Развод. Как можно такое простить? - Елена Владимировна Попова

— В целях безопасности вам тоже пока не следует звонить дочери, — говорит Денис.

— Она с отцом? — с тревогой спрашивает Вера.

— Да, — отвечаю я, и замечаю, как ее лицо становится каменным.

— Это он сделал, — хрипло изрекает. — Он бросил меня в этот ад.

В мое сердце нож вонзается после этих слов. Я до последнего надеялась, что к этому причастен отец Ильи. Что он таким образом избавился от неугодной невестки, которая мешала ему полностью завладеть бизнесом. Но я ошиблась... Все эти годы рядом со мной находился самый настоящий зверь. Он жил, ни в чем себе не отказывая, в то время как его жена, мать его ребенка, горела в аду.

Я всегда знала, что Илья и его отец жадные до денег, что гребут под себя все, что только можно, но никак не думала, что ради наживы они способны на такие ужасные нечеловеческие поступки.

— Это Вологда? — глядя в окно, спрашивает Вера.

— Да, мы уже в городе.

Она смотрит на здания, которые были построены не так давно, устремляет взгляд вдаль, где виднеется мост, который появился в Вологде лет пять назад.

— Все изменилось... — шепчет едва слышно. — Я уезжала совершенно из другого города.

— Может, сразу поедем в медицинский центр? — спрашивает Денис. — Вер, как вы себя чувствуете сейчас? Вам нужно будет пройти обследование. Я уже договорился с частной клиникой, где работает мой надежный товарищ.

— Больше всего мне сейчас не хочется ехать в клинику, — горько усмехается. — Думаю, еще долго не захочется. Теперь предпочитаю обходить их стороной. А за меня не переживайте, я в порядке.

Я очень рада, что она сейчас в здравом уме. И не могу понять, как ей удалось его сохранить за столько лет. А ведь охранник Константин описывал мне ужасную картину: он видел, как Веру однажды вели на процедуру, и, по его словам, она была не похожа на саму себя. Все это время перед моими глазами стоял образ женщины, которая живет в своем мире, и не понимает, что происходит вокруг. Я уже настроилась на то, что ей придется пройти длительное лечение, долго восстанавливаться. Однако, передо мной сидит вполне вменяемая женщина. Правда‚ она сильно истощена.

Выходим из машины, Денис провожает нас до квартиры, и перед тем, как уйти, тихо произносит:

— Ты молодец, Алин. Благодаря тебе она сейчас здесь, а не... — глубоко вздыхает.

— В общем, ты понимаешь, где бы она и другие жертвы сейчас находились.

— Это тебе спасибо за оперативную помощь, — внезапно стали разговаривать с ним на «ты». — Твои люди успели вовремя. Страшно подумать, что могло произойти, если бы мы приехали несколькими минутами позже.

— Я оставлю вас. Поеду к следователю, чтобы лично все проконтролировать. А ты пока побудь с ней. Вам есть что обсудить.

Закрываю за ним дверь, иду в комнату, беру чистую одежду, полотенце, тапки, и несу все это в ванную комнату.

— Вы можете принять душ, пока я готовлю обед. Вещи лежат на стиральной машинке.

Вера с благодарностью смотрит на меня.

— Спасибо. Вы очень добры.

Разогреваю еду, пытаюсь держать себя в руках, но эмоции бьют ключом. Слезы текут и текут по щекам. Все еще не верится, что Вера сейчас находится у меня. Что нам удалось спасти ее, и буквально в последний момент уберечь от смерти. Мокрыми глазами смотрю на экран, на котором светится: «Крис». Быстро вытираю рукавом слезы и прижимаю телефон к уху.

— Привет, родная! Как у тебя дела?

— Привет, мамуль! Все отлично. Как там дедушка? Ездила к нему?

— Я вчера у него была. Ему уже гораздо лучше. Рвется домой, но врачи пока не отпускают.

— Конечно, пусть до конца долечивается. Ты долго еще будешь в Вологде?

— Завтра мне нужно сделать кое-какие дела, поэтому, думаю, послезавтра утром поеду домой.

— Отец весь дом перевернул, — вздыхает Крис. — Видимо, что-то искал. Все коробки в коридоре стоят открытые.

Как хорошо, что деньги я увезла с собой и спрятала в квартире отца. Уж здесь он их точно не сможет найти.

— Он ходит злой, как собака, — усмехается Крис. — Я стараюсь вообще не контактировать с ним. Слава богу, дома почти не появляется. Только на обед заскочил и уехал сразу.

Пусть еще немного погуляет на воле, пусть. Скоро вместо вкусных обедов у него будет каша с тараканами, а небо станет в клеточку.

— Алина, можно вас? — доносится из ванной комнаты голос Веры.

— Мам, ты не одна что ли? — удивленно спрашивает Крис.

А я даже ответить ей не могу. Я с её мамой. Живой. Она сейчас рядом со мной. Как представлю их предстоящую встречу, так мурашки бегут по всему телу. Такие новости по телефону не сообщают. Я хочу быть рядом с Кристиной в такой важный и душераздирающий момент, чтобы поддержать ее. Тем более Крис сейчас находится рядом с Ильей, который ничего не должен подозревать, иначе точно сбежит из России. Поэтому нужно еще немного подождать. Встреча Кристины с Верой состоится, как только мы приедем в Москву.

— Соседка зашла, — вру я. — Мне пора бежать. Я тебе чуть позже наберу, ладно?

— Хорошо. А я пока буду готовиться к изложению, — вздыхает дочь.

— Вера, вы звали? — спрашиваю, подойдя к ванной комнате.

— Можно воспользоваться шампунем?

— Да, конечно. Берите все, что вам понадобится.

Возвращаюсь на кухню, ставлю на стол тарелки с едой, блюдо с пирогами, которые вчера испекла, чтобы отвезти отцу в больницу‚ затем завариваю крепкий чай, и в этот момент Вера выходит из ванной.

— Садитесь за стол, — приглашаю ее.

Она подходит к столу, смотрит на пюре с рыбным стейком, берет пирог с клубничным джемом, подносит его к носу и прикрывает глаза.

— Я отвыкла от такой еды. И от запаха выпечки тоже давно отвыкла... — шепчет она.

Садится за стол, но перед тем, как преступить к еде, спрашивает:

— Что вы знаете о моей дочери? Прошу, расскажите мне о ней. Как она росла без меня все эти годы? Все это время они жили вдвоем с Ильей? Он больше не женился?

— Женился, — пристально смотрю