Проиграй мне, недотрога - Ульяна Николаевна Романова

— Колдун, выдохни и подумай головой. Я что, на первом свидании должна про бывшего рассказывать?

— Должна!

— У нас был замечательный пикник. Почему я должна была его портить своими проблемами?!

— Потому что ты со мной!

— И твоя девушка, да?

— Да!

— Но обозначил ты это, только когда я с Николаем и его мамой была! — Я даже пальцем ему в грудь ткнула.

Кажется, мы оба заводились. И оба перестали контролировать то, что вылетало из наших уст.

— Ты должна была прийти с этим ко мне!

— А я вот взяла и пошла с этим к юристу! Представляешь, какой конфуз? С бедой идти к специалисту. А ты бы что сделал? Морду набил и усугубил мое положение? Чтобы я снова к Шереметьеву поехала тебя вытаскивать? Ты ему хоть доплачиваешь за вредность?

— Янина, я тебе пацан, что ли? — процедил он. — Или кто я для тебя? Мальчик, чтобы провести время на крыше? Безмозглый идиот, который умеет только морды бить?

— Тихон, прекрати! Мы только начали, все было хорошо, я не хотела обнажать свои проблемы перед тобой!

— А перед Коляном?

— Ты… Знаешь что, я не собираюсь продолжать диалог в таком тоне! И оправдываться я тоже не буду! Я не совершила ничего предосудительного! И с Николаем у нас ничего нет и быть не может! Кроме дружбы.

— Янина, я кто для тебя? — проникновенно начал Тихон. — Пацан для развлечений? Твой личный аниматор? Кто? Я понять хочу! Ты меня вообще серьезно воспринимать не собираешься?

— Не передергивай! Почему мое желание оставить мои проблемы при себе тебя так задело? Из-за Николая? А если бы его не было, ты бы мимо прошел?

Тихон серел на глазах. Казалось, над его головой собирались грозовые тучи. Его ноздри яростно раздувались, выдавая, что Колдун в ярости.

— И не смотри на меня так громко, — потребовала я, топая ногой, — ты все переворачиваешь с ног на голову! У нас вчера все было нормально, а мужчины вообще не любят чужие проблемы.

— Ты у всех мужчин спросила? Провела исследование? Соцопросы проводила?

— Колдун, — взмолилась я, — прекрати! Я слишком стара…

Он резко выбросил руку, опустил ее на мою шею, наклонился очень низко, касаясь кончиком носа моего, и зло прошипел:

— Еще раз что-то про старость скажешь — пожалеешь. Я серьезно.

— Знаешь что? — окончательно сорвалась я. — Ты не будешь мной командовать, решать, что мне делать, и устраивать мне скандалы! Ясно? И да, я слишком стара…

Он не дал договорить. Мне просто закрыли рот поцелуем. Колдун рывком прижал меня к себе, так тесно, что лишил кислорода, землю из-под ног выбил. Да так, что у меня колени подогнулись и я обмякла в его руках, позволяя себя целовать. Стало жарко, голова кружилась, а Колдун, не почувствовав сопротивления, распалялся все сильнее.

Его руки сильно сжимали мою талию, заставляя мое тело пылать. И радостно отвечать, не спрашивая мнения у слишком думающей головы.

Колдун тихо застонал мне в губы, зарылся пальцами в волосы и вдруг стал целовать медленно, словно смакуя. Разбег от страсти до нежности был менее одной секунды. Я смяла в ладони его футболку на груди и пыталась заставить себя это прекратить.

А Тихон, словно прочитав мои мысли, разорвал поцелуй и прошептал мне в губы:

— Определись, кошка, кто я для тебя. В какую игру мы играем? Вместе мы или нет? Время у тебя до послезавтра.

Я не сразу поняла, что он от меня хотел. Меня все еще трясло, тело само льнуло к нему — теснее, ближе. Иррациональное чувство безопасности накрыло с головой. Неправильное. Потому что я так и не поняла, кто он. Какой он на самом деле. И названия у нашей игры не было, и правил тоже не было.

— И что будет, если я не захочу это продолжать и скажу «нет», — зачем-то уточнила я. — Ты исчезнешь?

Тихон, обнимая меня одной рукой, осторожно заправил мне прядь волос за ухо, хмыкнул, сверкнул глазами и почти невесомо поцеловал меня в нос.

— Послезавтра, — напомнил он.

Погладил большим пальцем мою щеку, подмигнул и…

— До встречи, бунтарка!

И с явной неохотой ушел.

Вот просто взял и ушел, оставляя наедине со своими мыслями! Четко показывая, что правила наших отношений диктует он!

И только когда я смогла отдышаться и убедить себя перестать так дрожать, подумала о том, что Тихон снова радостно пошел нарываться на неприятности!

Дрожащими руками достала мобильный и позвонила ему. Думала, не ответит, но он взял трубку после первого же гудка:

— Да.

— Надеюсь, ты не натворишь глупостей и ушел куда угодно, только не искать моего бывшего? — сразу же поинтересовалась я.

— Понимаешь, Янина, я бы объяснил, куда я пошел, с кем и что я там буду делать, но ты не определилась, моя ты или нет. Своей скажу, а перед чужими я не отчитываюсь.

Засранец!

— Колдун, не лезь, пожалуйста, в мои проблемы, ладно? Не усугубляй, очень прошу, — взмолилась я.

— Ладно, — легко ответил он.

— Точно?

— Точно, — ровно согласился Тихон, — больше ничего мне сказать не хочешь?

— Послезавтра скажу, — ехидно решила я.

— Я буду скучать, кошка. Очень, — хрипло и очень серьезно признался он.

— Я… — начала я и осеклась.

Говорить ему, что и я тоже буду, я не стала. И о том, что мои чувства к нему становились все сильнее с каждой встречей, — тоже.

— Ты, — подначил Колдун.

— Будь осторожен на работе, ладно? — попросила я.

— Моя-я-я, — довольно протянул он.

Боже… Ну зачем я это сказала?

— Помни, что ты мне обещал, — кажется, я покраснела.

— Обещал — сделаю. До встречи, кошка.

— Пока, — пробурчала я и отключилась.

Постояла еще пару минут, собирая мысли в кучу, и через силу побрела домой, молясь, чтобы Колдун сделал все так, как обещал…

Глава 29. Тихон

Эта женщина не собиралась воспринимать меня серьезно! Совсем!

Она что, до сих пор думает, что я тут в игры играю?

Я шел мимо зеркальной витрины, обернулся, посмотрел на себя и попытался скривиться, но дальше уже было некуда. Кошка умела прокатить на эмоциональных качелях, как ни одна до нее.

Возможно, я сошел с ума. Помешался на одной конкретной белокурой бунтарке с ярко выраженными симптомами брачного ПТСР. И да, я сам виноват, но это не повод вот так вероломно, за моей спиной, с Коляном решать свои проблемы!

Бунтарка сопротивлялась моему напору всей душой, но не телом. Вот тело ее как раз сразу отреагировало на меня. И это не в первый раз! Прошлый наш