Жизнь, сверкнувшая молнией. Тайны Матильды Кшесинской - Александр Борисович Широкорад

По уже известным причинам ГАУ предпочло мортиру Шнейдера образцам Круппа и Эрхардта.

Покрывая аферы руководства Шнейдера и Путиловского завода, Сергей Михайлович в 1912 г. подписал план перевооружения тяжёлой русской артиллерии с орудий образцов 1867 и 1877 гг. на образцы 1909–1913 гг. По этому плану осадная артиллерия должна была быть перевооружена к 1921 г., а крепостная — к 1931 г.!

В 1905–1913 гг. шла тотальная милитаризация России. Военное министерство получило 2562 миллиона (!) рублей, а Морское — 746,8 млн. Итого 3332 млн. рублей[59]. Для сравнения, на все высшие учебные заведения России в 1907 г. было ассигновано 6,9 млн рублей, то есть в 4 раза меньше, чем на один линкор.

Как уже говорилось, Сергей Михайлович не только принимал на вооружение орудия Шнейдера, уступавшие орудиям Круппа, но и принял навязанную Парижем доктрину молниеносной войны. Кроме того, Шнейдер требовал, чтобы все пушки его конструкции выпускались исключительно на Путиловском заводе.

Предвижу возражения, мол, в 1892 г. Россия вступила в союз с Францией, но царь Николай приказал не делать военные заказы в Германии. Увы, Германия до 1914 г. была главным торговым партнёром России. В Германии при Николае II было заказано пять крейсеров и два десятка эсминцев и подводных лодок, включая лучшие российские крейсера «Богатырь», «Аскольд» и «Новик». Просто до Морского ведомства у Сергея руки не доходили.

До начала царствования Николая II вся артиллерия для армии и флота изготавливалась исключительно на казённых заводах — Обуховском, Пермском (Мотовилихинском), Санкт-Петербургском орудийном, а также в Санкт-Петербургском, Московском, Киевском и Брянском арсеналах.

Генерал-фельдцейхмейстер великий князь Михаил Николаевич и его сын генерал-инспектор артиллерии великий князь Сергей Михайлович давать заказы частному (!) Путиловскому заводу, контролируемому русско-французским капиталом.

К 1914 г. Путиловский завод набрал огромный портфель заказов, но выполнить его не смог. Ну а по тяжёлой артиллерии вообще ничего не делалось. К августу 1914 г. правление Путиловского завода довело дефицит до 33 млн рублей. И уже в феврале 1915 г. в Совете министров обсуждался вопрос о секвестре завода. Из-за ряда причин, в основном бюрократического характера, завод был секвестрован только осенью 1916 г.

Обуховский завод в 1905–1914 гг. был занят в основном заказами Морского ведомства. Санкт-Петербургский орудийный завод занимал скученное пространство, а Сергей Михайлович из принципа не выделял средств на его расширение и модернизацию. Замечу, в 1918 г. завод перевели в Подлипки под Москвой (ныне г. Королёв), где он стал большим орудийным предприятием. К 1900 г. арсеналы прекратили изготовление орудийных стволов, а занимались в лучшем случае лафетами.

Итак, остался огромный гигант — Пермский (Мотовилихинский) завод — главный поставщик артиллерии для армии до 1904 г. Естественно, фирма «Шнейдер» положила на него глаз, а Матильда и Сергей сделали всё, чтобы обанкротить Пермский завод Горного ведомства. В итоге с 1907 по 1914 г. Пермский орудийный завод не получил ни одного заказа на пушки. Замечу, что этот завод до 1904 г. давал казне как минимум 10-процентную прибыль.

В 1910–1912 гг. фирма «Шнейдер» и правление Русско-Азиатского банка неоднократно требовали от Военного министерства передать Пермский завод в аренду фирме «Шнейдер» на 20 или 36 лет. Увы, Пермский завод оказался не по зубам Сергею и Матильде.

