Феодал. Том 8 - Илья Рэд

Отличное приобретение (III поколение, 18 штук) — этого хватит для проверки не то что баронской — императорской кухни. Впрочем, у нас ещё будет шанс их добрать в будущих экспедициях. Судя по всему, для вымерших людей III и IV поколения артефактов были в порядке вещей. Их цивилизации мощно развились, раз могли себе такое позволить в рубежных городах.

— А это для чего?

Последним в моей ревизии трофеев был кубик кожи. С первого взгляда походил на обычную игрушку, но когда Пелагея рассказала о его функциях, я кардинально поменял своё мнение.

— Моё любимое, симбионт-компаньон. Подселяется на кожу, — она закатала рукав и сбросила на предплечье артефакт.

Вместо отскока и падения на пол он присосался, моментально подстраиваясь под пигментацию хозяйки. В творческом порыве даже родинку добавил.

— Смотрится противно, — заметил я, девушка с этим наростом выглядела как больная опухолью.

— Не обижай моего Бульку! — возмутилась она. — Он полезный. Ты в курсе, что симбионт встраивается вплоть до сосудов? Становится частью кровеносной системы, а это, я тебе скажу, прямой путь ко всяким интересностям.

— Удиви.

Она картинно прошлась к лабораторной полке и вернулась, не глядя достав из коробки готовый шарик стяженя, а также баночку с порошком.

— Тебе чтобы вылечиться, надо его прожевать, а мой малютка будет хранить в себе запас, сколько потребуется. При этом никаких излишков — рассчитает дозу до грамма, смотри.

Я дёрнулся, когда эта ненормальная выгнала себе в руку нож. Чуть стол не опрокинул.

— Видишь? — она провернула лезвие, показывая на моментально затягивающиеся края раны. — Неприятно да, но я попросила его работать на максимум, не экономить. Малыш, а ну-ка, покажи дяде, сколько осталось?

Кусок кожи сформировал чашу — на её дне я увидел песчинки порошка. Попробовав таким образом загрузить в себя на хранение стяжень, я обнаружил, что проверка количества вовсе не нужна. Кожный симбионт через нервную систему докладывал об инородном объекте прямо в мозг! Я всегда знал, сколько и что на себе ношу.

Первая же мысль — запечатать порцию анимы!

— В нём и предметы можно переносить скрытно, а ещё это «заплатка» на раны, щуп, — после её дифирамбов симбионт вытянулся в отросток, как если бы рука Пелагеи была стволом, а он тоненькой веточкой. — Ей можно управлять, но, уф, затратно, лучше так не делать без аккума. Чем сложнее элемент, тем больше он жрёт магических сил. В общем, мой фаворит среди всех функций — это ношение в себе жидкостей и порошков. Идеально, если отравить кого надо, бг-г, — её глаза так зловеще блеснули, что я всерьёз задумался забрать с собой одно из тех чудо-блюд.

— Осталось только выяснить для чего белый ключ, — сказал я, когда к нам зашёл Александр.

— О, явился не запылился. Покажи ему, — попросила Пелагея, и Чечевичкин продемонстрировал два новеньких пальца, которых ему так не хватало после несчастного случая со взрывом аккума.

— Поздравляю, — кивнул я.

— Благодарю, их можно и больше налепить. Я сейчас осваиваю шестипалость, а Пелагея вон, — показал он на девушку.

— Как я вам? — Кох подбоченилась, демонстрируя лоб с торчащим из него пальцем. — Погодите, у меня очки запылились, ничего не вижу, — она схватила фалангой перемычку оправы и приподняла вверх. — О, я прозрела!

— И за это я плачу свои кровные, — вздохнул я, порой эти двое страдали откровенной ерундой, прикрываясь пользой для науки.

«Чем бы дитя ни тешилось».

Но, стоит отметить, задачу свою они выполнили — распознали почти все трофеи, ещё и накидали интересные способы их применения, так что ругаться я не стал. Белый ключ они пообещали ещё поковырять, но честно признались — без помощи Гио рассчитывать не на что. Требовался опытный артефактор. К тому же оба естествоиспытателя сейчас заняты своими проектами.

«Марбас, что же с тобой делать?»

Рано или поздно в «Чёрный-4» придётся вернуться через официальный вход. Вечно тянуть не смогу, а решать проблему надо. Без подготовки этот некромант размотает нас в чистом поле как детей: подавляющая физическая и магическая мощь вкупе с размерами делали из него гремучую смесь. Нужно разработать тактику убийства и испытать обновки.

Если так подумать, ему по силам разрушить колонию. От обычной магии Марбасу ноль урона, а от священной — лёгкие ранения. Физические повреждения быстро заживают. Один его влёт за стены крепости похоронит защитников.

«Какая-то мистика», — я тряхнул головой, отгоняя мрачные мысли. — «Ерунда, любого можно убить, просто к данному монстру подойдём с особым тщанием. Потренируемся для начала на его младших братьях».

Поэтому я объявил сезон охоты в «Красном-34». У нас в наличии восемь священных посохов, Святослава с её плавящим заклинанием-ловушкой, а также почти бесконечные запасы магической энергии — низшей нежити пора запасаться таблетками от болей в области всего тела.

Глава 14

Теперь я точно дома

«Жёлтый-6», зелёная сторона, Потап Новиков.

Томофока зевнула с подрыкиванием, демонстрируя ряд грозных клыков. Ирбис разлеглась в тенёчке после обильной трапезы и переваривала дичь. Её оттопырившееся пузо мелко-мелко тряслось от частого дыхания, а морда светилась спокойствием. На двое-трое суток этого хватит. После долгого снежного перехода с грузом на спине её ждал заслуженный отдых.

Потап не был против такого расклада, убрал свою трапезу обратно в сумку и стряхнул крошки с новенькой походной одежды. Перед этой миссией Черноярский обеспечил его всем необходимым. Маг с удовольствием расстался с драными обносками, в которых восемь месяцев бродил по диким землям — кожа от них ужасно чесалась и от одежды там одно только название. Кое-как срезанную шкуру маммотума он тоже сдал, но взамен получил идеально сшитый полушубок из такого же материала. Красота!

Труп гигантского восьмиметрового оленя валялся сейчас в нескольких километрах от них. Томофока довольствовалась лишь сердцем, печенью и потрохами — остальное досталось двуглавым псам. Стайные падальщики за сутки обглодают дичь до костей, а потом подойдёт очередь стервятников. На зелёной стороне ни один кусочек пищи не остаётся бесхозным — природа накормит всех.

— Я ухожу, возвращайся, как проголодаешься, — бросил на прощание Потап.

Кошка лениво на него глянула и положила голову на лапы, наслаждаясь тёплым ветерком. День был просто замечательным, как и все на зелёной стороне. Смесь вечного лета и весны. Может показаться раем, но есть нюансы: опасность пряталась на каждом шагу, зачастую приятная с виду — прислонишься не к тому дереву и будешь сожран, переварен заживо, парализованный охотничьим ядом.

Растения тоже хотят кушать.

Первые дни здесь для Потапа превратились в сплошной кошмар. Маммотумы после короткого сезона спаривания и кормления поспешили убраться обратно на зимнюю