Ревизор: возвращение в СССР 55 - Серж Винтеркей

как раньше абсолютно не получится. Так что, увы, дружба, особенно серьезная дружба, – это нечто такое, что выходит за рамки наших сознательных усилий. Тут большую роль уже подсознание играет. Твой внутренний «Ребенок» почувствовал себя обманутым и преданным, и его фиг уже словами переубедишь…

– Подсознание? – с большим интересом спросила меня Галия. – Мой внутренний «Ребенок»?

Ну да, вот про подсознание и сознание мы с ней еще не беседовали. Вздохнув, принялся ей излагать популярную теорию психолога Эрика Берна про «Родителя», «Ребенка» и «Взрослого».

Достаточно интересная теория. Я в свое время с интересом его монографию на эту тему прочитал. Очень хорошо характеризует многие непонятные случаи в поведении людей. Заодно с усмешкой подумал, что и для психологов КГБ, возможно, моя лекция, что я жене сейчас читаю, покажется интересной.

Они же все на основе советской психологии поведенческой работают. И не факт, что достаточно уделяют внимание западной психологии. Особенно той, что заклеймена с идеологической точки зрения. Потому что многие, услышав, что Берн много взял на старте своей карьеры у Фрейда, немедленно вспоминают все эти его известные изречения по поводу сами понимаете чего. Хихикают, посмеиваются. И понятия не имеют, что у Берна этого практически и нет.

Там совершенно здравое осмысление многих поведенческих сценариев людей, исходя, в том числе, из их детского опыта.

По крайней мере, некоторые приводящие меня в изумление моменты в поведении каких-то знакомых или даже соседей я при помощи этого самого Берна с огромным интересом осмысливал. И поражался даже тому, как именно получалось это растолковать. И никаких там бананов вообще рядом, как говорится, не лежало. Просто какие-то детские травмы или неправильное понимание в молодости тех или иных жизненных аспектов срабатывали.

Правда, я искренне порадовался, что Галия не сможет раздобыть ни одной книги Берна в СССР, чтобы более детально ознакомиться с этой концепцией, в особенности с реальными примерами проблем у других людей. Я бы вообще не рекомендовал многим людям читать такого рода литературу. Начитаются про патологии, найдут их у себя, растравят себе душу, а ведь в психологии главное не найти проблемы, что у тебя есть, а вылечить их. А как непрофессионал сможет вылечить обнаруженные у себя психологические проблемы, если с этим часто и профессионалы не способны справиться? То-то и оно! Иногда лучше мирно и тихо жить, не зная, сколько демонов у тебя в подсознании поселилось, чем освобождать их опрометчиво, не зная, как с ними поладить…

Время как-то за разговорами с женой быстро пробежало. Так что только телефонный звонок в девять вечера нас друг от друга и оторвал. Поздновато уже.... Снял трубку, гадая, кто это нас решил потревожить в такое время?

Оказалось, что Сатчан, и голос вполне себе довольный, что меня порадовало сразу. Сразу и спросил его, поладил ли он со своей супругой вчера?

– Ага. Жена дочку пошла купать, так что решил тебе позвонить, – сказал Сатчан. – Да, было сложно, было громко, но вроде мы к какому‑то взаимопониманию пришли. Поняла она, что выбора у меня никакого, собственно говоря, и не было. И что это не моё желание идти комсоргом в МГУ – просто совпало так, что должность‑то освободилась, и на самом верху вдруг вспомнили о том, что я инициатор этой идеи с поисковыми отрядами. Главное, что я тестя смог в этом убедить, а он уже потом сам за мою супругу взялся. Он же тоже полностью согласен с тем, что Тяжельников – не тот человек, с которым мне стоит ссориться, если я вообще о какой‑то карьере в дальнейшем собираюсь думать.

– Вот и хорошо, – порадовался я за друга.

– И ты был прав, жена всё же проговорилась – боится она, что я в МГУ по бабам загуляю. Так я ей сразу и сказал, что в заместители себе возьму только мужиков, и секретарь у меня тоже парнем будет. И что пусть она при желании в любое время в гости ко мне приезжает, как ей заблагорассудится. Я её люблю и всякие глупости какие‑то устраивать вовсе не намерен. Правда, она сказала, что может тогда вообще перевестись на работу в поликлинику МГУ… Но думаю, все же делать этого она не будет.

– Рад за тебя, дружище, – сказал я.

– Да, и надо нам с тобой договориться, когда встречаемся, чтоб ты мне весь расклад по МГУ передал, а лучше всего и к Гусеву меня сводил. – попросил Сатчан. – Завтра или послезавтра наберу тебя вечерком. Тянуть сильно не буду.

– Хорошо, жду твоего звонка! – ответил я и положил трубку.

– Кто звонил? – полюбопытствовала жена из гостиной. – Не Витя Макаров?

– Нет, Сатчан, – ответил я. – А ты почему про Витю подумала?

– Так Маша же приходила извиняться, и надо бы ему как-то про это сообщить. Мало ли, он только из-за ее нежелания перед нами извиняться с ней не встречается. Ну и про родителей ее надо бы рассказать. Она же уверена, что это его отец их из Румынии на родину вернул… И обижается, наверное, на Витьку из-за его отца. Мало ли это не так…

– Тоже верно! – сказал я.

Сам я об этом не подумал. Действительно, Макарову надо это сообщить. Хотя вроде я и знаю уже его настрой на отношения с Машей, но не помешает… Хотел уже набрать, на Галия снова спросила:

– А Сатчан что звонил?

– Так он к нам в МГУ комсоргом пойдёт. А Римма была против. Так что мне было интересно, поладили ли они с ней. Вроде бы, говорит, поладили. Он так понял, что она его ревновала ко всем этим длинноногим комсомолкам из МГУ, что будут теперь хороводы водить вокруг него.

– Как будто Сатчану нужно в МГУ идти, чтобы по другим бабам бегать, – фыркнула жена. – Что он, в Москве живя и так не найдет, с кем Римме изменить?

Ну да, Галия поработав секретарем в Святославле у Сатчана, иллюзий по поводу него никаких не имела, бабник он знатный. И это я ей еще не рассказывал про те порядки, что у группировки в бане «Полета» были заведены когда-то, с девочками после совещания… Ну и не расскажу никогда, само собой…

– А так хорошо, наверное, что Сатчан будет в МГУ комсоргом для тебя? – спросила Галия. – Прикрывать тебя будет, если