Схватка на «Крыше мира». Политики, разведчики, географы в борьбе за Памир в XIX веке - Алексей Владимирович Постников

В 1878г. Мушкетов совершил геологическую экспедицию в восточную часть Ферганской области. Он начал свой маршрут из города Ош, откуда по долине реки Куршаба и через Шартский перевал вышел на Алай. С Алая он направился к верховьям реки Кок-су и осмотрел эту местность до Иркештама и Елгина. Мушкетов прошел перевалы Алайку, Тарку (Тарткуль), Наураз (Наурус) и Беляули (Бельаули)[309]. Результаты этой экспедиции имели крупное значение, так как она разрешила вопрос об основных орографических характеристиках Памира, который, в соответствии с данными Мушкетова, оказался не цепью долин общим простиранием с востока на запад между сравнительно низкими хребтами, как предполагал Федченко, а целой сетью долин и хребтов, пересекающихся под различными углами и образующих обширные горные массивы. Хотя результаты исследований Мушкетова были опубликованы в России и за границей, старые представления об орографии Памира еще долгое время продолжали жить.

В 1879г. на Памир была направлена научно-исследовательская экспедиция под руководством известного русского антрополога В.Ф. Ошанина. Одним из ее участников был топограф Г.Е. Родионов. Из Самарканда через Гиссар, Каратегин и Алай экспедиция дошла до верховьев Мук-су (самый большой из левых притоков Сурхоба), произведя съемку пройденного пути и составив первое точное представление о географических особенностях этого района. Собранные ими расспросные данные значительно дополнили и изменили имевшиеся тогда сведения о перевалах, ведущих в Шугнан и в бассейн озера Кара-Куль[310].

Ошанин и Родионов установили, что с Баляндкиика можно пройти не только в Шугнан через Тахтакорумский перевал, но и на озеро Кара-Куль через Кокуйбельский перевал. На существовавших до того картах показывалось, что дорога через Кокуйбель выводит с Кара-Куля на Мургаб, в действительности же оказалось, что на пути из Полиза до Кара-Куля нет ни одного перевала, на что, впрочем, еще ранее обратила внимание Фергано-памирская экспедиция H.A. Северцова[311]. Ошанин и Родионов установили также, что ледник, показанный на Карте верховьев Амударьи 1878г. спускающимся в долину реки Мук-су, в действительности не существует. Экспедиция описала хребты Петра I, Дарвазский, Каратегинский, посетила Сарыджут, Регат, Каратаг, Гиссар, Кафирниган, Фейзабад, Каратегин[312]. Ошанин установил орогидрографические особенности Северного Бадахшана – его расчлененность, наличие глубоких эрозионных прорывов через горы. Крупной заслугой Ошанина является изучение гидрографии верховьев Сурхоба и его притоков. На основе материалов экспедиции была составлена правильная схема гидрографических отношений верхней части бассейна Амударьи. Одним из самых существенных результатов экспедиции явилось открытие грандиозной ледниковой зоны, представленной целой системой ледников. Крупнейший из них был назван именем Федченко. Предположение Ошанина о наличии на стыке хребтов Петра I и Академии наук обширного центра оледенения полностью подтвердилось. В течение всей экспедиции топограф Г.Е. Родионов производил маршрутные съемки.

