Развод. У тебя есть дочь - Арина Арская

— Да я что-то у вас совсем забыла об этом, — задумчиво тянет. — Реально могу завести собаку. Прикольно.

Встает:

— Ну, — пожимает плечами, — тогда я пошла приготовлю завтрак, — шагает прочь и у двери оглядывается, — я теперь прям не знаю, какую собаку-то завести. Вы меня прямо огорошили. Я хотела поныть, как вы были ко мне несправедливы.

— Братик все равно лучше собаки, — Руслан смеется.

— Ну, знаешь, можно и поспорить.

— Анфиса, — охаю я.

— Это была шутка.

Торопливо ретируется, прикрывает за собой дверь, и Руслан валится на пол:

— Есть, конечно, риск, что потом нам скинут и собаку на воспитание.

— Зря мы ей напомнили, что она взрослая? — оглядываюсь. — Еще как толпу собак заведет, потому что не смогла выбрать.

Руслан рывком притягивает меня к себе:

— Я не думаю, что она заведет собаку без долгих размышлений. Например, как стала жить одна, она же не понеслась устраивать вечеринки и не пошла в разнос.

— Там у нее сердобольная бабуленция под боком.

— Умница она у нас, Глаш, — целует в висок. — Вот если бы я ее один воспитывал, то мог быть ужас ужасный, но ей повезло. У нее прекрасная мать.

— И еще, — опять скрипит дверь и вновь на нас смотрит Анфиса. — Про кота. Антон с Аней собрались его уже сегодня искать. Притащат ведь блохастика какого-нибудь. Слушайте, может, мне не собаку, а тоже кота завести?

— Это должно быть твое решение, — зеваю и сладенько потягиваюсь.

— А, может, ты нас женихом и внуками обрадуешь? — серьезно вопрошает Руслана. — Котики, собачки… Давай внуков.

Я аж крякаю от удивления и замираю на полу с протянутыми руками.

— Рано, пап, — цыкает Анфиса. — Рано вести такие разговоры.

— А почему рано-то? Мы в твоем возрасте уже родили тебя.

— Ой все, — Анфиска исчезает за дверью, — Вот блин. Ну, рано же. Рано мне такое говорить.

— Слушай, а давай подождем с разговорами о внуках еще несколько лет, — испуганно кошусь на Руслана. — Я серьезно. Пусть универ закончит, дело свое организует с платюшками и модными костюмчиками, а после насядем. Бабушкой быть — это посерьезнее, чем быть мамой. Это статус повыше.

— Поэтому я не люблю сарказм, — опять прижимает к себе и цыкает, — мой сарказм всех пугает.

Глава 57. Я тебе ухо откушу

Васька свернулся на моем животе клубок и тарахтит, как трактор. Тяжелый гад.

— Вась, — шепчу я. — уйди.

Лениво щурит на меня глаза и самодовольно зевает. И опять урчит.

Его, видимо, к нам в спальню впустила Аня, а я против того, чтобы он тут тусил, тем более на мне.

И нифига он не рыжий. Он белый с черными пятнами на спине. Еще у него нет одного уха, и хвост ополовинен, похоже, живодерами.

Притащили этого монстра Антон и Аня с очередной долгой прогулки с восторженными улыбками:

— Мы нашли нашего котика.

А котик этот под пять кило. Блохастый, грязный и с недовольной мордой. Мыл его Руслан под строгим контролем и советами Ани и Антона. Кот, кстати, не вырывался, не царапался и спокойно сидел в тазу, флегматично глядя на кафельную плитку.

— Вась, я тебя очень прошу…

Вася урчит громче и властно так бьет огрызком хвоста по мне, транслируя, чтобы я, глупая женщина, молчала.

И этот страшный Вася везде меня преследует. Села в кресло? Ну, привет. Прилегла на диван? А я уже на твоем животе.

— Прогони его, — пихаю Руслана в бок. — Аня опять его впустила.

— Он очень просился, — раздается тоненький голосок Ани. — Не выгоняй.

Вася косит на меня высокомерный взгляд.

Претензий у меня к нему нет. Лоток признал сразу, когтеточку принял с усталым достоинством, но он жуткий и вечно лезет ко мне на живот.

— Слушай, Вась, — ворчит Руслан сквозь сон. — Я уже начинаю ревновать. Это моя жена. Моя. Не твоя.

И замолкает, нырнув обратно в сон, и я опять один на один с Васькой, который прикрывает глаза.

— Ань, ты еще там? — спрашиваю я.

— Да, — отвечает тихий голосок. — Я тут рисую.

— Заберу Васю.

— Нет.

— Аня, — вздыхаю я. — Ему в нашу с папой комнату нельзя. Я сколько раз говорила.

— Можно, — безапелляционно заявляет Аня.

— Мелкая, пошли завтракать, — раздается голос Антона.

— Антошка, а забери Ваську, — с надеждой говорю я. — Сына, забери его.

— Да прогони ты его.

— Не могу.

— Почему?

Я не нахожу ответа. Мне как-то неудобно прогонять Василия, который опять уничижительно смотрит на меня, как господин на слугу.

— Ну, знаешь, дорогой мой, — сипло отзываюсь я. — Я тебя кормлю…

Замолкаю, потому что к горлу подкатывает знакомая тошнота. Прижимаю пальцы ко рту, и Васька снисходительно взирает на меня.

Нет, нет, нет…

Меня вместе с тошнотой накрывает страх и паника, а Вася, будто уловив перепады моего настроение, мурчит громче.

— Глаш? — тихо спрашивает Руслан и приподнимается на локте. — Что случилось?

— Меня тошнит, — бубню я и в отчаянии поясняю, — не от кота, если что.

Руслан медленно и сонно моргает, переглядывается с Васькой и опять смотрит на меня:

— Глаш…

Так Васька лез на меня не потому, что он приставучий говнюк?

— Это плохо, — сиплю я. — Плохо, Рус. Я не хочу больше. Не хочу…

Руслан тянется, чтобы прогнать Ваську, а тот отбивается лапой. Без когтей, но его протест решительный и явный.

— Так, Глаш, — Руслан вновь переводит на меня взгляд, — все хорошо…

— Ничего хорошего… — я готова разрыдаться.

— В те разы тебя не тошнило, Глаш, — касается моего лица. — Тебя тошнило только С Анфиской и Антоном. Слышишь?

Вася лижет лапу, будто соглашаясь с Русланом, что я зря паникую. Тошнота усиливается. Я медленно выдыхаю. Паника не поможет.

— Я рядом, — Руслан разворачивает мое лицо к себе.

Васька, заподозрив неладное, торопливо сползает с меня, и в следующее мгновение я издаю клокочущий звук и меня выворачивает прямо на грудь обомлевшего Руслана.

— Прости…

Я спешно покидаю кровать, кидаюсь к ванной комнате, а Руслан бросается за мной. Не позволяет закрыть дверь и со мной вместе врывается к унитазу, на котором поднимает крышку и стульчак.

— Там кровь…

Меня вновь выворачивает в нутро унитаза.

— Нет там крови, нет, — Руслан собирает мои волосы.

О бедро вальяжно трется Вася, лезет любопытной мордой в унитаз, и я его отгоняю. Недовольно чихает, ложится на пол, привалившись к моим ногам и вопросительно муркает, словно интересуется, как я там. Жива?

— Этот кот меня пугает… — шепчу в унитаз.

— Меня тоже, Глаш, но теперь понятно, почему он такой настырный, — мягко держит меня за волосы.

Сплевываю и тяжело дышу:

— Точно крови нет?

— Нет.

Отстраняюсь от унитаза. Руслан срывает