Рысюхин, графом быть - не в 21 играть. - Котус

Не нашла понимания у селян, пусть они и числятся уже почти горожанами, документы о признании Рысюхино местечком уже готовы, пришлют на днях — вот ещё повод для праздника, причём, при желании, ежегодного — а на Викентьевку будут в течение месяца, идея сидератов. Не помещается у них в голову, как это так — посеять семена, а урожая не будет! Взять — и запахать то, что выросло! Просто выкинуть семена, да вы что! Крестьянский ум, пусть его владелец уже и числится в мещанах, такого не принимает, отказывается и аргументы слушать, и в расчёты вникать. Не укладывается подобное в привычную до уровня почти что инстинкта парадигму, что посеянное должно быть выращено и собрано. Пока в той же Викентьевке устраивали подобное централизованно, в принудительной форме, чтобы дать огородам хоть какое-то плодородие, ворчали, но терпели — мол, мало ли, какой дурью баре страдают, но сами засеять по осени ту же горчицу, чтоб потом запахать её отказываются напрочь.

Хоть почвенные смеси уже покупать приспособились, а как же — землицы прикупить, это святое, конечно. Сперва просто раздавали продукцию, особенно пока нормального сбыта не наладили, затем, как огороды получили какое-то минимально приемлемое плодородие, а владельцы подкопили денег — стали продавать по себестоимости. В этом году уже по ценам ниже оптовых, но всё же с наценкой, пусть и почти символической, исходя из пяти процентов рентабельности. И горшочки торфяные для рассады — тоже распробовали, хоть и отказываются признать их принципиальную одноразовость, норовят использовать по два-три раза и ругаются, что те непрочные, размокают и расползаются быстро, видите ли. Но саму идею высаживать рассаду в грунт уже изрядно подращённой, да ещё и с комком хорошей почвы, распробовали. Ну, ещё бы: урожай овощей получается как минимум на две недели раньше, чем при старом способе! И продажей этих ранних овощей на рынках — в Осиповичах горожанам и пассажирам поездов, в Тальке — военным и строителям, в Викентьевке — приезжим торговцам, отбивают расходы на землю и горшочки с лихвой.

Глава 20

Говорят, в деревне жить скучно, ничего не происходит, день за днём всё одинаково, кроме унылой однотипной работы и заняться нечем. И потому сельская жизнь, дескать, отупляет. Не спорю, если ходить по улице с брезгливой мордой и выражением «развлеките меня кто-нибудь» на ней, то да. Или если хапнуть себе земли не по умениям и силам, то тоже однообразия не избежать: спину разогнуть некогда будет, но и тогда, когда разогнёшься, не до саморазвития или развлечений, таким несчастным главный и самый желанный подарок судьбы — это возможность выспаться. Если же погрузиться в эту жизнь, не чураясь её и не запираясь в своём огороде наглухо, да внимательно смотреть по сторонам…

Просто темой про горшочки и овощи навеяло воспоминание об одной истории. Есть, к примеру сказать, несколько викентьевцев, которые хотят теплицу поставить, и там, прямо в горшочках побольше, урожай круглый год растить. Идея хорошая, денежная, но никак не могут договориться о паях и о том, кто будет главным, а поодиночке — денег ни у кого не хватает. Такие, по словам Влада Белякова, страсти кипят, куда там театральным пьесам! Ведь все три семейства понимают, что стоит кому-то одному наскрести на единоличную теплицу — и он тут же начнёт отрываться по доходам, да давить конкурентов, потому чего только не вытворяют! Полицейский местный следит за спектаклем тоже, но не только как зритель: присматривает, чтобы в пылу страстей Уложения не нарушались, как уголовное, так и гражданское[1]. Во избежание того, что в новой теплице соседи стёкла побьют, к примеру.

Не иначе, как под влиянием урядника, мешающего делать гадости от всей души, два семейства решили породниться, переженить детей и будущее совместное хозяйство на них записать. Всё бы хорошо, но в одной возможной паре потенциальная невеста на восемь лет старше жениха и вдвое больше по весу, и потенциальный муж чётко заявил, что он лучше в паровозную бригаду помощником кочегара за харчи наймётся и уедет с ними куда подальше, чем так женится. А вторая парочка — чуть старше Ромки моего, но уже привыкли видеть в соседях скорее объект для пакостей и угрозу, чем возможных приятелей и родню. Короче, спектакль ещё явно не один год тянуться будет, это вам не театр в городе, где два часа — и всё готово. Если, конечно, не додумаются обратиться к Владу за ссудой под небольшой процент, на хорошо продуманное дело мы деньги выделяем охотно, вот только селяне не любят в долг брать, особенно «у барина», боятся, что не рассчитаются и в кабалу попадут, хоть чаще такое случается как раз со своими же односельчанами, что втихаря запрещённым ростовщичеством занимаются. Плюс ещё, в отличие от спектакля на сцене, тут есть возможность вмешаться в сюжет, посоветовать что-нибудь персонажам, к примеру. И таких вот страстей, если чуть-чуть копнуть сельскую жизнь, да приподнять видимую извне корочку спокойствия, столько, что господину Крыланову, весьма плодовитому драматургу, из одной только Викентьевки сюжетов на всю оставшуюся жизнь хватит!

Ладно, от развлечений обратно к работе. Или совместить? Хочется похвастаться перед Сосновичем безотходной лесопилкой, даже очень! У него в его хозяйстве пилится очень и очень много, опыт интересен будет. Ведь у всех лесопилок главная беда и забота — куда девать залежи опилок, коры и щепок. Настоящие горы ведь получаются! Так, для справки — первичные отходы при деревообработке составляют больше половины от исходной массы[2]! Я сам, когда узнал, сильно удивился, но из ста тонн брёвен получается на круг сорок тонн досок и бруса, редко когда чуть больше, и шестьдесят тонн опилок со щепой! Впору считать, что лесопилка производит опилки, а доски — это просто побочный продукт. И если всякого рода горбыли с обрезками ещё можно продать, что на дрова, что на строительство разного рода балаганов с заборами, то мелкие отходы — большая проблема. И Шипунов со своим производством брикетов решить её может только частично!

Он сперва сырьё в виде опилок брал на куче мелких лесопилок по району, не обращаясь к Сосновичу. Отчасти опасаясь конкуренции со стороны графа, отчасти от того, что первые партии забирал бесплатно, ему за такую услугу даже приплачивать порой хотели. Ну, а как халява закончилась — пошёл сперва к барону Клёнову, по-соседски, а потом и к