Поймать ускользающую. Неуловимая попаданка для Мастера - Екатерина Сергеевна Богданова

— А когда придёт, что с ней будет? — спросил Дилан.

Ответ я не смогла разобрать, потому что дверь закрылась и голоса стали приглушёнными. Но сомневаюсь, что Эссирот сказал что-то вроде «Сделает, что мне нужно, и отпущу на все четыре стороны». Нет, я не питала иллюзий. Если Рассел не сумеет вовремя меня вызволить, живой я из этой лаборатории не выйду. Но он успеет! Иначе просто не может быть, это же Мастер Рассел Стоун, он всё может.

Когда дверь вновь открылась, я ожидала увидеть Эссирота с очередной порцией белой дряни, но это оказался Дилан. Он скользнул в комнату, прикрыл за собой дверь, подошёл к кровати и добродушно улыбнулся.

— Вы поможете мне? — шёпотом спросила я.

Мужчина нахмурился, поджал губы и пожал плечами. Ему явно стало как-то не по себе, но это быстро прошло. Красивые, чётко очерченные губы опять растянулись в улыбке, голубые глаза стали безразличными, а голос и вовсе беспечным.

— Прости, малышка, но мои планы изменились, — развёл он руками. — Ничего личного. И Стоун пообещал содействие в продвижении по карьере, но, понимаешь, если я получу такую же силу, какую Эссирот когда-то дал ему, всего добьюсь сам. Ты мне нравишься, честно. Милая мордашка и магический фон приятный, пил бы и пил. Но такие возможности, какие предлагает Эссирот, на дороге не валяются. У меня свои резоны. Я должен всего добиться сам и доказать Кассиди, что не хуже Стоуна. Тут каждый сам за себя. Сама понимаешь…

И он сграбастал со стола заколку Кэр!

— Нет, — прошептала я, с ужасом понимая, что это всё, конец.

— Ну чего тут непонятного? — неожиданно разозлился Дилан. — Не я твой враг, моей вины ни в чём нет. Сама попалась, нечего теперь так на меня смотреть.

И он быстро вышел из комнаты, так же тихо прикрыв за собой дверь. Но прежде чем она закрылась, я услышала растерянный голос Никалауса.

— Ты ещё здесь? — спросил он. — Убирайся, не отвлекай меня от работы!

По моим щекам потекли слёзы. Этого просто не может быть. Как же так? Рассел сказал, что придёт тот, кто поможет найти путь ко мне, а вышло… Дилан предал Мастера и затеял свою игру. Продал мою жизнь в обмен на силу! Как же больно и страшно. Рассел не сможет найти эту треклятую лабораторию, не придёт вовремя и Эссирот… просто убьёт меня. Я была уверена, что не переживу того, что уготовил мне этот бессмертный безумец.

Кажется, у меня началась истерика. Я лежала и ревела, как последняя истеричка. Всхлипы мешали дышать и сотрясали всё тело. И, видимо, это отвлекло Никалауса от его опытов с кровью Рассела.

— И как это понимать? — возмущённо воскликнул маг, ворвавшись в комнату.

Сначала он увидел разбитую колбу и белую лужу, которые не заметил в прошлый раз, когда заходил с Диланом. Тогда он явно был слишком взволнован, чтобы обращать внимание на такие мелочи. Сейчас ж, узрев беспорядок, Эссирот не на шутку разозлился, но как только увидел, в каком я состоянии, тут же перестал ругаться и засуетился.

Притащил ещё одну порцию белого пойла, начал уговаривать меня успокоиться, даже ласково погладил по голове, заверяя, что всё будет хорошо, мне совершенно не о чем беспокоиться, а истерика вообще недопустима, потому что это ослабляет мою энергетическую оболочку, которая просто бесценна. Заставил выпить на этот раз безвкусную жидкость, пообещал, что в следующий раз даст кое-что вкусненькое и опять отправил в сон прикосновением ко лбу.

* * *

Рассел Стоун

Изматывающие поиски день за днём не давали никаких результатов.

Столько лет я пытался найти Никалауса Эссирота, того самого мага, который несколько лет продержал меня, тогда ещё глупого мальчишку, в плену. Со временем годы заточения почти стёрлись из памяти, остались только неясные образы, иногда приходящие в беспокойных снах. И я отказался от поисков, решив, что Эссирот всё же умер.

Прошло много времени, прежде чем я осознал, что делал со мной этот безумный гений. День за днём, на протяжении нескольких лет, он менял мою магию, каким-то образом усиливал её для каких-то, только ему одному известных целей. И вот, я уже давно не испуганный мальчишка, а всё вновь повторяется, только уже не со мной, а с Эль. Но я будто переживаю детский кошмар заново, раз за разом возвращаясь в то забытое состояние беспомощности.

Снова поиски, и снова никаких результатов, только теперь на кону была не месть, и не попытка разобраться в прошлом, а жизнь той, кто за каких-то несколько дней стала едва ли ни самой важной ценностью в моей жизни. Да что там, она и стала! Наши редкие разговоры в те мгновения, когда мне удавалось пробиться к Эль, были тем единственным, что удерживало меня от безрассудных поступков. Всякий раз, пообщавшись со своей призванной, я находил в себе силы сжать кулаки и продолжать искать, вопреки желанию сорваться и сравнять с землёй тот же Гнилой квартал.

Хуже всего было то, что приходилось действовать очень осторожно, чтобы не привлечь лишнего внимания. Нельзя, чтобы кто-то посторонний обо всём узнал. Если станет известно, что Эссирот ещё жив, на его поиски ринутся все, кому не лень. И это непременно спугнёт живучего мерзавца, за сотни лет научившегося виртуозно скрываться.

Единственной, кому я мог доверять, была Кэр, моя верная ученица, ставшая со временем близким другом. Только она могла понять меня и помочь, скрывая ото всех реальное положение дел. Когда Эль пропала, именно Кэр догадалась, что не стоит поднимать шумиху. Она успокоила детей и придумала для них удобоваримую сказочку о том, что я забрал новую постоялицу к себе, чтобы как можно быстрее натренировать для предстоящих соревнований. Никто и не заметил, что только появившаяся девушка пропала. Никто, кроме меня.

Я же, ощутив, как рвётся только начавшая устанавливаться между нами связь, едва не сошёл с ума от тревоги. Спасло только непонятно откуда взявшееся ощущение — она жива. Чудом удалось пережить первые сутки, а потом я почувствовал её и позвал. Не описать ликование, когда Эль откликнулась. Каким-то непостижимым образом, даже уничтожив браслет, Эссирот не смог разорвать нашу связь окончательно. И с каждым днём она всё больше крепла.

А когда Эль рассказала о рунах, как-то сохранившихся и перешедших с браслета на её кожу, я заметил, что и на моём запястье вновь начинают проступать знаки. Этот мир настолько крепко связал наши жизни, что даже гению Эссироту не удалось разрушить эту связь. И теперь спасти