Интенсивные русские географические исследования Памира и прилегающих к нему территорий не привели к существенным изменениям в отображении этих районов на мелкомасштабных обзорных картах Центральной Азии, издававшихся как в России, так и за ее пределами. Посмотрим, как изображалась территория Памира на некоторых картах, издававшихся в 1860–1870-х гг. XIXв. Так, на «Карте бассейна Аральского моря, составленной Генерального штаба капитаном Венюковым (Омск, 1860; масштаб 50 верст в дюйме)»[313] Памир является, по сути дела, «белым пятном», где нанесены лишь озера Кара-Куль и Рианг-Куль (Ранг-Куль). От Восточного Туркестана Памир отделен гипотетическим Болором, по которому проведена государственная граница, включающая в состав Синьцзяна район озера Кара-Куль. Точно так же трактуется граница Китая в районе Памира на официальной «Карте Азиятской России, составленной по новейшим сведениям и хромолитографированной при Военно-топографическом депо в 1860 году (масштаб 200 верст в дюйме)»[314], на пятидесятиверстной «Карте Туркестанского генерал-губернаторства. Составлена при Азиатской части Главного штаба Корпуса военных топографов штабс-капитаном Аюсилиным под руководством Генерального штаба подполковника Нарбут. Изд. Карт. заведения А. Ильина»[315] и на «Карте Киргизской степи (областей: Оренбургских и Сибирских киргизов, Семипалатинской и Туркестанской) с пограничными частями среднеазиатских владений (масштаб 100 верст в дюйме)», изданной в начале 1870-х гг.[316], а также на ее переиздании конца 1870-х гг. в виде «Карты Киргизской степи и Туркестанского округа»[317]. Еще более примитивно, а с точки зрения показа границ – неверно, отображена территория Памира на «Почтовой карте Азиатской России, Сибири, изданной почтовым департаментом. С.-Петербург, 1871 год. Карт. заведение А. Ильина (масштаб 180 верст в дюйме)»[318]. Это картографическое произведение, предназначенное для широкого круга читателей и изданное значительным тиражом, показывает границу Китая проходящей через всю территорию Памира в западно-юго-западном направлении.

На «Карте Азиатской России и Туркестанского края», изданной А. Ильиным в начале 1880-х гг. (масштаб 250 миль в дюйме), Памир показан находящимся под властью Бухары, а район Ранг-Куля отнесен к территории Восточного Туркестана (Синьцзяна).

Как это ни покажется странным, на английских картах этого периода русские географические исследования Памира находили более полное отражение, причем политико-административная ситуация региона освещалась более осторожно и корректно, нежели на русских мелкомасштабных картографических произведениях. Так, на «Карте Туркестана и стран между британскими и русскими владениями в Азии, составленной на основе съемок, выполненных британскими и русскими офицерами к 1876г. (масштаб 32 мили в дюйме)» границы между Кокандом и Памиром, так же как между Памиром и Кашгаром, вообще не показаны[319]. Несколько более схематично Памир показан на «Военной карте Афганистана Джоунстона, изображающей северо-западную границу Индии и часть южных границ России… (масштаб 50 верст в дюйме)»[320]. Граница Китая на Памире проведена по реке Аксу, и в территорию Синьцзяна включен район озера Кара-Куль.

Факт присоединения Коканда и части территории Памира к России нашел отражение, в частности, на карте «Туркестан и страны между британскими и русскими владениями в Азии (лист 2), изданной в Дехра-Дуне в 1883г.»[321], где район озера Кара-Куль показан во власти России, а вся остальная территория Памира до Сарыкольского хребта на востоке представлена входящей в состав Бухары.

Весьма схематично территория Памира изображалась на французских и немецких картах, хотя на большинстве из них отражался факт существования государства Йеттишар и распространения его завоеваний на северную часть территории Памира. Для примера назовем французскую «Карту владений русских и англичан в Центральной Азии (1878г.)»[322], где изображено новое государство Кашгар, владения которого заходят на Северный Памир, и немецкую «Карту Туркестана, Афганистана и Белуджистана (1879г.)»[323] с такой же трактовкой распространения влияний Кашгара. На последней карте граница Кокандского ханства в южной части прервана и территория Памира, таким образом, от него отделена.

Глава 3

Географические исследования и картографирование Памира в 1880–1890-х годах. Борьба вокруг «Памирского вопроса»

Российские географические исследования 1880–1884 годов и разграничение северо-восточного Памира между Россией и Цинской империей

В 1880-х гг.