Развод в 45. Прямой эфир окончен - Виолетта Весна

— Согласен.

— Не соглашайтесь со мной быстрее, чем читаете договоры.

— Хорошо.

Андрей не пытался назвать мою реплику несправедливой. Это не облегчало разговор.

— Платёж уже пришёл? — спросила я.

— Нет. Вчера после вашего сообщения я уведомил «Вектор», что до внутреннего решения студия просит не инициировать перевод. Они подтвердили паузу до понедельника, двенадцати часов.

— Значит, девятьсот тысяч возвращать пока не нужно.

— Пока нет. Обязательство по эксклюзивности и возможным расходам уже существует.

Жанна придвинула мне своё письменное возражение.

— Я была против подписи, — сказала она. — Андрей имел полномочия подписать такую сумму без моего одобрения. Это одна из вещей, которые мы будем менять внутри студии независимо от вашего решения.

— Вы знали про три миллиона восемьсот?

— Да.

— Почему не сказали мне сами?

— Потому что обещала Андрею дать ему раскрыть цифры до следующего решения. Третьего октября он раскрыл часть. Я сказала ему, что это дым вместо даты, но сама к вам не пришла. Это была моя ошибка.

Она не делила ответственность поровну и не выходила из неё полностью. Я записала её ответ рядом с датой.

— Выплаты команде в понедельник? — спросила я.

— Закроем из доступного остатка по действующему лимиту, — сказала Жанна. — Тогда в конце недели сдвинется другой платёж, если заказчик не перечислит деньги после пятничного акта. Девятьсот тысяч сняли бы этот риск, но зарплату мы на ваш ответ не вешаем.

В половине двенадцатого на экране появилась Инга. Она попросила показать последнюю страницу с подписями, затем пункт об основных условиях и раздел ответственности.

— Марина не обязана заключать основной договор, — сказала она. — Формат не передан. «Вектор» не может требовать от неё согласия вместо подписи. Риск студии в другом: эксклюзивные переговоры, зарезервированное окно и расходы при отказе самой студии от согласованных условий. Формулировка о неспособности обеспечить участие правообладателя спорная, но не пустая. Сначала предложите расторжение или изменение без платежа, пока деньги не ушли.

— Они могут отказать? — спросила я.

— Могут. Тогда стороны либо продолжают переговоры, либо спорят о расходах. Двести сорок тысяч — предел, не автоматический штраф. Сумму ещё надо подтвердить по условиям документа.

Я открыла действующий договор с «Новой главой». Второй выпуск вышел, третий был снят и находился в монтаже, четвёртый ещё не получил производственного календаря. «Пятый дубль» отвечал за оба следующих эпизода. Просто забрать работу в другую студию без согласия сторон означало создать новый спор, теперь уже самой.

— Что готово по третьему? — спросила я.

— Черновой монтаж, маски данных и рекламный фрагмент, — ответил Андрей. — Сегодня можем отправить Ларисе версию. Техническая сдача — завтра. Никаких материалов «Вектора» там нет.

— Заканчиваете третий по текущему договору. После сдачи совместное производство ставим на паузу.

— На какой срок? — спросила Жанна.

— Пока не будет нового решения по договору студии и прозрачности. Четвёртый выпуск снимаю на внешней площадке.

Андрей не спросил, справлюсь ли я. Только уточнил:

— Вы хотите временную приостановку по соглашению сторон или расторжение производственной части?

— Сначала приостановку и отдельное приложение на четвёртый выпуск. Инга?

— Нужны подписи всех трёх сторон действующего договора, — сказала она. — У «Новой главы» есть право получить производство согласованного качества и маркировку. Без Маргариты решение не работает.

— Я подпишу, — сказал Андрей.

— Я тоже, — добавила Жанна. — Но третью сдачу не бросаем. Лариса не должна платить своей историей за наши решения.

В этой комнате у каждого нашлась правильная фраза. Я верила только тем, за которыми появлялись документы и расходы.

Мы назначили видеозвонок с Маргаритой на два часа. До него я посмотрела кассовый план целиком. Андрей показал договор аренды, лизинг, суммы зарплат без имён сотрудников, действующие акты и отказ банка. Никакой новой катастрофы не обнаружилось. Обнаружилась старая информация, которую он дозировал, пока она не стала условием моего решения.

— Доступ к исходникам? — спросила я.

— По текущему договору мастер-копии и согласованные выгрузки передаются вашему ИП после сдачи. Исходные проекты хранятся у студии, доступ для нового производителя подготовим по перечню. Личные данные героинь без нового основания не передаём.

— Мне нужен технический паспорт проекта: настройки камер, звук, титры, цвет, музыка, лицензии.

— Будет сегодня до шести.

— Не присылайте контакты людей, которые могут поработать «по дружбе».

— Не пришлю.

Мы говорили как стороны договора. В этом было меньше боли, чем могло бы быть, если бы Андрей просил меня вспомнить поцелуй под дождём.

Он всё-таки спросил:

— Личное тоже на паузе?

— Да.

— Понял.

— И не говорите, что будете ждать. Я не назначаю вам срок.

— Не буду.

Жанна встала и сказала, что проверит экспорт третьего выпуска. Оставила нас одних не ради примирения, а потому