Безликий - Е. Юань

Пригнувшись, он подхватил чемоданчик и попятился на несколько шагов по диагонали назад, прижимаясь ближе к отцу Утравски, который усердно молился перед алтарем.

«Боится, что я силой отниму у него Потусторонние материалы…» — Клейн остановился в трех метрах от вампира и с мягкой улыбкой произнес:

— Для начала позволь мне убедиться, что это именно те два ингредиента, которые мне нужны.

Эмлин Уайт привычным жестом поправил волосы, поднял кожаный чемоданчик на уровень груди и с негромким щелчком расстегнул замок.

«Стена духовности» тут же рухнула, и легкий ветерок пронесся по молитвенному залу.

Клейн, заранее активировавший духовное зрение, мгновенно узрел вспышки причудливого, ослепительного сияния — то было духовное свечение Потусторонних характеристик.

Внутри чемоданчика покоились две шкатулки: одна — тяжелая, старинная, из белого олова, сплошь покрытая узорами, а вторая — обычная картонная коробочка.

Эмлин, придерживая чемоданчик одной рукой, открыл серебристую, но слегка потускневшую оловянную шкатулку. Лежащий внутри предмет до боли напоминал очищенный от скорлупы грецкий орех — желтовато-коричневый, со множеством извилин и бороздок, точь-в-точь как человеческий мозг.

В неверных отблесках свечей он непрерывно менял свои очертания: то становился серовато-белым, покрываясь глубокими складками, то темнел до глубокого коричневого тона, делаясь безупречно гладким, а то и вовсе сплетал оба цвета в гротескный силуэт «лица» без глаз, носа и рта.

Едва Клейн бросил на него взгляд, как почувствовал, что Потусторонняя сила внутри него самого — сила полностью усвоенного и растворившегося в душе зелья — едва заметно затрепетала, словно магнит, встретивший противоположный полюс.

Пустив в ход способности «Клоуна», он виртуозно взял тело под контроль и подавил это взаимное притяжение, теперь уже точно зная: перед ним действительно настоящий мутировавший гипофиз тысячелицего охотника.

«Похоже, догадка императора Рассела из его дневника вполне реальна: высокоранговые предметы одного Пути время от времени бессознательно притягивают к себе Потусторонних низших и средних Последовательностей, заставляя их сближаться… И хотя мутировавшему гипофизу тысячелицего охотника еще бесконечно далеко до высших ступеней, а значит, и до столь поразительной силы притяжения, в нем самом накопилось уже достаточно много Потусторонних характеристик. К тому же я полностью усвоил зелье седьмой Последовательности. При столь близком расстоянии подобные симптомы не заставили себя ждать…»

«Раньше я этого не замечал: во-первых, уровень прежних материалов был слишком низок, а во-вторых, мои собственные силы оставляли желать лучшего — Последовательность была не та… Точно, каждый раз после полного усвоения зелья вокруг меня словно проступала призрачная звездная бездна со множеством сияющих светил. Они притягивали друг друга, стремясь сближаться… Возможно, это и есть истинная картина закона „притяжения“ Потусторонних характеристик в пределах одного Пути. И чем больше „масса“, тем сильнее притяжение…»

«Но распространяется ли этот закон на смежные Пути?»

Клейн с непроницаемым лицом воскресил в памяти записи императора Рассела и, сопоставив их со своим трехкратным опытом усвоения зелий, утвердился в мысли о существовании этого непреложного правила.

Эмлин Уайт бросил на него настороженный взгляд, быстро захлопнул оловянную шкатулку и открыл стоящую рядом картонную коробку.

Внутри коробки, на толстом слое мягкой ваты, покоился стеклянный флакон объемом около двухсот миллилитров. Бутылочка была наполнена наполовину: в ней колыхалась густая, вязкая жидкость, способная менять свой оттенок в зависимости от падения лучей света.

— Еще вопросы есть? — Эмлин закрыл коробку.

— Позволь мне проверить еще раз, — Клейн извлек золотую монету, заставив ее вращаться и танцевать между пальцами, словно она обладала собственной жизнью.

Дзынь!

Монета взмыла в воздух, перевернулась и послушно опустилась на раскрытую ладонь Клейна.

На этот раз профиль монарха смотрел вверх — безоговорочное подтверждение.

Клейн удовлетворенно кивнул и принялся доставать из разных карманов одну пачку купюр за другой: здесь были банкноты достоинством в десять, пять и один фунт.

— Тысяча четыреста пятьдесят фунтов, — Клейн аккуратно выложил стопку денег на стоявшую рядом скамью.

— Отойди на несколько шагов! Нет, лучше на пять! — осторожно крикнул Эмлин.

Клейн с улыбкой приподнял ладони и послушно попятился на пять шагов назад.

Эмлин осторожно приблизился и бегло проверил, не подложили ли ему вместо денег обычную чистую бумагу.

Быстро пересчитав стопку, он швырнул чемоданчик в руки Клейну.

Клейн от неожиданности вздрогнул, но благодаря запредельной ловкости и точности движений безупречно поймал чемоданчик.

Он до смерти испугался, что стеклянный флакон разобьется и кровь тысячелицего охотника прольется наружу.

Эмлин Уайт, воспользовавшись моментом, сгреб банкноты и торопливо отступил под защиту отца Утравски.

Лишь тогда он наконец-то облегченно выдохнул и принялся дотошно проверять сумму и подлинность купюр.

Взирая на эту картину, Клейн невольно восстановил в памяти недавние сцены и почувствовал легкий укол стыда:

Они с Эмлином умудрились превратить мирную, умиротворяющую церковь Матери-Земли в место подпольной сделки по продаже оружия или наркотиков…

Убедившись, что оба ингредиента в полном порядке, Клейн звонко щелкнул пальцами. Припасенная в кармане спичка мгновенно вспыхнула, и ослепительное багровое пламя окутало его фигуру целиком.

Когда огонь угас, на месте Клейна уже никого не было.

— Часто наведываясь в Церковь Урожая ради встреч с Эмлином Уайтом, Клейн больше не боялся, что отец Утравски догадается, кто именно помог священнику избавиться от его темной половины. Юноша даже рассчитывал, что это поможет им немного сблизиться.

Эмлин, занятый подсчетом денег, вскинул голову и от увиденного застыл на месте на добрых пару секунд.

Шевеля губами, он едва слышно пробормотал себе под нос:

— Мой чемоданчик…

— Моя оловянная шкатулка…

…………

На улице, тускло освещенной газовыми фонарями, карета катила вперед, мерно поплескивая по лужам и держа курс к самой окраине Района Императрицы.

Форс уже успела поведать своей близкой подруге Сио Дереча о том, что у нее появился наставник и она приняла еще одну порцию зелья «Ученика».

Убедившись, что у подруги нет ни малейших симптомов потери контроля, Сио бросила взгляд за окно на возвышающийся над каретой газовый фонарь и с недоумением спросила:

— Мне всегда казалось странным: почему ингредиенты хранят в чистом виде, а не в форме готового зелья? Твой наставник вполне мог бы сварить его заранее и привезти готовым, чтобы не тратить время на месте.

Форс мягко улыбнулась:

— Я как раз расспрашивала его об этом. Он ответил, что на то есть две главные причины: во-первых, одни и те же Потусторонние материалы порой имеют разное назначение, а сварив зелье, ты лишаешься возможности использовать их как-то иначе. Во-вторых, застывшие Потусторонние характеристики способны храниться веками, а вот готовое зелье быстро портится, если только не прибегнуть к