Рысюхин, графом быть - не в 21 играть. - Котус

только номинально, прямое управление стихией уже более-менее, а вот стандартных заклинаний разучено всего ничего, на уровне троечника-первокурсника. А прямое управление, благодаря опыту, наработанному на металле и кристаллах, уже как не у каждого выпускника имеется. Перекос, как он есть. А любой перекос всегда вреден, это аксиома. Так что — берём учебник и учимся, а потом — на берег Умбры, тренироваться.

В Минск решил ехать поездом. Да, по городу мотаться будет не слишком удобно, но, с другой стороны — вспомнил прошлые зимы. Улицы, конечно, чистятся, но такого, как в мире у деда, чтобы его массово вывозить из города — у нас нет. Нет, с ближних к реке улиц его в эту самую реку сваливают, а на остальных — или разгребают по сторонам, или просто утаптывают и укатывают. И пешеходы, которых так и хочется порой обозвать по-дедовски «пешахидами» не только никуда не делись, но и выбрались на проезжую часть с плохо расчищенных тротуаров. В общем, никаких нервов не хватит там ездить, не имея на то привычки.

Так что — вспомню студенческую юность, разве что поеду не дачным поездом, промерзающим насквозь, которые зимой и ходят-то два раза в день, а в купейном вагоне. Да, три рубля с полтиной это не семьдесят копеек в третьем классе, но мне в нём ездить вообще нельзя, урон для репутации неизбежен, а в сравнении со вторым классом и его двумя рублями разница уже не принципиальная, для меня во всяком случае. Хотя эти полтора рубля — рабочему хватит на еду на три дня. Или на полбутылки дешёвой водки в розлив с лёгкой закуской. Вот портальный свиток малой дальности ценой десять рублей — уже разница есть. До портальной площадки в Минске, которая в Верхнем городе расположена, от вокзала в Смолевичах тридцать пять километров, на пределе дотягивается, и то — если повезёт, тут уже надо брать свиток на пятьдесят километров, за двенадцать с полтиной. Цена с расстоянием растёт не линейно, а скачками, с увеличением стоимости материалов при переходе к следующему классу, от малой дальности к средней, например. Тут, правда, тоже надо «астральную погоду» ловить: от дома в имении до портальной площадки по прямой на семьсот метров больше, чем номинальная дальность свитка.

Да, я по карте мерял и приценивался, было дело. И даже купил шесть штук, семьдесят пять рублей отдал — на всякий экстренный случай. Ну, или просто очень нужно будет, а ехать лень, или погода дрянь. Самолёт, что ли, сделать более-менее нормальный, вместо дельталёта? Чтобы меньше от погоды зависеть? С другой стороны, это куча работы, куча времени, плюс управление: или делать инверсное, как на дельталёте, или переучиваться. Да и ещё такой момент: за прошлый сезон сколько раз я вылетал, не считая тех случаев, когда Машу свою пару-тройку раз в месяц вывозил «помедитировать в небе»? Считанные разы. Или не до того, или в месте назначения свой транспорт нужен, который по воздуху не перевезёшь.

Вот и думай, стоит ли оно того. И ещё: не будет ли сочтён новый самолёт, в котором неизбежно найдётся что-то из мира деда, нарушением запрета на технологические новинки? Вот-вот. Я и траншеекопатель пока на Лицо вытаскивать боюсь, хоть и постарался залегендировать, мол, ничего нового, просто чуть-чуть переделал тросовую пилу. Благо, для него пока не сезон, есть время на паузу для раздумий. И консультаций с дедом.

Пока размышлял — вон уже и поезд показался. Жаль, у нас здесь далеко не все останавливаются, и тормознуть «по требованию» снаружи тоже не каждый получается. Приходится подстраиваться под расписание, мягко говоря — не очень порой удобное, что во многом и вынуждает своим ходом добираться. Ладно, хватит ворчать — сорок минут в купе, и я в Минске. Да, вот одно из преимуществ пассажирского поезда перед местным: реже и короче остановки, выше скорость на перегонах, в результате от Смолевич до Минска не час с четвертью, а сорок-сорок пять минут. Даже нет смысла с соседом по купе знакомиться и разговор затевать, можно спокойно почитать учебник, в непрозрачную обложку упрятанный, чтобы не ловить удивлённые взгляды на то, что я материалы первого курса штудирую.

Да, редко я в Минск поездом приезжаю! Успел забыть об успешном соединении, наконец, двух пересекающихся дорог и переносе всех пассажирских поездов на один вокзал, что раньше относился к Либаво-Роменской дороге. Даже не сразу сообразил, в какую сторону идти, чтобы поймать извозчика, а когда вышел на привокзальную площадь, что по словам деда втрое уже, чем «должна быть» убедился — правильно сделал, что не поехал на «Жабыче»: сугроб из снега, который счистили от вокзала и с торговых рядов, эти самые ряды полностью скрывал от глаз! Только вторые этажи домов над ним виднелись. Ну, и площадь ужалась по ширине вдвое.

Ладно, убедился в своей дальновидности — можно и делом заняться. Где тут ближайший водитель кобылы с закрытой повозкой?

[1] Уголовный и административный кодексы соответственно.

[2] На современном уровне технологии первичные отходы при деревообработке составляют от 55%. Это самый минимум.

Глава 21

Первым делом поехал в музей. Он у нас размещался, разумеется, не там, где в мире деда. Наш стоял между губернской управой и Верхним рынком, там, где в мире деда располагалась какая-то церковь и давно не действующий женский монастырь. У нас подобных заведений в принципе не было, ни того, ни другого, так что место оставалось свободным. Кстати, и ратуша городская стоит у нас над склоном холма, где в другом Минске другая церковь, точнее — кафедральный собор. Дед пытался объяснять, чем отличаются разные культовые сооружения по иерархии, но и сам толком не разбирался, будучи убеждённым атеистом.

Ладно, вернёмся в наш мир. Место для музея, может быть, кажется не слишком подходящим, чересчур суетным, зато народу ходит много, включая приезжих, а потому и посетителей хватает. Но мне не до разглядывания картин и статуй, хотя как-нибудь надо будет выбраться сюда с жёнами, меня местный искусствовед ждёт.

Этот самый искусствовед оказался матёрый: помимо работы в музее был доцентом Университета и имел учёные степени магистра исторических наук и искусствоведения. И перстень жалованного дворянства на пальце. Рассмотрев у меня на груди два аналогичных своим магистерских значка, пусть и в совершенно других областях знания, сразу же подобрел и даже расслабился, причём настолько, что порою норовил обозвать меня коллегой.

Распакованный металлический дрын лёг на стол сразу