Жрец Хаоса. Книга ХII - М. Борзых

Альбиона есть некие планы на совместное будущее. Но так уж вышло, что на территории парка при дворце Дюльбер находится едва ли не единственный уцелевший корень мэллорнового дерева. Когда-то на этой территории росла своя небольшая мэллорновая роща, которую потом османы вырубили, заняв полуостров. Восстановиться мэллорн может, насколько я знаю, но для этого нужна прямая связь с носителем альбионской крови. Если у вас всё сложится, то твоя супруга сможет почувствовать себя как дома на чужой земле, имея собственное священное место силы.

Я оценил щедрость и внимательность принца к деталям. И ведь не забыл же мою шутку, которую я обронил ещё давным-давно.

— Благодарю, Андрей Алексеевич, — сказал я искренне, не покривив душой. — Я вам очень признателен за подобный подарок. Он действительно ценен для меня.

— Это ещё не всё, — заметил принц, внимательно на меня глядя. — Как я уже говорил, переоценить твою помощь сложно. Точно так же, как и недооценить опасность возникновения подобного центра силы в империи.

Я видел, что принц очень осторожно подбирает слова, чтобы, не дай боги, не обидеть меня и высказаться так, как считает нужным.

— Я тут успел переговорить с Григорием Павловичем Савельевым, — сказал он. — И он поведал, что в Скандинавии был некий ритуал, по которому выбирали правителя северных земель среди ярлов. Поскольку ты подтвердил свою связь со Скандинавией и с родовыми землями… знай: если ты случайным образом пройдёшь это испытание, я поддержу тебя в твоих притязаниях на скандинавский трон и финансово, и силой, если понадобится. Более того, отменю вассальную клятву. Но, надеюсь, заменить её на клятву кровного братания.

Я замер. Слова не шли с языка.

— Это не значит, что я выгоняю тебя из империи, — продолжал принц, внимательно отслеживая мою реакцию на свои слова. — Это значит, что я вижу в тебе равного по разуму, по способностям и по деяниям. И я бы хотел, чтобы ты смог реализоваться в полной мере в том статусе, в котором ты пожелаешь. А там уж сам решай, чего ты хочешь: оставаться русским дворянином или попробовать стать скандинавским императором.

Он поднялся, давая понять, что разговор окончен.

— На этом, пожалуй, всё. — Принц сделал шаг к двери, но обернулся. — И, Юрий Викторович… — Глаза его блеснули, и в этом блеске я увидел того самого феникса, который жил внутри него. — Я буду ждать приглашения на свадьбу. В Крыму. В июле.

Я только кивнул, провожая его взглядом. Принц вызвал своих людей, дал знак, и через минуту особняк опустел.

* * *

На подходе в гостиную меня перехватила бабушка.

— Динара Фаритовна передала, — бабушка понизила голос, — что и третье совпадение имеется. В образце крови концентрация даже выше, чем у принца, и почти на уровне с Зислангом. Чья это кровь?

— Франца Леопольда, — не стал я отпираться.

Бабушка изумлённо покачала головой:

— Подозреваю, не стоит спрашивать, откуда она у тебя?

— Правильно, — кивнул я.

Мои подозрения подтверждались. Австро-венгерский император, русский наследник, голландский герцог — все под действием одного и того же катализатора. Это уже не было похоже на случайность или на разрозненные действия отдельных злоумышленников. Это система, а у системы всегда есть фамилия и имя, если только это не организация.

— Как там наш серпентарий себя вёл в моё отсутствие?

Вопрос я задал Инари, которая под отводом глаз выплыла из гостиной и ждала своей очереди поведать новости.

— Чинно. Герцогу промывали мозги. Шанталь обтекаемо, как могла, рассказала о своём похищении и спасении. Сразу предупредила, что увешана клятвами, как бездомная дворняга блохами. Тебя выгораживала. Просила деда не усугублять ссору. Но тот сейчас зол на весь мир, включая сына, внучку и полтора десятка своих людей, не решившихся устроить какой-то ледяной шторм в сердце русской столицы. Ах да, с финансами у них может и не совсем туго, но и выкуп внучки они не осилят.

Что ж, ничего нового, пора было вгонять змеев долги.

Зисланги ждали. Шанталь, увидев меня, вскочила. Умная девочка, поняла, что время для сантиментов закончилось.

— Шанталь, — сказал я мягко, — тебе лучше пока удалиться. У нас с твоим отцом и дедом будет серьёзный разговор.

Девушка посмотрела на меня, потом на родню. В её глазах мелькнула тревога, но она кивнула и, подхватив юбки, вышла из гостиной, бросив на меня благодарный взгляд. Инари бесшумно последовала за ней.

Мы остались втроём. Я сел в кресло напротив Зислангов, и разговор начался.

— Герцог, — обратился я к Аларду, — вы должны понимать, что долг за внучку — именно тот, который указан в письме. И это не моя цена за её спасение. Это цена, выставленная сверхъестественной сущностью, за восстановление её источника и наделение определёнными силами. Ваша внучка долг признала и соответствующую клятву принесла.

Алард сидел всё ещё в ледяной смирительной рубашке с руками, прижатыми к телу, но говорить мог свободно. Он упрямо сжимал челюсти, играя желваками. Альфред же внимательно слушал, не решаясь вмешиваться.

— Если вы не выплатите за неё долг, — продолжил я, — она сама его отработает. Когда-нибудь.

— Как? — невольно вырвалось у Альфреда беспокойство за дочь в одном слове.

— Как я сам посчитаю нужным. И нет, речь не идёт о постельных утехах или чём-то подобном. Но поскольку полезной она мне может стать только после обучения, я обучу её магии. На это Шанталь также согласилась, потому проживает у меня на законных основаниях. Перед отъездом, завизируете договор, как её бывшие опекуны, чтобы всё было честь по чести.

— Все ваши разговоры про сверхсущностей звучат как детские сказки. Никто вам не поверит, что одно из божеств, давным-давно покинувших наш мир, вдруг по первому вашему зову возьмётся спасать какую-то незнакомую ему и вам девицу.

— А мне плевать, верите вы мне или нет, — пожал я плечами. — Есть факт, есть слова мои и вашей дочери. Есть обязательства, скреплённые клятвой.

— Грош цена вашим клятвам! — фыркнул старый морской змей. — Вы клятвопреступник! К вам нет доверия! Вы клялись…

— Вот именно! — я хохотнул, перебивая герцога. — Вспомните формулировку клятвы и сравните с информацией от внучки. Вы меня обвиняли в похищении девицы неизвестного рода и принесении её в жертву неким высшим силам. Я в этом не участвовал. Поэтому в следующий раз либо формулировку клятвы подбирайте с умом, либо вообще пасть не раскрывайте, чтоб потом не блевать посреди чужой столицы от бессилия.

О, кажется, мы с герцогом успешно выводили друг друга из себя, но я при этом не был накачан неким озверином. Поэтому Альфред поспешил вмешаться, пока его отец не решился повторить подвиг нашей императрицы с перегрызанием