Жена злодея - Виктория Рогозина

Я кивнул в ответ, и князь нехотя отступил, покинув зал, оставляя нас с Антарес наедине.

— Ты не обязан откладывать из-за меня свои встречи, — тихо сказала Антарес, когда дверь за Долматом закрылась. – Я пойму, если тебе нужно…

— Не волнуйся, душа моя. Всё под контролем, — ответил я, наклонившись к ней ближе. — Никакие князья не смогут нарушить наш покой. Все они и весь мир может подождать.

Она кивнула, хотя её глаза всё ещё отражали тревогу. Но я знал, что вместе с Антарес, ради нее и нашего общего будущего, я справлюсь с любыми сложностями.

Мы сели за стол, и тишина повисла на мгновение, пока ведьма смотрела на меня, словно взвешивая мои слова. Я вообще заметил, что она всегда анализирует сказанное и сделанное мной.

— Что вообще происходит, Лука? — наконец спросила она, аккуратно отодвигая бокал с вином. — Всё кажется таким хаотичным. Я знаю, что это не просто совпадения.

Я задумался, прокручивая в голове последние события. Мир вокруг менялся слишком быстро. Лукоморье частично переместилось в Эрнейл, искать себе покровительства у меня. Князь Долмат настойчиво требовал власти, пытаясь найти способ утвердиться в моем княжестве. Белгородье было разрушено до основания, словно предвестник будущих бедствий. И теперь Кощей направил свои силы к острову Буян, веря, что он падет без особого сопротивления. Собственно, он и падет – тут даже сомнений нет. Думаю, Гвидон просто вскинет кверху лапки и сдастся. Не могу его осуждать за это, но я терпеть не могу глупость – остров давно можно было укрепить до основания и тогда к нему невозможно было бы подступиться. Почему-то мне захотелось внезапно обладать Буяном. Я представил, как построим мосты, сделаем целый остров, посвященный науке. Стоило бы подумать основательно над этим.

Антарес внимательно слушала, не перебивая меня, и её спокойствие каким-то образом помогало мне не поддаваться напряжению. Я закончил свой рассказ, свои мысли, которым делился вслух и, вздохнув, встретил её взгляд.

— Мир на грани войны, Антарес, — произнёс я, ощущая тяжесть в своих словах. — Всё движется к тому, что скоро никто не сможет избежать этой катастрофы. Нам также придется взяться за оружие, но уже всем вместе. К сожалению, хоть у нас есть маги, тайными знаниями они не владеют и это достаточно слабая защита от Кощея.

Она кивнула, словно размышляя над каждым моим словом. Потом неожиданно её взгляд стал более сосредоточенным, как будто она приняла важное решение.

— У меня есть одна просьба, Лука, — начала она медленно, словно каждое слово давалось ей нелегко.

— Что угодно, душа моя, — ответил я, не задумываясь. Ради неё я был готов на всё. Вообще на все.

— Останови войну, — тихо, но решительно произнесла она, глядя мне прямо в глаза.

Я замер, осознавая всю серьёзность её просьбы. Остановить войну? Это было практически невозможно в нынешней ситуации или же... Все силы были задействованы, игра уже началась, и никто не собирался отступать. Но в её взгляде было что-то, что заставило меня задуматься.

— Ты понимаешь, что это будет очень непросто? — медленно спросил я, изучая её лицо.

— Я знаю, — ответила Антарес, её голос был полон твёрдой решимости. — Но если ты действительно можешь сделать всё ради меня, Лука, сделай это. Останови этот беспорядок, пока ещё не поздно.

Её просьба, казалось, прорезала меня насквозь, как острый кинжал входит в масло. Я был правителем, воином, магом, ведуном, но перед этой женщиной я чувствовал себя... иначе. Её слова касались чего-то большего, чем просто власти и войны.

— Я подумаю, как это сделать, — сказал я, медленно кивнув. — Для тебя, Антарес, я готов попробовать. Клянусь, что исполню твою просьбу.

Глава 36. Кощей Бессмертный

Глава 36. Кощей Бессмертный

Не всяк ветер бурей обернется,

яко и не всякая тьма злом станет:

в испытании терпение обретается, а в тишине — сила.

Мощные корабли Кощея Бессмертного, темные и грозные, бесшумно скользили по воде, приближаясь к острову Буян. Вода под ними словно темнела от тени их огромных парусов, нагнетаемых черным ветром, который не переставал дуть, сопровождая это войско на протяжении всего пути.

Остров был виден уже невооруженным глазом, и всё казалось удивительно тихим. Никаких признаков сопротивления. Песчаные берега Буяна, омываемые мягкими волнами, выглядели мирно, словно не подозревая о надвигающейся угрозе. Высокие деревья стояли неподвижно, их кроны не колыхались на ветру, словно природа сама застыла в ожидании чего-то неизбежного.

На флагмане, стоя на носу корабля, Кощей Бессмертный пристально всматривался в очертания острова, его губы изогнулись в лёгкой усмешке. Отсутствие сопротивления укрепляло его уверенность в победе. Он уже видел, как черные тени его войска окутывают остров, ломая его слабую защиту, и вздымают свои знамёна над поверженными врагами.

Море было удивительно спокойным. Ни единого судна на горизонте, ни одного дозорного или защитника, способного предупредить жителей о надвигающейся угрозе. Для Кощея это было слишком лёгкой задачей. Его флотилия, грозная и неумолимая, направлялась к берегу, как огромная стая ворон, несущая гибель и разрушение.

— Скоро этот остров станет лишь очередной ступенью к полной власти, — прошептал Темный Властелин, его глаза полыхнули тёмным огнём. Он чувствовал приближение своей победы.

Остров Буян пал так же тихо, как и ожидал Кощей. Ни одного удара меча, ни одного выстрела стрелы — всё произошло с пугающей лёгкостью. Грозные корабли Кощея причалили к берегу, и его войска спокойно высадились на остров. Сопротивления не было.

Праздная жизнь на Буяне обернулась крахом. Жители, привыкшие к беспечности и роскоши, были застигнуты врасплох. Гвидон, привыкший видеть в Буяне свою неприступную крепость, стоял перед Кощеем, опустив голову в знак поражения. Его праздники, танцы и пиршества, которые совсем недавно ещё наполняли остров весельем и смехом, закончились с оглушительной тишиной.

— Ты даже не попытался защитить свой остров, — усмехнулся Кощей, глядя на поверженного князя. — Неужели ты думал, что тебя не коснётся моя рука?

Гвидон не нашёл в себе слов. Он знал, что сопротивляться сейчас бесполезно. Всё, что было выстроено годами — его власть, его авторитет, его жизнь на Буяне — рухнуло в один миг.

— Что ж, — продолжал Кощей с холодным довольством в голосе. — Теперь остров Буян принадлежит мне. А ты, Гвидон, отправишься в мои земли... как пленник. Там тебя ждёт новая жизнь. Или, возможно, её конец.

Царь