Нижинский. Великий русский Гений. Книга I - Элина Гареева

иной факультет? На это настоящих причин не имелось, но уже достаточно было того, что все мои школьные друзья поступили именно на юридический факультет. Было бы странно, если бы при отсутствии определенного иного жизненного плана я отделился бы от них. Ведь и Философов, и Нувель, и Дягилев, поступая на юридический факультет, не следовали какому-либо призванию, а подчинялись всё той же рутине. Так полагалось. Потому что надо же было куда-то приткнуться.

…диплом, полученный на государственном экзамене юридического факультета, отворял все двери — иди служить куда хочешь. Наконец, не последним соображением было для нас то, что занятия на этом факультете не требуют полной отдачи себя, а нам хотелось иметь как можно больше времени в своем распоряжении. Мы так были увлечены тем хаотическим самообразованием, которое давали нам чтение, посещение музеев, театров, концертов! Да и наши постоянные встречи с их обменом мнений, с их спорами, много значили… Я окончил университет далеко не блестяще, но я его окончил, что только и требовалось».

Из воспоминаний Вальтера Нувеля: «Мы каждый день встречались в университете: Дягилев, Бенуа, Философов и я. Первым стал терять интерес к курсам Дягилев. У него не было никакого вкуса к юриспруденции, впрочем у Бенуа и у меня не больше. Мы сформировали маленький кружок у Бенуа. Мы хотели расширить своё образование. Дягилев почти никогда не приходил на эти собрания. Он не любил чтения. С книгой в руке я видел его крайне редко. Считая его в вопросах общей культуры ниже себя, мы обращались с ним несколько свысока, порой высмеивая его „провинциализм“. И действительно, он тогда вообще очень мало знал, а об изобразительных искусствах он казалось, не знал совершенно ничего и не интересовался ими. Вкус к ним он почувствовал позже.

… Философов очень много занимался развитием общей культуры своего кузена „из провинции“ и пробуждением в нём художественного вкуса… И вот на третий год его пребывания в Петербурге мы уже перестали его воспринимать как провинциала и смотреть сверху вниз (что его очень терзало). Он постепенно становился нам равным… Его знания об изобразительном искусстве росли под руководством Бенуа и Бакста и вскоре сильно развились, после того, как он посетил Москву и съездил за границу… он начал каждый год ездить за границу. Обучением в университете он абсолютно пренебрегал.

… Между тем, как Дягилев откладывал свои экзамены с одного года на другой, Бенуа и я закончили своё обучение в университете весной 1894 года. Дягилев сдал экзамены только весной 1896 года, после того как взял репетитора, чувствуя, что не в состоянии сам вызубрить право».

* * *

Как интересно описывает Нувель высокомерное отношение в их кружке к молодому Дягилеву, как к необразованному провинциалу, которое продолжалось три года. И как Дягилева это терзало. А ведь все они были почти ровесниками. Можно представить себе степень высокомерия этих людей в отношении к «мальчишке-выскочке» Нижинскому, почти двадцать лет спустя, как они вели себя с ним уже с высоты своих пьедесталов. Тем более, как мы теперь знаем, что в его возрасте сами они «звёзд с неба не хватали», что видимо, усиливало их ревность к его Гению до такой степени, что Вацлав действительно буквально боялся открыть рот в их присутствии.

И нет никаких сомнений, что Сергей Павлович не забыл унижений, пережитых в молодости, судя по тому, как он вёл себя по отношению к своим старым друзьям много лет спустя, когда уже обладал абсолютной властью над ними. Он никогда и ничего не забывал.

Диплом С. П. Дягилева об окончании юридического факультета С-Петербургского Университета.

Диплом Сергея Павловича Дягилева об окончании юридического факультета С-Петербургского Университета. Выдан 26 октября 1896 года (РГИА фонд 497 опись 5 ед. хр. 1021). Копия из личного архива автора. Публикуется впервые

Как видим, «высоко образованный» Дягилев учился в университете 6 лет вместо 4-х и еле-еле закончил с одними тройками. Самая лучшая его оценка это — «весьма удовлетворительно». По 5-ти бальной системе, которая была принята в университете, это «три с плюсом». При этом сам Дягилев всегда рассказывал всем, что учился в университете блестяще.

Дягилев окончил университет, когда ему было 24 года, и он ещё даже не мог определиться чем же заняться. Зарабатывать на жизнь ему было не надо, так как к своему совершеннолетию (21 год в Царской России) он получил наследство, оставшееся от покойной матери. Как пишут, что наследство было небольшое, но, видимо, вполне достаточное, чтобы не думать о пропитании, жить в своё удовольствие, ездить в путешествия за границу и заниматься коллекционированием. У Дягилева было достаточно времени, чтобы заниматься самообразованием, изучать живопись, ходить в музеи, в театры, на концерты, заниматься музыкой, пением, заводить новые знакомства в высших кругах общества и искать себя. Кроме того, у Дягилева не было семьи и детей, о которых надо было заботиться, он вёл совершенно свободный образ жизни. В отличие от Нижинского, у которого в его 18 лет на руках была большая семья, которую надо было кормить: мать, младшая сестра и старший брат-инвалид. Кормить в прямом смысле слова, потому что временами у них не хватало денег даже на еду. И Вацлав был единственным кормильцем семьи, так как отец больше не помогал им.

Перед тем, как закончить эту длинную главу, я хочу сделать акцент на том, что если Дягилев в свои 24 года ещё не знал, чем заняться в жизни, то Вацлав Нижинский к своим 24-м годам уже создал хореографию двух бессмертных шедевров: «Послеполуденный отдых Фавна» и «Весна Священная», которые и по сей день будоражат воображение. То есть в свои 24 года Вацлав Нижинский совершил революцию в мире балетного искусства и опередил своё время, по крайней мере, на 50 лет. Не хватит фантазии, чтобы представить, кем стал бы Нижинский, какие произведения искусства он создал бы, как развивалась бы танцевальная мировая культура в целом, если бы он не заболел в 30 лет.

И опять хотелось бы задать вопрос: каким же образом Нижинский смог создать свои бессмертные мировые шедевры, если был «слабоумным, неразвитым, необразованным, слабовольным», в чём со странной настойчивостью нас пытаются убедить на протяжении последних 100 лет?

Книга В. М. Красовской «Нижинский»

Красовская Вера Михайловна (1915 Петроград — 1999 Санкт-Петербург) — артистка балета, выдающийся советский учёный и историк балета. Доктор искусствоведения (1965), профессор (1975), заслуженный деятель искусств России. В 1933 году окончила Ленинградское хореографическое училище по классу Вагановой.