Мой безжалостный куратор. Академия Крайгис - Алиса Князева

— Я иду с ними, — говорю я и пытаюсь обойти его.

— Нет., — Гиран преграждает мне дорогу. — Ты идёшь в казарму. Приведёшь себя в порядок. Поешь. И через час будешь готова явиться в полукруглую аудиторию на втором этаже. Декан захочет с нами поговорить.

— Но...

— Морн, — его голос немного смягчается. — Ты сделала всё, что могла. Даже больше. Теперь им займутся лекари. А ты нужна мне не вымотанная до полусмерти. Ясно?

Сейчас он почему-то до боли напоминает Алроя. Я поднимаю глаза, всматриваясь в его лицо, которое за эти сутки будто стало старше. На его руку, которая преграждает мне путь. И понимаю: он прав. Я не помогу ни Вентарису, ни кому-либо ещё, если сама свалюсь без сил.

— Хорошо, — сдаюсь я. — Но если с ним что-то...

— Я пришлю за тобой, — обещает Гиран. — Иди.

Разворачиваюсь и ползу к казарме. Каждый шаг даётся с трудом. Ноги ватные, руки дрожат. Красный плащ, который всё ещё на мне, пропитался гарью и чужой кровью. Интересно, меня в таком виде вообще пустят внутрь?

Вентарис бы отругал, наверно. Рыкнул что-то про порчу казённого имущества. В его стиле.

В коридорах пусто, наверно все на занятиях или на полигонах. Я будто нахожусь тут впервые. Всё такое знакомое и чужое одновременно.

Вот лестница, по которой я сбегала на утренние пробежки — тогда мне казалось, что восемь километров по горам — это самая страшная вещь на свете.

Это поворот к аудиториям, где я сидела на лекциях и злилась каждую минуту. Ненавидела мастеров, которые смотрели на меня как на пустое место. Обижалась адептов, которые перешёптывались за спиной.

Сейчас это кажется таким далёким. Как будто было не со мной. Словно та Кайлис, которая мечтала о тихой работе в госпитале, осталась где-то в другой жизни — до экзамена, до элементаля, до Вентариса.

Та Кайлис не видела, как одна тварь пожирает другую и становится сильнее. Не знала, что элементали эволюционируют. Что они охотятся друг на друга тоже. Что маги могут выгорать до нуля.

Я думала, что если выучится на лекарский, то будет лечить в городе, чтобы оставаться с семьёй, с братом, никогда не увижу ужасов того, что приносят с поля боя. Чистые палаты, стерильные инструменты, пациенты, которые жалуются на кашель или больные животы. Я думала, так будет легче.

Теперь я знаю: не будет. Если люди, у которых есть власть, действительно собираются использовать элементалей как источники энергии, ничего не изменится. Пациентов станет больше, только раны они будут получать не в боевых вылазках, а от аварий на «энергостанциях».

От элементалей, которых привезут в город в клетках и которые однажды вырвутся.

Или лечить магов, которые могут выгорать до нуля. Моя сестра сгорела, потому что перестаралась. Вентарис потратил всё до капли и теперь без сознания.

Пытаемся изучать элементалей, но достаточно ли много мы знаем о самих себе? О том, на что способна магия и какова её цена?

Я останавливаюсь у двери в свою комнату. Провожу ладонью по дереву. Совсем недавно сюда вломились незнакомцы. А перед этим там лежал Вентарис и ждал меня, чтобы вести на тренировку.

— Кайлис!

Я оборачиваюсь. Из-за поворота выбегают Лойт, Нилин и Шакс. Они несутся ко мне так, будто я призрак. Лойт добегает первым и едва не сбивает меня с ног.

— Ты жива! Мы слышали, что случилось! — он хватает меня за плечи и вглядывается в лицо. — Ты ранена?

— Нет, — говорю я. — В основном.

Нилин подходит ближе. Она не бросается обниматься, но её встревоженное лицо говорит больше любых слов. Шакс держится чуть позади, но я замечаю, как он выдыхает. Кажется, тоже волновался.

— Парень из вашего отряда прибежал раньше основной группы, — говорит Нилин. — Сказал, что принц пострадал. Мы хотели подождать вас, но мастера загнали нас на лекции. Хотя занятия были так себе, они тоже как на иголках.

— Что случилось, Кайлис? Что там было? — встряхивает меня Лойт.

Я открываю рот, но Нилин меня опережает:

— Не сейчас. Дай ей хотя бы помыться. Бери сменку и пошли.

— Я… у меня, кажется, нет… — оправдываюсь я.

— Старшие сожгли её комплект, — поясняет Шакс.

— Вот как, — Нилин прикусывает губу и тянет меня в сторону душевых. — Ничего. Моя должна уже высохнуть. Иди, я принесу. Мы с тобой почти одного роста. Должна подойти.

Она берёт меня за локоть и ведёт к душевой. Я не сопротивляюсь. У меня нет сил сопротивляться.

— Шакс, — Нилин оборачивается к парням, — постой у двери? А ты, Лойт, принеси ей что-нибудь поесть.

— Ты чего раскомандовалась? — набычился Эшбан, но подпёр спиной стену рядом со входом в душевую.

Меня заталкивают в комнату. Тут неожиданно пусто. Похоже, никто из группы Гирана сюда ещё не добрался. Ну или у них есть какой-то свой душ.

Я скидываю форму, и, уже не думая о стеснении, встаю под душевую лейку.

Холодная вода течёт по моим плечам, и я смотрю, как у ног растекается розовая лужа. Это кровь Гая?

Входит Нилин и протягивает мне мыло. Я беру его и тру руки, плечи, лицо. Смываю с себя этот день. Или два дня? Я потеряла счёт.

— Что там было? — тихо спрашивает Нилин. Она стоит у соседнего крана, сложив руки на груди. Не моется. Просто ждёт.

Я помню, что Гиран запретил рассказывать. Никому. Пока Вентарис не очнётся. Я понимаю, почему. Слухи расходятся быстро. Мы можем посеять панику, если новости про эволюцию монстров разойдутся.

Но Нилин спрашивает. И я не могу просто молчать.

— Там был элементаль, — говорю я, продолжая мылить кожу. — Очень большой, я даже не знаю, какой класс ему присвоить. Вентарис пошёл с группой на разведку к Разлому, а нас оставили готовить лагерь. Мы должны были заночевать в той деревне. Потом случился выброс. Появилось много мелких тварей. Моя группа, та что была в лагере, побежала помогать. Ну и я тоже, помогала тем, кого ранило. А потом появился он — огромный, как дом. Вентарис приказал всем убегать и сражался с ним один. Он смог разрубить его и высвободившейся энергии хватило, чтобы закрыть