Основных причин две. Во-первых, все рабочие завода имели большие приусадебные участки в селе Мотовилиха. Из-за недостатка заказов завод с 1907 по 1914 г. работал только в осенне-зимний период, то есть 4–5 месяцев в году. Завод кормился случайными заказами, делал стальные поковки для других заводов, мелкие партии снарядов, даже освоил производство пароходов для Камского пароходства.

Ну а остальные месяцы в году рабочие занимались подсобным хозяйством, извозом, торговлей и т. д. Жили, в общем, неплохо. А начальство исправно получало жалованье — завод-то казённый — и 6 месяцев в году отдыхало на Чёрном море и в Париже.

Вторая причина — вмешательство конкурента — огромной британской орудийной фирмы Виккерса. И тут-то началась «братоубийственная война». Поместье великого князя Михаила Михайловича «Лутон Ху» в Бедфордшире имело общий забор с поместьем Альберта Виккерса. Оба вместе играли в гольф, охотились на лисиц, были масонами высокого градуса в одних и тех же ложах.

В 2010-х в РФ высокое начальство придумало аксиому — «в братоубийственной войне не может быть победителей». Так и случилось в 1910–1914 гг. Пока Сергей и Миш-Миш вели позиционную борьбу за захват Пермского завода, началась мировая война. И вот тогда Пермский завод стал самым крупным поставщиком орудий для русской армии.

Нетрудно представить размеры бюджета войны за Пермский завод. Разумеется, брали не только Сергей и Матильда, и Миш-Миш. Так, фирма Шнейдера заплатила 3 млн франков великой княгине Марии Павловне «за её усердия» по лоббированию концессии в Морском ведомстве. Британский посол Дж. Бьюкенен 7 (20) марта 1913 г. доложил об этом Э. Грею секретной депешей. По его словам, представитель фирмы Шнейдера в то время «дневал и ночевал» у Марии Павловны.

Замечу, что вдова великого князя Владимира Александровича Мария Павловна была известной интриганкой и имела большое влияние как в семействе Романовых, так и среди высшего генералитета. Поскольку она была матерью Андрея Владимировича, возможно, какие-то крохи с этих трёх миллионов франков достались и Матильде.

Сам Сергей Михайлович жил довольно скромно. Имел всего три дворца (в Петербурге, в Михайловке недалеко от Стрельны и «Ай-Тодор» в Крыму), а также общую с Александром Михайловичем океанскую яхту «Тамара». Так что «гонорары» Шнейдера в основном перетекали к Матильде. Между прочим, Матильда была третьим и четвертым по числу акций акционером Путиловского завода.

Ну а кто ни копейки не брал ни от Шнейдера, ни от Виккерса, так это царь Николай II. Я уже полвека занимаюсь историей артиллерии, но не видел ни одного документа или даже записки Николая II о «шнейдеризации» русской артиллерии, о битве Шнейдера и Виккерса за Пермский завод и т. д. Насколько мне известно, Николай II ни разу не бывал на Главном артиллерийском полигоне на Охте в 15 км от Зимнего дворца и ни разу не посетил ни один артиллерийский завод.

Я прочитал все всеподданнейшие отчёты Военного ведомства, с 1894 по 1916 г. ежегодно предоставляемые царю. Об артиллерии там написано коротко и неясно, много вранья и недомолвок. Представить по этим отчётам реальное состояние российской артиллерии физически невозможно. Ну, прямо хоть отправляй все эти отчёты в Берлин и Вену, чтобы свести с ума тамошних стратегов.

Так что о грандиознейших аферах в артиллерии его величество, скорее всего, был не в курсе.

Нужны ли комментарии к вышесказанному? Риторический вопрос: жизнями скольких сотен тысяч русских солдат были оплачены дворцы и бриллианты Матильды Кшесинской?

Глава 14. Великая война

1914 г. для Матильды начался традиционно. Во дворце на Кронверкской набережной