом ресторане за несколько дней, в сети писали, что это хорошее место, где можно попробовать русские традиционные блюда, которые будут гарантированно вкусными. Сначала Хару вообще планировал искать какую-нибудь столовку с борщом и котлетами. Но решил дать шанс дорогому ресторану.

И не пожалел.

Пришли они всей группой, заняли большой стол в центре зала. В понедельник днем людей мало, в ресторане было тихо, играла ненавязчивая музыка, вкусно пахло свежим хлебом. Да, хлеб здесь пекли сами.

Порции не особо большие, но и не вариант подачи высокой кухни. Для Хару так было даже лучше — он смог съесть и закуски, и первое, и второе… десерт уже не влез, но компот он выпил. Меню не супер большое, но выбрать было из чего. Борщ Хару решил отложить на потом, заказал уху из трех видов рыб. На второе — томленые в печи говяжьи щечки с белыми грибами и гречневой кашей. Было много закусок, они подаются на весь стол, часть из них — комплимент от шеф-повара. Хару очень понравились маленькие бутерброды из черного хлеба с щучьей икрой. Хотя маринованные опята тоже были хороши. Сай и Ноа почему-то особенно оценили тарелку с соленьями. А вот холодец у всех вызвал сомнение, с удовольствием его ели только сам Хару, бесстрашный Тэюн и всеядный Шэнь. Остальные осторожно попробовали, но остались не в восторге.

Это не было той едой, которая когда-то была нормальной для Антона. Строгая технология приготовления, свежайшие продукты, мастерство повара. Их обед не был данью ностальгии. Но как же это было вкусно. Было очень обидно, что они уже уезжают и у Хару нет возможности попробовать все блюда из меню. Борщ у них наверняка тоже не самый простой. А солянка и рассольник? А осетр с белыми грибами? Уходить из ресторана было обидно, но съесть еще что-нибудь Хару все равно бы не смог.

С другой стороны — в Санкт-Петербурге ведь тоже должны быть хорошие рестораны русской кухни. Да и побудут они там подольше.

Кроме ресторана они успели сходить на Красную Площадь и прокатиться на метро. К удивлению самого Хару, метро почему-то очень интересовало Сая, который практически жаждал увидеть знаменитые шикарные станции. Пришлось гуглить, какие станции считаются лучшими, а потом минут пятнадцать разбираться, куда им идти, чтобы сесть на правильный поезд и доехать до нужной станции.

Радовало, что семеро корейских парней (десять, вообще-то, они ведь ходили с охраной) смогли более-менее свободно передвигаться по городу. В середине дня людей в метро было относительно немного, если кто их и узнал, то с просьбами не приставал. Уже на улице на них иногда показывали пальцем — узнавали. Но они шли так быстро, что даже русское бесстрашие не позволило фанаткам подойти за автографами.

Все еще было прохладно. Хару взял с собой кожаную куртку, поэтому не мерз, но все равно было как-то… зябко. Он ожидал похожей погоды в Санкт-Петербурге, но им повезло. Во вторник и среду, когда они могли позволить себе побродить