Мастер Рун. Книга 9 - Артем Сластин

всё, что касается моих книг, — ответил он с достоинством, и в голосе его вдруг прорезалась гордость человека, для которого нет ничего важнее доверенного ему собрания. — Каждый том, каждый свиток, кто принёс, когда, в каком состоянии. Это моя работа и моя жизнь.

— Тогда вы помните и этот случай.

— Сто восемь лет назад, — наконец начал он после недолгого молчания и тяжёлого вздоха, — задолго до моего рождения, здесь уже работал мой дед и ему запомнился этот визит. Запомнился настолько, что он десятки раз рассказывал эту историю и мне и отцу. В библиотеку пришёл человек. Не местный, явно. У него был странный акцент и одежда… — он пощёлкал пальцами, подбирая слово, — неуместная. Не бедная, но и не богатая, а именно неуместная, как будто он не понимал, что здесь носят. Словно он надел то, что было под рукой, не думая, как это будет выглядеть. Представился учеником достопочтимого картографа Чжоу Линя. Назвался Фродо, без фамилии. Оставил рукопись, ту самую, которую вы читали, сказал, что это копия дневника его учителя, и попросил хранить.

— Фродо, — произнес я имя, и язык будто споткнулся о непривычное сочетание звуков.

Чего мне стоило только остаться равнодушным, услышав это имя. В общем я и глазом не моргнул, и точно не показал, что мне это имя знакомо. Но внутри, конечно, вскипело еще как! Сердце забилось где-то в горле, и я едва удержался, чтобы не схватиться за край стойки.

Умеет же этот мужик шутки шутить! И чувство юмора у него вполне себе есть. Мой современник! Мой! Землянин! Причём берущий такие имена, что любой современник сразу поймёт, что дело нечисто. Назвался бы он каким-нибудь Марком и никто бы не понял, потому что странных имен я встречал целую кучу, в том числе вполне земных, но назовись он Гэндальфом и всё. Любой землянин сразу поймёт о чём идёт речь.

— Верно, варварское имя, причём односоставное. — Библиотекарь понизил голос. — Он хорошо заплатил и сам расставлял копии. Он ездил по разным городам. Мой дед спросил, зачем, ведь книга откровенно лживая, кому она нужна? И тот ответил: «Тому, кто придёт с правильными вопросами».

— Так в ней нет ни слова правды?

Я чуть не выругался… Получается, никто не проходил сквозь Твердь Сферы насквозь?

— Нет, через семнадцать лет к нам приехали представители города Линьхая, и они привезли хроники города, там мы нашли соответствие именам и тому, что Чжоу Линь действительно был, жил и выполнял заказ торгового дома, спускаясь в поиске конца мира. И словно ему это удалось в первый раз. Так же там были и моменты второго неудачного похода, когда картограф погиб и экспедицию пришлось прервать.

— А больше ничего этот человек не просил передать?

— Было ещё кое-что, — продолжил старик, — Записка. Запечатанная, в конверте из необычного материала. Не бумага и не шелк, что-то другое, гладкое, прочное. Он оставил её вместе с книгой и наказал передать тому, кто придёт и задаст правильный вопрос. Мой дед принял, положил в архив. Записка хранилась семьдесят лет, никто не приходил.

Мурашки побежали по загривку. Схватить удачу за хвост! Я буквально физически ощутил, как она, удача, проскальзывает сквозь пальцы, оставляя лишь холодное прикосновение.

— А…

— Уже нет. — покачал головой старик. — После мятежа Белого Лотоса здание пострадало. Часть архива сгорела, часть была разграблена. Записка хранилась в сейфе на третьем этаже. Сейф вскрыли. Кто именно, не знаю. Может, лотосы, может, мародёры в хаосе боёв, может, кто-то из городских, пользуясь суматохой. В городе тогда был пожар, помню, отец рассказывал, небо над библиотекой было красным три дня.

— Вы уверены, что её забрали, а не сожгли?

— Сейф был вскрыт, не сожжён, — ответил старик, и в его голосе прозвучала горькая усмешка. — Кто-то знал, что искать. Из сейфа пропали три предмета: записка Фродо, рукописный каталог древних артефактов, составленный моим дедом, и перстень-печатка, принадлежавший основателю библиотеки. Всё остальное осталось нетронутым. Это была не случайность.

Я помолчал, переваривая. Лотосы знали о записке. Знали, где она хранится, и целенаправленно забрали именно её, а потом ушли в Степь, развязали войну, выпустили демонов… Связь выстраивалась в голове, но пока еще зыбкая, неуверенная.

— Спасибо, уважаемый, — сказал я, отсчитал еще столько же и положил на стол снова, пододвигая стопку серебра к нему. — Это за ваше время и за память вашего деда.

Старик посмотрел на монеты, потом на меня, и брови его чуть дрогнули. Но он ничего не сказал, только кивнул, и серебро снова исчезло в рукаве.

Инь Сина я нашёл на ступеньках у входа. Он сидел, привалившись к перилам, жевал лепёшку и с философским видом наблюдал за голубями. Вот же проглот, постоянно ест и ест. А ведь худющий и куда только столько лезет?

— Ну? — спросил он, не оборачиваясь. — Серебром ты, конечно, мастак разбрасываться. В следующий раз скажи, я хотя бы посмотрю, как это делают профессионалы.

— Закладки оставил тот самый практик, — сказал я, садясь рядом и игнорируя вопрос про деньги. — Даже имя себе придумал другое, интересное. Лотосы тоже его искали, или пытались найти, но видимо не вышло. А далеко отсюда до Линьхая?

— Полгода пути. — ответил Син, немного задумавшись. Он откусил от своей лепешки и прожевал, прежде чем продолжить. — Это крайний город Великой Долины. Один из ее столпов. Это если нанять быстрый экипаж с хорошими лошадьми и менять на станциях, но серебра на такой путь нужно много. Думаешь, стоит туда отправиться?

— Не знаю, сто лет прошло. Он может быть где угодно, если еще не помер. Может, в том же Линьхае, может, в степи, может, уже на той стороне. — Я пожал плечами. — Но хоть направление есть.

— Ну, сильные практики — существа практически вечные и от старости им помереть сложно. — подбодрил меня практик. — Зато вопрос главный мы сняли, да?

— Верно.

Инь Син помолчал. Голуби у его ног копошились, выискивая крошки, и он рассеянно бросил им кусочек корки. Потом кивнул.

— Хорошо. Теперь ты знаешь, что за тобой не следят. Голова чистая, паранойя отступила. Можешь работать. — Он чуть наклонился, и в его глазах, прикрытых накладными веками, мелькнуло нечто цепкое. — А теперь скажи мне, что ты собираешься делать до ярмарки, кроме как читать книжки и