Иль Хариф. Страсть эмира - Ульяна Соболева

Машина выехала за город, и я заметила, как пейзаж за окном становится всё более мрачным и безлюдным. Дома и улицы постепенно сменялись полями и лесами. Вокруг становилось всё темнее, и дорога казалась пустынной. Тревога внутри меня нарастала.

Вскоре наступила ночь, и дорога погрузилась во мрак. В машине стояла напряжённая тишина. Я пыталась понять, куда нас везут, но никаких ориентиров не было видно. Девушки рядом со мной тоже выглядели обеспокоенными, но никто не решался спросить, что происходит. Вместо того чтобы направиться к аэропорту, машина свернула на дорогу, ведущую к вокзалу. Моё сердце пропустило удар. Что-то было не так. Я пыталась уловить реакцию других девушек, но их лица были полны страха и недоумения.

— Почему мы едем не в аэропорт? — прошептала я, но никто не ответил. Мои слова повисли в воздухе, вызывая лишь ещё большее беспокойство.

Машина остановилась у заброшенной товарной станции на которой стоял поезд. Мои руки задрожали, когда я увидела, как мужчины выходят из машины и начинают насильно вытаскивать девушек. Я почувствовала, как внутри всё сжимается от ужаса.

— Что происходит? — закричала одна из девушек, когда её грубо схватили за руку.

Я пыталась сопротивляться, но один из мужчин сильно толкнул меня, и я почти упала. Они начали насильно загонять нас в товарный вагон. Моё сердце билось как бешеное. Это был настоящий кошмар. Я оказалась внутри первой и сразу почувствовала, как темнота и духота обволакивают меня. Паника начала охватывать все тело, и я не могла дышать. Девушки вокруг меня начали плакать и кричать.

— Пожалуйста, отпустите нас! — кричала одна из них, но её никто не слушал. Мужчины расположились в вагоне, заблокировав предварительно дверь. Поезд тронулся с места. Я обхватила себя руками, пытаясь успокоиться. Моё тело дрожало, и я чувствовала, как слёзы подступают к глазам. Всё происходящее казалось нереальным, как страшный сон.

Пытаясь собраться с мыслями, я шепотом обратилась к другим девушкам.

— Кто-нибудь знает, что происходит? — спросила я, пытаясь не поддаваться панике. — Я заключала контракт на работу в Эмиратах.

— Нет, — ответила одна из них, её голос дрожал от страха. — Меня тоже брали на работу в Эмираты. Я не понимаю, почему мы здесь.

— Я тоже, — сказала вторая девушка. — Мне страшно…Так не должно быть. Куда они нас везут?

Мы все оказались в одной и той же ужасной ситуации, и никто не знал, что делать. Тяжело дыша, я смотрела на наших конвоиров. Они курили и сидели на каких-то мешках с зерном. На нас не обращали внимание.

Моё сердце сжималось от ужаса, когда я начала понимать, что нас всех обманули. Похитители. Все эти разговоры о работе были враньем. Я почувствовала, как слёзы текут по щекам. Это была ловушка, и мы попались в неё. Я попалась. Вот они слова Мухаммада «Смотри не пожалей». Это он отомстил…Подставил меня за отказ. Боже! Какая я наивная дура! Полная идиотка! И запрет на выезд тоже дело его рук. Как я сразу не поняла. Вот почему он отказался ехать в консульство.

— Что нам делать? — спросила одна из девушек, её голос был полон отчаяния.

Я не знала ответа на этот вопрос. Моё сознание было охвачено паникой. Но я понимала, что если поддамся ей, то сойду с ума. А мне нельзя. Нельзя сходить с ума. У меня мальчики мои. Мне нужно их найти. Я права не имею с ума сходить. Думать надо. Брать себя в руки.

— Мы должны попытаться найти способ выбраться отсюда, — сказала я, пытаясь придать своему голосу уверенности. Хотя как выбраться из движущегося поезда. И куда?

Товарный вагон набирал скорость, и я ощущала как меня сжирает страх перед неизвестностью. Как он охватывает все мое существо. Темнота и духота внутри вагона заставляли панику катится потными ручейками по спине. Мы чувствовали, как нас везут в неизвестность, и это было невыносимо.

Я пыталась придумать план побега, но всё казалось безнадёжным. Мы были заперты в этом вагоне, и никакого выхода не было видно.

***

Внутри вагона было тихо, только слышались приглушённые всхлипывания и тяжёлое дыхание.

— Мы должны быть готовы к любому шансу на побег, — сказала я, обращаясь к другим девушкам почти беззвучно, оборачиваясь на двух ублюдков, которые никакого внимания на нас не обращали, а переговаривались на своем языке. — Если появится возможность, мы должны действовать быстро.

Они кивнули, и я почувствовала, как внутри всё сжимается. Я должна была найти способ спасти нас всех. Мы не могли просто сидеть и ждать, пока нас увезут в неизвестность. Наверняка поезд будет останавливаться.

Прошли часы, и вагон всё продолжал двигаться. Мы сидели в полной темноте, слушая звук колёс и чувствуя, как каждая минута превращается в вечность. Девушки рядом со мной пытались уснуть, но их сон был тревожным и прерывистым. Я не могла позволить себе расслабиться. Каждое мгновение я прислушивалась к звукам, пытаясь понять, куда нас везут. Моё сердце колотилось в груди, и я чувствовала, как страх сковывает моё тело.

Я продолжала ощупывать доски. Вагон был старым, деревянным, больше похожим на контейнер. Мои руки исследовали стены и пол, пытаясь найти что-то, что могло бы помочь нам выбраться.

— Здесь что-то есть, — прошептала одна из девушек, показывая на небольшой зазор между досками.

Я подползла к ней и начала исследовать зазор. Это была небольшая щель, но возможно, она могла бы стать нашим шансом. Я попробовала ее подергать, гвозди оказались ржавыми и старыми.

— Мы можем попробовать расшатать пару досок, выкрутить гвозди, — сказала я, стараясь не терять надежду. — Но нам нужно действовать быстро и осторожно. А потом, когда поезд остановится попробуем выбраться.

— Вот этим можно! — девушка с короткими волосами подала мне маленькую железную скобу, видимо раньше их перевозили здесь.

— Только очень тихо. Очень.

Несколько раз на остановках наши конвоиры выходили из вагона и не возвращались до самой отправки.

Всё наше внимание было сосредоточено на зазоре. Каждое движение, каждый звук мог выдать нас, но мы продолжали работать. Отковыривать гвозди, выкручивать их и осторожно складывать на полу. Сердце билось как бешеное, и я молилась, чтобы у нас получилось.

Эта остановка была долгой. Я слышала как они переговаривались и сказали, что мы будем стоять около часа.

Когда зазор стал достаточно широким, чтобы пролезть, мы остановились и прислушались. За дверью вагона было тихо, и мы поняли, что это наш шанс. Не знаю зачем и куда они постоянно выходили. Но думаю, что покурить и сходить в туалет. В вагоне не было