Жажда бессмертия. Том 6 - Морфиус

Десятки пауков уже заскользили вокруг Нелл, растекаясь по комнате, вокруг старых агрегатов, назначение которых я понять не мог. А потому просто не позволял взгляду утонуть в этих переплетениях конструкций, символов и иероглифов, хотя большая часть символов и была на Неттоне.

— Он там! — Передала мне Нелл картинку, пока что смутную, так что я не стал в нее вглядываться, вместо этого шагнул дальше, выходя из-за последнего ряда агрегатов и получая обзор на это… На источник того давления, что раскатывалось по всему этому залу…

Я уже был под просветлением, не рискуя пренебрегать ничем. А потому, совершая следующие шаги, смог во всех подробностях рассмотреть все здесь находящееся.

Ци клубилась такими мощными потоками, что обычный человек, наверное бы, здесь умер. По полу стелились сотни кабелей, слабо мерцающих энергией и сходящихся в единой точке. На огромном постаменте, словно выплавленном из куска желтого металла. Пара метров в диаметре, метр в высоту… И на нем, в сиянии потоков ци парил…

Человеческий череп, тоже отлитый из металла. Хотя и отличий хватало, как в размерах, что были слишком уж массивными, подходя скорее гигантам в три метра ростом, так и чертами. Но в своей основе это был череп. Разглядеть его удалось лишь с трудом, из-за постоянного мельтешения энергий, что скрывали его за своими протуберанцами, пылающими, искрящимися тремя уже такими знакомыми концептами. Жестким порядком, отдающим чем-то таким… Похожим на свет, на холод, на смерть… Я не мог подобрать четких аналогий своим ощущениям. Металлом, что был невероятно тверд и плотен. И пожиранием.

Глазницы черепа сияли. Да и никакого сомнения в том, что именно он был тут действующим лицом, именно его слова я и слышал, не было. Особенно с учетом того, что вокруг черепа, плотной сеткой, застыли кристаллы небесного закона. Капли силы, осколки просветления, капли стихий, пожирания, воздуха… И я уже знал, откуда они у него были. Ведь рядом с постаментом валялись человеческие тела. Немного. Лишь те четверо, что были убиты в том первом рейде. Да и это я скорее угадал, нежели чем увидел, ведь от тел мало что осталось. Обгорелые куски плоти, постепенно превращающиеся в уголь… Лишь кости, где и располагались звезды, могли дольше сопротивляться местному обжигающему энергетическому фону. И несколько костей располагались на постаменте, рядом с металлическим черепом.

Мы сделали еще один шаг. Потом еще. И остановились, не рискуя приближаться к этой хрени ближе. И только после этого, словно бы поняв, что больше мы приближаться не желаем, глаза черепушки вспыхнули ярче, вместе с опускаемым на нас давлением.

— Младшие… Вас не учили законам этикета? Не учили быть почтительными к силе, что превосходит вас на порядок? — Трещащие слова прокатывались раскатами грома, пока энергия вокруг уплотнилась, начав продавливать покров. Причем продавливать так быстро и так агрессивно, что уже через мгновение я будто бы и лишился защиты, ощутив на себе всю ту обжигающую мощь. Пожалуй, теперь я сам ощутил то, чем давил на других. Оказавшись почти в таком же положении, как и та женщина, что пыталась пнуть Бориса.

Чужая ци затопила меня волной обжигающей кислоты. Обожгла мышцы, заставляя их расслабиться, чтобы я рухнул на пол, сдавливая легкие и не давая вздохнуть, ведь даже воздух вокруг меня и даже в моих легких стал ядовитым от чужой ци. Чужих концептов. Даже думать стало труднее. А вокруг нас начали лопаться и умирать духовные пауки, как будто они были лишь зернышками попкорна на сковороде.

— Младшие обязаны поклониться этому старшему! — пришла еще одна волна силы, словно очередная волна.

И я чуть склонил голову, теряя контроль над раненой ногой и немного приседая на правой. Однако я все же не упал. Не распластался на полу, сумев сохранить стоячее положение и продолжая в просветлении обдумывать ситуацию. Откровенно дерьмовую, надо сказать, учитывая, как меня сдавило. И бушующие внутри эмоции, страх, преклонение перед силой, начали пробиваться даже сквозь просветление. Но все же это был не конец.

— Младшие приветствуют старшего, но разве нужно выказывать уважение врагу? — Прохрипел я, заставляя звук вырваться наружу и на мгновение пересилить чужую мощь сразу трех концептов. Концептов, что вряд ли принадлежали этапу ощутившего(2). Познавший(3)? Скорее всего. Будь его концепты ещё мощнее, я бы уже не смог сдерживать чуждую ци на границе своего тела, выстраивая это шаткое равновесие. Меня бы тогда не просто сдавило, и не просто впечатало бы в пол, а вовсе раздавило бы в кашу.

— Врагу? — В голосе черепа эмоции было сложно разобрать. Но сейчас там появилось что-то похожее на удивление.

— Такие букашки как вы, пока мне не враги. Но только от ваших действий зависит, решит ли этот старший вас уничтожить, или он сделает вас полезными инструментами, даровав знания, возвышения, возможности…

Давление чуть спало, и в этот момент я все же смог применить небесное познание, что словно пробилось сквозь пелену энергии, мерцающей вокруг черепа.

Голем (неизвестный тип) (этап: конденсация ядра) (насыщенность силой: ничтожная) Содержит в себе сродство с концептами порядка, металла и пожирания.

И вот тут мне стало реально плохо. Второй этап? Ядро? Не будь я под просветлением, то мог бы утонуть в панике. Ведь это был первый противник, кроме разве что тени, что обладал подобным уровнем силы. Чудовищным уровнем, учитывая, что он должен был превосходить всех виденных мной тварей и адептов на порядок. Или нет? Ничтожный уровень насыщенности энергией. Он просто в начале этапа, или ослабел тут? А может череп лишь его небольшая часть, а остальное тело утеряно?

Да и его слова… Снова попытка договориться. А со слабыми, которых ты можешь перемолоть в пыль, не договариваются. Значит, ему что-то нужно. Вопрос только что. Старик в Краснодаре пытался со мной договориться, потому что я мог сбежать в портал в любое мгновение. Здесь же…

Здесь же у меня тоже были подозрения, что мы можем просто уйти. Сможет ли этот череп нас догонять, учитывая, что он парит над постаментом, к которому сводятся столько кабелей, словно к трону. К трону, на котором восседает давно уже труп, как в одной древней фантастике.

— Хочешь сказать, это тебя не убьет? — Прошипела, пропела Нелл, которой тоже стало дурно, она припала на пол всеми шестью конечностями, но теперь подняла посох огня, направляя