8 секунд - Ася Федотова

меня за талию и прижал спиной к своей груди. Я примостилась затылком на его плечо и прикрыла в блаженстве глаза, забывая обо всех проблемах. Обо всех предстоящих трудностях.

— Он не сунется сюда, так что расслабься, — хрипловатым голосом произнес парень мне на ухо и склонился к шее. Коснулся губами, слегка прикусил, а затем поцеловал.

Его руки проникли под кофту. Обожгли кожу. Внутри все затрепетало до приятного спазма в животе, до сладкой истомы.

И я снова доверилась этим рукам и губам. Я безумно скучала. Мое тело тосковало по нему. По этой невероятной нежности, которую умел дарить только Руслан. И по дикой страсти, что рождалась между нами всякий раз, стоило лишь остаться наедине.

С этим парнем мне казалось, будто он начало, а я продолжение, а потом я — начало, а он — мое продолжение.

Без него меня нет, и это чистая правда.

Его руки гуляли по коже, рождая тысячи мурашек. Его губы с каждой секундой становились более жадными. Поцелуи смешались с укусами,

Мы раздевали друг друга жадно, нетерпеливо. Мечтая вновь почувствовать до конца. До финала. До самого предела.

— Как же я сходил с ума, — шептал Руслан, когда, обхватив ладонями мою грудь, спускался поцелуями по животу. — Никому не отдам.

Я выгибалась к нему навстречу, как блудливая кошка, и слезы катились по моим щекам, потому что наше единение было наивысшей точкой блаженства.

— Люблю тебя — отвечала, шепча в его приоткрытые губы и утопая в необыкновенной красоте его глаз, пока Руслан ритмично двигался, вырывая из меня стоны. Как мог только он и никто больше.

Глава 32 Руслан. Поворот

Pizza — Оружие

— А здесь? — спросила Ника про очередную фотку в альбоме.

Мама у меня — любитель собирать фотоальбомы. Все эти соцсети она вообще не признавала. Только бумажный вариант, и обязательно разложить по хронологии.

Мы устроились на диване в гостиной. Ника привалилась спиной к моей груди, и ни о каких фотках я думать вообще сейчас не мог, но ей просто уперлось посмотреть альбомы, которые мама расставила на полках стеллажа.

— Здесь мы справлялись с классом на байдарках. Вон пацан, видишь? — ткнул пальцем на фотке в бритого почти наголо блондина, разжигающего костер. — Узнаешь?

Ника озадаченно оглянулась на меня, а потом присмотрелась к снимку.

— Да, ладно! — весело гоготнула. — Керимов?

— Ага. Накануне он спор проиграл, — решил поведать предысторию. — Училась у нас в классе Анька Догилева, дочка физрука. Ну, девчонка такая... с формами. Короче, во вкусе Дэна. Мы зарубились на тему, сможет ли ее Керимов на свиданку уломать. Если продует, выкрасит свои патлы в синий. А он тогда с такой шевелюрой ходил... почти до подбородка. Девчонки с ума сходили. Колоски ему заплетали. А эта Догилева такая вся недотрога была. Стихи писала. Слегка не от мира сего девчонка, но Дэну норм. Короче, Керимов к ней подкатил. У него проблем в этом плане никогда не было. А тут облом. Анька не поверила. И не просто отшила, а еще и физруку слила, типа, Керимов пранкануть ее хочет. Вот и пришлось Дэну с синей башкой в школу притащиться. На следующий день его директорка в коридоре выцепила и предков вызвала. У нас гимназия была блатная. Там только в форме, и правила всякие. А он с синими патлами. В итоге отец Дэна его самолично побрил. Здесь Керимов уже слегка оброс, а так голым черепом светил. Но девчонки все равно от него балдели.

— Значит он всегда такой был? Без тормозов.

— Всегда, — я зарылся носом в волосы Ники, прикрыл глаза и вдохнул поглубже. Эта девчонка — моя зависимость.

Ника откинулась головой мне на плечо, а я поудобнее обхватил ее за талию, слегка поглаживая живот.

— Думаешь, у него все серьезно к Лере? Просто он такой ветреный, несерьезный.

Я улыбнулся и склонился, целуя в шею.

— Когда дело касается того, кто ему очень важен, Дэн — самый серьезный чел на свете. Сраться они будут регулярно, но чтобы обидеть — нет. Он вообще на предательство не способен. А тут Керимов влип по полной в этом плане, так что твоя подруга в надежных руках. У них все будет гуд.

— Хотелось бы, — вздохнула Ника. И я уже потянулся к ее губам, как рядом завибрировал гаджет.

"Костя" — высветилось на экране.

Ника напряглась, как пружина. И растерянно на меня посмотрела.

— Дай мне.

— Нет, — замотала головой и умоляюще взглянула. — Руслан. я жила с ним почти два года, он — мой пока еще муж, понимаешь? И Костя очень много сделал для моей семьи. Я не могу с ним так поступить. Нужно хотя бы попытаться расстаться по-человечески.

— И что? Ты пойдешь на этот вечер?

Меня зашкаливало на эмоциях. Какого черта? Она, как будто, снова на попятную пошла, а я допустить этого не мог.

Не мог больше!

— Нет, не пойду, но с ним встречусь, чтобы все рассказать прямо в глаза, попросить прежде чем... все прекратить.

— Я поеду с тобой.

Ника на секунду замялась, прикусывая губу и не отрывая взгляда от вибрирующего мобильника, а потом кивнула.

— Хорошо.

Она потянулась за телефоном, выбралась из моих объятий и отошла к окну, принимая звонок.

— Да... Нет, я не дома... Нет... Кость, я не приеду, и нам нужно поговорить.... Со мной все в порядке, но я решила подать на развод. Прости, что говорю тебе об этом так, но... Да, прекрасно понимаю... И отдаю отчет... Не кричи!.. Костя, пожалуйста... Не кричи на меня! Пойми...

Тут я не выдержал, подлетел к Нике и забрал у нее телефон.

— Слушай, харэ на нее орать! Давай, поговорим с тобой по-мужски.

На том конце зло усмехнулись.

— По-мужски? С тобой? Молокосос гребаный, верни трубку моей жене!

— Нет.

— Ты в игрушки решил поиграть? В детстве не наигрался? Ты хоть понимаешь, куда лезешь?

— Понимаю. Завтра мы приедем за вещами вместе. Нику одну я к тебе не отпущу. И вы поговорите. При мне.

— Чего? За какими вещами, ублюдок ты малолетний! Она — моя жена, мать твою! Куда ты ее увез? — зарычал в трубку Стрельцов.

— Туда, где ты ее не достанешь, — оглядываюсь на побелевшую от паники Нику.

— Я ее, где угодно, достану. Да, хоть в понедельник в университете.

— Я буду с ней.

— Плевать. Передай ей телефон, последний раз предупреждаю... Я сейчас пригоню людей к твоей хате.

— Валяй.

Стрельцов смачно выругался и отключился.

— Руслан, ну зачем? — Нику трясло.

Я обнял ее и прижал к